Королевская охота (СИ)

— Просто случайно, — я пожал плечами и переглянулся с Ричем. — В Рувилии мне посчастливилось познакомиться с важными людьми и поведать им свою историю. Хочешь доверия — говори правду. При упоминании сеньора Эскобето один из них сказал, что знал его отца. А сюда я прибыл по своим делам, донна Асунта. Просто захотелось с вами встретиться и обрадовать.
— Вы можете назвать мне имя человека, знавшего моего мужа? — в глазах женщины мелькнуло подозрение.
— Маршал Джодимоссо.
— Что ж, эрл Игнат, у вас очень серьёзные знакомые. Не могу сказать, что знаю маршала Джодимоссо столь же хорошо, как и покойный муж, но я никогда не слышала от него ничего дурного про сеньора Альви. Достойный человек, — женщина запрокинула голову, чтобы взглянуть на внука. — Эстеван, этим людям ты можешь доверять.
— Почему? Разве имя маршала они не могут использовать в своих целях? — проворчал парень. — Бабуля, ты излишне доверчива…
— С каких это пор? — усмехнулась донна Асунта, ничуть не обидевшись на Эстевана. — Разве я обещала герцогу Тенгроузу пойти под его руку? Разве сеньор Саторди получил от меня две тысячи золотых крон для своих прожектов, которые и с чужими деньгами окончились печально?
— Милый юноша, — Леон, сохраняя на лице серьёзность, вздохнул с видимостью человека, уставшего от увещеваний. — Если вам нужна рекомендация от дона Ардио, то бишь от меня, я готов их предоставить. Мы вместе уже столько времени, что я без колебаний отдам свою жизнь за эрла Игната, как и он за меня. Мой друг доказал своими делами и поступками, что ему можно доверять. Я клянусь честью, что в его желании навестить сеньору Эскобето нет никакой корысти.
— Разве что кроме одной, — усмехнулся я. — Познакомить нас с вашим прекрасным городом, пока есть такая возможность, пока мой корабль ещё стоит в гавани.
— Странная просьба, — фыркнул парень, но тут же исправился, почувствовав, как недовольно пошевелилась донна Асунта. — Конечно, эрл, я смогу вам показать Фарис, но за это вы мне расскажете, как случилось, что обычный торговец, вырвавшийся из пиратского плена, так высоко поднялся в своём статусе. Сгораю от любопытства.
— Вы не будете возражать, сеньора Эскобето, если мы позаимствуем вашего внука на несколько часов? — обратился я к хозяйке виллы.
— С условием, что вы со своими друзьями вернётесь сюда к ужину, — кажется, лёд недружелюбия треснул, иначе нельзя по-другому объяснить приглашение донны Асунты.
— Всенепременно, — пообещал я.
Меня порадовало, что Эстеван довольно хорошо ориентировался по городу, и помимо этого оказался неплохим рассказчиком. Он не углублялся в древнюю историю Фариса, не забивая нам голову ненужными фактами, но давал дельные оценки тому или иному кварталу. Парень ехал с нами в фаэтоне, заняв место дона Ардио, который, в свою очередь, пересел на открытую скамью, где ранее сидел Рич, а сам пластун составил компанию нескольким сопровождающим молодого господина всадникам, вооружённым до зубов. Они ехали за нашей повозкой, зорко поглядывая по сторонам, заодно и на нас косясь, словно ожидали какого-то подвоха.
— Город разделён на несколько кварталов, — пояснял сын командора Эскобето. — В каждой из них есть коммуны, занимающиеся производством товаров. Есть квартал Стекольщиков — он ближе всех к портовым складам. Есть Кузнечный, Башмачников, Купеческий, Морской, Гончарный, Ювелирный. Мясной — самый дальний, живущих там называют «вонючками». Кто не входит в коммуну, тот платит небольшую пошлину за право иметь защиту в суде, и право носить оружие для охраны своего квартала. Особняки богатых людей расположены неподалёку от центра города, ближе к Купеческому кварталу. Если идти от рыночной площади в северную часть Фариса, окажетесь в Герцогском квартале — так называют несколько улиц, где живут вассалы герцога Тенгроуза.
— Он настолько влиятелен, что у него в слугах находится одна треть города? — «удивился» я, с любопытством вертя головой по сторонам, делая вид, что мне очень интересны мелькающие мимо нас разнообразные дома и здания, как и разодетые в разные одежды горожане.
