Колонистка Бет (СИ)

— Алайя…
— Извини, Эдвард, но это больше чем ты или я, чем все мы вместе взятые. Речь идет о будущем человечества. Наши специалисты выдвинули уже более пятидесяти различных теорий ни одна из них не является успокаивающей. Связь с другими цивилизациями, мина замедленного действия, заложенная Странниками, концепция «Узелковое Письмо»… половина из сценариев дает нам очень и очень неблагоприятный исход. И мы не можем позволить себе роскошь оставить ситуацию развиваться бесконтрольно. Тут нет ничего личного и… мне правда очень жаль. Конец связи. — экран гаснет. Мужчина перед экраном вздыхает и опускает голову вниз.
  
Глава 25
 
Глава 25
Бетани сидела за столом в стандартном жилом модуле, который собрали спасательные боты и ввели в строй морпехи UNSF. Почему-то ее убедительно попросили завернуться в какой-то кусок ткани, похожий на простыню и теперь она была похожа на римского трибуна, который сидит в Сенате или Колизее. Конечно, с поверхности не успели доставить вниз такие мелочи как одежду для нахождения в атмосфере жилого модуля, а бронескаф «Аламо» надевался прямо на голое тело. Другой одежды, которая бы ей подходила по размеру у морпехов не было, вот потому Дмитрий убедительно попросил ее завернуться в простыню. Бетани понимала концепцию стыда перед обнажением своего тела, которая происходила от неприятия физических недостатков в погоне за идеалами, а также сравнения себя с более продвинутыми в плане эстетики людьми. На Старой Земле многие одди не могут позволить себе иметь идеальную фигуру, а капиталистический взгляд на мир заставляет их конкурировать за внимание общества. Однако эта концепция предполагала страх перед собственным обнажением и была ей понятна. Если у тебя уродливое тело, ты боишься его показывать и прячешь за одеждой, тут все ясно. Но в этом случае именно она была без одежды и ей это не доставляло неудобства, потому что атмосфера, состав дыхательной смеси и температура в жилом модуле находились в комфортной зоне обитания. Она не мерзла, не испытывала недостатка кислорода, не потела и в целом чувствовала себя намного комфортнее чем в отключенном бронескафе. Бетани знала, что ее тело — далеко от идеала тела для одди, им нравится, когда девушка меньше, но с непропорционально развитой грудью. Тем не менее она не испытывала стыда, ее тело — это всего лишь ее тело. Такое какое есть, чего тут стыдиться?
— Я не понимаю. — сказала она, обращаясь к Дмитрию, который сидел напротив, облаченный в свой «Витязь», только без шлема и перчаток и она теперь видит что морпех — обычный человек средних лет, вот только голова у него совсем седая: — снять с меня скаф это логично. Но завернуть в простыню? Разве вам не спокойнее, когда я — без одежды? Так лучше видно, что я не прячу оружие, да и движения труднее скрыть.
— Уверяю тебя, что мне намного спокойнее, когда ты в одежде. Или хотя бы прикрытая. Сколько тебе земных лет, девочка? Двенадцать? Вы на своем Марсе совсем с ума сошли, нельзя так с детьми поступать. Ты вот даже не понимаешь, что с тобой не так. — качает головой морпех: — а ведь нам скорей всего тебя отдавать обратно придется.
— Хочу заявить формальный протест против удержания меня силой оружия. — заявляет Бетани: — Дмитрий, вы понимаете, что совершаете преступление?
— Девочка… — морщится морпех: — это уже пятая формальная жалоба за утро. Всем плевать на твои жалобы. Сиди тихо и все будет хорошо. Секундочку… — он поднимает руку, прижимая наушник и прислушивается: — Альфа Лидер на связи. Роджер. Подтверждаю. Ромео танго браво. Аут. — он опускает руку.
— Нашли этот Дубликатор. — говорит он: — сейчас обеспечим безопасность по периметру и все будет хорошо.
— Дубликатор? Только дубликатор нашли? — задает вопрос Бетани. Она помнит, что где-то там, рядом с завалом все еще сторожит тело Другой Бетани — бот-паук Алиса. Помня как морпехи обошлись с Венди она бы не хотела чтобы те — нашли ее.
— Ты что-то скрываешь? — Дмитрий поворачивается к ней: — а ну выкладывай.
  
