Темный Лекарь 7 (СИ)

До войны оставались считанные дни, а мои союзники всё ещё не были даже уверены, что она вообще состоится.
Так что, когда я подтвердил, что битвы с Вийонами не избежать, Бергманы и Демиры буквально схватились за голову.
— Но как же… — удивилась Кристина, — они ведь выплатили нам компенсацию и отказались от любых притязаний. Им запрещено на нас нападать!
Я не сдержал улыбки. Её наивность была даже милой.
— И кто им запретил? Да, другие Великие Кланы выразили своё недовольство, погрозили пальчиком, но никто над ними с палкой не стоит. Чревато, знаете ли.
— Но как же так… — совершенно расстроилась Кристина, — это что же… всё это было просто сотрясанием воздуха? Нам ведь дали гарантии…
— Всё очень просто, — пояснил я, — если Катарина провернёт всё быстро, ей, возможно, снова погрозят пальчиком, а, может быть, и вовсе сделают вид, что ничего не заметили, если не поднимется волна возмущения. Но по её плану вы уже будете мертвы, а значит, и возмущаться некому. Катарина, как и все Великие Князья, сама себе закон. И, если она что-то решила, то спрашивать разрешения ни у кого не будет.
На несколько секунд в зале воцарилась тишина, которую нарушил Эмре Демир.
— Мы совершенно не готовы к войне, — прямо признался он, — мы — торговцы, а не воины. Мы способны защитить своё имущество от кланов близких к нам по уровню, но не от Вийонов. Это совершенно невозможно. У нас куча недвижимости… нет. Невозможно, — покачал он головой.
Олаф высказался похожим образом:
— Как и мы. Мы тоже торговцы. Я знаю, что Максимилиан умеет творить чудеса. Но, боюсь, даже объединённых сил наших кланов не хватит, чтобы защитить всё наше имущество. Это будет катастрофа.
Я кивнул. Каких-то таких сомнений я от них и ожидал. И не могу сказать, что они не правы. Но в то же время у меня было чем их успокоить.
— Самое ценное имущество мы вывезем туда, где никто не сможет до него добраться. Эмре, ты и сам знаешь, что у меня теперь есть база в Коста-Сирене, ведь по документам это теперь твоё имущество, — я усмехнулся, — туда же мы вывезем всех, кто не способен себя защитить, выведем их из-под удара.
Ольга добавила:
— Мы уже начали вывозить туда всё самое дорогое. Например, благодать с заводов. Но на складах всё ещё достаточно места как для партий косметики с лекарствами, так и для… — она на секунду замешкалась, — всего того, чем торгует клан Демир.
— Что ж, это и правда хорошая мысль, — согласился со мной Олаф, — но всё ещё непонятно, как именно будут идти боевые действия? У нас и так гораздо меньше бойцов, чем у Вийонов, а их ещё и придётся разделить по всем важным объектам. Мы ведь не знаем, когда и куда нападут враги. Или знаем? — с надеждой спросил он у меня.
— Пока нет, — честно ответил я, — но я знаю кое-что, что важнее этого. Я знаю Катарину Вийон. Её характер, привычки и манеру действовать.
На этом моменте я поймал на себе взгляд Октавии. Очень серьёзный и задумчивый. Думаю, её больше всех здесь интересовало, откуда я могу это знать, но прямо сейчас об этом спрашивать она, разумеется, не стала. А я сам уточнять не собирался.
— Катарина не самая умная среди Великих Князей, — продолжил я, — но, как и все они, она очень опытная и сильная, а к тому же хитрая и ловкая. Вот только в определённой ситуации это может стать и минусом. Она уже отвыкла от каких бы то ни было серьёзных угроз. Она расслабилась и давно не встречала достойных противников.
— Это действительно так, — подтвердила Бланш, — я изучала историю нашего клана. Примерно пятьсот лет, а может, и дольше, у нас длился период стопроцентного изобилия. Золотой Век. Клан лишь богател и становился сильнее.
Эмре нахмурился.
— Тогда тем более не понимаю, как нам это может помочь? Наши ресурсы несопоставимы.
Я ответил:
— Вот только самоуверенность и вспыльчивость — крайне опасное сочетание. Для неё самой. Мы выведем её из себя и заставим принять бой там и тогда, где это удобно нам. Итак, я предлагаю следующее…
  