  
— Вы даже не представляете, эрл — насколько, — парень нахмурился, отчего на его лбу появились мелкие морщинки. — Это самый влиятельный человек в Фарисе, а помимо этого ещё и наместник южных провинций. При необходимости он может выставить пятьсот-шестьсот вооружённых людей для защиты города. С ним стараются не конфликтовать, не вызывать гнев.
— Я слышал, там целая крепостная стена, которая окружает квартал, — невзначай бросил дон Ардио.
— Одна стена осталась, когда Фарис разрастался, а остальные снесли, — улыбнулся Эстеван. — К ней позже стали пристраивать дома. Получилась неплохая экономия. Вместо четырёх стен — три.
— Хотел бы я посмотреть одним глазком, где живёт этот герцог, — бросил наживку дон Ардио. — Или тем, кто не служит ему, запрещено там появляться?
— Только с вечера до утра, — парень ткнул пальцем в мелькнувший переулок. — Эй, извозчик, поверни налево и прямо. Вези в Герцогский квартал.
— Почему именно в это время? — меня заинтересовала оговорка Эстевана. — Вроде бы в Фарисе нет комендантского часа.
— Но стража всё равно ходит по городу, но в этот квартал даже нос не суёт, — покачиваясь в такт движения повозки пояснил сын Ригольди. — Как только темнеет, западные и восточные ворота закрываются, там встаёт охрана герцога. А по улицам ходит патруль. Вот уже несколько лет в тех местах никаких ограблений и убийств. Люди благодарят милорда за такую жизнь. Надо ли говорить, что они готовы за него умереть?
— Н-да, я ещё больше захотел туда съездить, — оживился Леон.
Извозчик беспрекословно подчинился юноше, тем более, мы не возражали. Было интересно поглядеть на город изнутри, изучить наиболее подходящие пути к нужному нам кварталу. Пока ехали, миновали две небольших площади, окруженные разнообразными зданиями, большая часть которых были построены в давние времена. Верхние этажи из белого известняка громоздились на ветхих стенах домов из дикого камня. Узкие оконца, покатые крыши, бесконечные заборы в человеческий рост, за которыми протекала своя жизнь, неведомая нам. Разнообразные запахи, большая часть из которых не были приятными, будоражили обоняние. Столпившиеся на улице люди с интересом поглядывали на нашу кавалькаду, а босоногая детвора с гамом и визгом бросилась к фаэтону, выпрашивая монетку.
— Не вздумайте давать им деньги, — сразу предупредил Эстеван. — Попрошайки вмиг разнесут весть, что в этой повозке едут очень добрые господа. Вы потом озвереете от толпы грязнуль, которые будут бегать за вами по пятам.
— Разумно, — кивнул дон Ардио и цыкнул на особенно нахального мальца, заскочившего на подножку фаэтона.
Я обратил внимание, что в Фарисе большинство улиц не были замощены, кроме площадей и тех мест, где проживали богатые люди. Это объяснялось просто. Не хватало камня. Каменоломни обеспечивали город только известняком, а его привозили из Тречилла и Палисора, и стоила доставка невероятно дорого. Власти города деньги считать умели. Старая часть Фариса до сих пор оставалась деревянной, но её убогость скрывалась новыми постройками.
Мы проскочили ещё одну скромных размеров площадь и оказались перед высокой аркой с распахнутыми воротами. Возле них толпились нищие, калеки, рядами протянулись продавцы разнообразного скарба, но никто из них не пытался даже проникнуть внутрь. Здесь и дома были понаряднее, и улица замощена, и люди выглядели куда приветливее.
— Западные ворота, — пояснил Эстеван. — У вас найдётся несколько либров для охраны?
— Здесь что, пошлину берут? — удивился я, приглядываясь к кучке серьёзных парней, обвешанных холодным и огнестрельным оружием. Пятеро стражников стояли в теньке и переговаривались между собой, изредка кидая взгляды на бурлящую вокруг них толпу и пресекая попытки ушлых оборванцев проскочить внутрь охраняемого объекта, коим считался Герцогский квартал.
— Все, кто не проживает здесь, обязаны заплатить за въезд, — Эстеван почему-то выглядел смущённым. Наверное, стыдился своих земляков, обирающих горожан подобным образом. — Прошу вас, эрл Игнат, не выказывайте своего недовольства. Эти олухи признают только своего хозяина.