— К сожалению я не могу ничего вам сказать. — отвечает она: — колонистка Бетани Стоун, личный номер пятьсот сорок два триста четыре литера Браво. Это вся информация, которой я обязана поделиться согласно Женевской Конвенции о военнопленных.
— Ты не военнопленная.
— Если я — гражданское лицо, задержанное регулярными частями ВКС ООН, то мне нужен адвокат и положенный мне сеанс связи с родными. А также обвинение. И в этом случае я вообще могу не делится никакой информацией.
— Господи, и чему вас в вашем муравейнике учат? — качает головой морпех: — расслабься ты, девочка. ВКС ООН с детьми не воюет.
— Резня на Ганимеде это опровергает. Сколько там было детей?
— Это все пропаганда! — повышает голос Дмитрий: — и они первые начали! Ганимед представлял из себя угрозу Объединенной Земле, да всей обитаемой системе! Они там производили бесчеловечные эксперименты на людях! В том числе на детях! Части ВКС ООН спасли этих детей… не всех, но все же. Ты же умная, представь себе бой на каменной пустоши в безвоздушном пространстве. Группка террористов, так называемое самопровозглашенное правительство Ганимеда — захватила власть и злоупотребила ею.
— Дмитрий, вот скажите… а вы случайно не думаете, что в Джексонвиле тоже группка террористов захватила власть и злоупотребила ею? — задает вопрос Бетани: — уж больно у вас образ действия похожий. Сперва десант небольшой группы, захват стратегических объектов, а потом что? Высадка штурмовых подразделений в «Витязях»?
— Ничего подобного. У нас нет такого приказа. Все что мы делаем — это обеспечиваем безопасность Феномена. Хотя вы в своем муравейнике… — он барабанит пальцами по столу: — пойми, девочка, тебе с самого детства промывали мозги, понимаешь? Ты же марионетка в руках извращенных хозяев твоего муравейника. Нам показывали фильмы на ориентации, мы знаем как там все у вас. Никакого выбора, никакого права голоса, никакой демократии, все делают что прикажут и самое главное — постоянные оргии, в которых престарелые старцы вашего города заставляют таких как ты юных девиц — ублажать себя. Они с детства вбивают в ваши головы послушание и отсутствие стыда… вот почему ты не понимаешь, что тело нужно прикрывать. Старцы во главе вашего поселения — всего лишь кучка педофилов и извращенцев, которым нужна была неограниченная власть над людьми, а потому они и убрались на Марс, туда, где не действуют законы Старой Земли.
— Удивительно. — говорит Бетани: — вы и правда так думаете? Вы думаете, что колонистка моей квалификации, моего уровня допуска — не знает, что такое демократия? Не знает что такое сексуальное влечение? Жажда власти? Может быть мне столько лет, сколько вашей дочери на Земле, но в отличие от нее — я обладаю сорока пятью допусками и тут не только работа в безвоздушном пространстве и удаленное управление ботами. У нас преподают и социальные науки тоже. Но все равно удивительно, насколько примитивные конструкции используют на Земле чтобы вы потом не испытывали угрызений совести. Я что, похожа на жертву насилия?
— Это потому что тебе мозги промыли. — отвечает ей Дмитрий: — ты просто не понимаешь что тебя используют. Вам там даже денег за работу не платят, вы работаете бесплатно! Это и есть рабство! А ваши так называемые сеансы «социализации»⁈ Разве это не гнусное надругательство над всем человеческим?
— Мда. — Бетани качает головой: — я вижу что мне вас не переубедить, Дмитрий. Вы вбили себе в голову, что все вокруг враги или жертвы. Или и те и другие сразу. Дайте-ка я угадаю… Бродяги — это не свободное общество людей, которые выбрали себе другой путь, а… ну скажем тирания?
— Бродяги — мутанты, которые позабыли что такое быть человеком. Эти твари уже никогда не станут прежними. И если бы ты видела хоть одного — ты бы согласилась со мной. Более того… — он вдруг замолкает и подносит руку к наушнику. Нахмуривается. Берет со стола шлем и надевает его на голову, щелкает замками, натягивает перчатки бронескафа и с глухим стуком — опускает забрало.