Глава 10
   
— С косметикой «Молодость Вийон» даже мёртвые вернутся к жизни! Молодость Вийон! Не будь как зомби!
Ганс очень старался как можно чётче и с выражением выговорить всю фразу. Но сидящей в режиссёрском кресле Октавии угодить было трудно.
Так что именно к этому она и придралась.
— Ну ты что на детском утреннике? — фыркнула она. — Мне нужна энергия и драйв! А это что? Пустая вылизанная фраза! Я не слышу характера за тем, как ты это произносишь. Давай ещё раз!
Ганс вздохнул и начал протестовать:
— Я чо похож на актёра? — уставился он на ведьму Сципион. — Как умею, так и говорю!
Братюни не слишком хорошо осознавали, кто такая Октавия, поэтому зачастую не выбирали тон и выражения.
Однако Сципион внезапно понравилось.
— Вот! Вот сейчас есть и экспрессия, и характер! Повтори фразу в своей собственной манере!
— Да? — удивился Ганс. — Ну, давай.
— Мотор! — через минуту приказала Октавия, когда все снова вернулись на свои места.
Если первые ролики снимались на смартфон, то теперь она у себя в поместье организовала полноценную киностудию. Финансов, а главное, энергии у неё на это хватало с лихвой. Так что теперь дело происходило на настоящей съёмочной площадке с оператором, осветителями и даже специально обученной девушкой с «хлопушкой», на которой были записаны номера дублей.
И Ганс начал:
— Не будь как зомби, ёпта! Молодость Вийон — то, что тебе нужно, сестрюнь! Да и твой парниша оценит.
— Даже если он уже в могиле, — встрял Фил.
— Отлично! Снято! — радостно заключила Октавия. — Теперь сцена с Бланш!
Съёмки продолжились.
Я тоже присутствовал на площадке, сидя рядом с Октавией в раскладном кресле и потягивая из высокого бокала кофе со льдом.
Поначалу я удивлялся, действительно ли для рекламы стоит снимать что-то настолько странное и крайне нелепое.
Но Сципион была абсолютно уверена в том, что только так и надо.
— Ты что⁈ — удивилась она, когда я спросил её об этом. — Это же самый хайп! Фил с Гансом как раз начали набирать популярность, как блогеры. Теперь нужно снять что-то, что будет одновременно в их стиле и в то же время выделяться и сразу врезаться в память. Только тогда получится раскрутить вирусный ролик, как ты и хотел!
Я хмыкнул, но её горячие доводы меня убедили. Удивительно, но у Октавии прорезался талант к продвижению сетевых талантов. Каждый из снятых под её руководством роликов набирал сотни тысяч просмотров.
Тем более что Лифэнь в этом случае тоже была на её стороне.
А в том, что касается новомодных интернет-технологий эти девушки разбирались гораздо лучше меня.
Так что-то, что казалось мне странным и непривычным, вполне могло сработать.
Моей же задачей было сделать так, чтобы даже в такой странной обёртке Великая Княгиня Вийон не могла пройти мимо подкинутой информации.
Так что Бланш снова стала рыжей. Причём над её причёской поработал стилист, завив локоны прямо как у Катарины.
Макияж тоже подобрали с тем расчётом, чтобы добиться между ними максимального сходства.
За этим я, собственно, и присутствовал на съёмочной площадке, а не ради любопытства.
Я инструктировал Бланш, чтобы каждый её жест и манера говорить тоже прямо указывали на ту, кого она копирует.
— Если мы проиграем, она не просто меня убьёт, — причитала при этом наша актриса, — а сделает это с особой жестокостью! Тем более что я не просто за ней повторяю, а буквально передразниваю и издеваюсь!
И действительно, роль Бланш сводилась к тому, что она, невинно хлопая глазами, говорила, что даже злая тысячелетняя ведьма может преобразиться вместе с «Молодостью Вийон».
Тут только дурак не догадается, в чей адрес адресована эта шпилька.
Ну а в завершении всего Бланш объявляла о большой презентации новых товаров из так быстро полюбившейся всем линейки, на которой она будет присутствовать лично.