Под крылом дракона (СИ)

— О чем вы говорите?
— Даркен, страшный человек и дракон, отвратительный правитель и, не думаю, что из него бы получился хороший супруг. Судя по отметине на твоей шее, прежде чем посадить в темницу, он успел заявить свои права.
Я молчала, лихорадочно соображая о чем она говорит.
«Боже! Она все неправильно поняла. И не объяснишь же…»
— Можешь не говорить, женщине тяжело пережить насилие. Но с его последствиями придется жить, — поджав губы она поднялась с кровати, забирая у меня пустую кружку.
— О чем вы говорите? Даркен не прикасался ко мне в этом смысле.
— Девочка моя, я слишком долго прожила, слишком много видела. Если не хочешь, не признавай случившегося, но ребенок, которого ты носишь в чреве явное доказательство преступления Даркена. С женщинами так не поступают, а с нареченными тем более. Будь жив его отец… — запричитала старушка, обрывая свою тираду на полуслове.
Шок от ее слов накрыл с головой. Кровь закипела, выступая холодным потом на коже. Шум в ушах мешал мыслить рационально. Я лишь сидела, хлопая глазами, пока женщина, ставила кружку на стол, возвращаясь к кровати.
— Торкел сказал, ты нездешняя, и ничего не знаешь о драконах.
— Верно… Подождите, это неправда. Я точно не могу быть беременной! — неверяще покачала головой, чувствуя как больно кольнуло сердце.
— Отчего же? Связь есть, я сама видела метку на шее и метку на животе, говорящую о зачатии. Тем более первичные признаки уже проявили себя, слабость, головокружение, тошнота. Поверь, ты не первая нареченная, которую мне приходится наблюдать, но первая, кто бежит от своего дракона.
Пытаясь привести разбегающиеся мысли в порядок, я покачала головой.
— При всем уважении, этого просто не может быть. Даже если бы, как вы утверждаете, что-то произошло, я здесь всего несколько дней. Как минимум у меня есть еще месяц, прежде чем появятся первичные признаки.
— Ох, настырная девчонка! Как же сложно тебе что-то доказать! — запричитала старушка, вопреки словам ласково улыбаясь. — Ты и правда ничего не знаешь о драконах. На оплодотворение уходит всего несколько часов, а симптомы появляются спустя сутки. Да и в отличие от обычной беременности у нареченных она протекает несколько иначе.
Растерянно затаив дыхание я положила руку на плоский живот, не веря в слова знахарки.
«Если она права, выходит, я могу иметь детей», — первая мысль, что ударила меня по неустойчивому сознанию. В этот момент я порадовалась, что сижу. Чувство безграничной нежности к еще не родившемуся ребенку затопило с головой, а на глаза выступили непрошенные слезы, прозрачными потоками стекая по щекам.
— Да что ж такое, маленькая, успокойся. Ну ты чего?! — заохала старушка подсаживаясь поближе и обхватывая меня хрупкими ручками, в то время пока я продолжала рыдать в голос, выплескивая боль прошлых лет, когда была уверена, что никогда не смогу иметь детей.
Обхватив женщину за плечи, вздрагивала под собственный вой, впервые в жизни не сдерживая себя, чувствуя как на душе становится легче. Тяжесть страшного бремени ушла, оставляя лишь чувство легкости, умиротворения и слабость от накатившего облегчения.
Аннита терпеливо ждала, нашептывая мне обещания, о лучшей жизни, неправильно понимая причины истерики, но в нужный момент оказывая такую необходимую поддержку. Не знаю, сколько времени прошло прежде чем я успокоилась, но слабость и нервозность взяли свое. Устало зевнув, я привалилась к стене, пытаясь переварить все, что случилось со мной за последнее время.
  
— Поспи, девочка, тебе нужен отдых. Ребенок очень быстро развивается, а без поддержки дракона и его благодати будет сложно. Отдыхай, — прошептала женщина, поглаживая меня по волосам и насильно укладывая на подушку. — Я схожу к Торкелу, скажу, что ты в порядке. Бедный мальчишка испереживался. Думаю, запала ты ему в душу… Глупые дети…
Прежде чем Аннита успела отойти от кровати, я поймала женщину за руку.
— Пожалуйста, не говорите ему о моем положении, — взмолилась я, смотря на знахарку полными надежды глазами.
— И что мне ему сказать, малышка?
— Все что угодно, переутомилась, отравилась, ударилась! Хоть что, только не правду! Я сама с ним поговорю, когда буду готова.
Старушка понимающе кивнула, а в бесцветных глазах засияло родительское тепло.
— Бедные дети… Ты ведь тоже его любишь? — тяжело вздохнула, покачав головой. — Даже представить боюсь, какое будущее может ждать нареченную и глупого мальчишку, решившего дотронуться до звезды.
С этими словами женщина вышла из комнаты, оставляя меня одну. Она не обещала хранить мой секрет, но что-то подсказывало, что она не расскажет никому.
‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍
  
45
 
«Люблю Тора? Я знаю его несколько дней!»
И все же, вопреки собственным мыслям сердце забилось чаще при упоминании горячего брюнета.
Стоило женщине покинуть комнату, оставляя меня одну, я поспешно задрала потрепанную рубашку, желая убедиться в словах знахарки. Как и говорила Аннита, под пупком, спускаясь чуть ниже к кромке брюк, вела еле заметная дорожка потемневшей кожи, изображающая непонятный рисунок, будто нарисованный хной.
«Это и есть метка? Да уж, такое ни с чем не перепутать. Не удивительно, что она все поняла.»
Откинувшись на подушку, закрыла лицо руками. Безумно хотелось искупаться и сменить одежду, но к сожалению шанс пока не предоставился.
«Ну и ситуация… Я беременна…» — от одной только идеи на губах заиграла улыбка, а потом мысль повела дальше, омрачая счастливый момент. — «От мужчины, которого знаю несколько дней. Не имея ни дома, ни семьи… еще и Даркен на хвосте. Да уж! Ситуация не из завидных. Боюсь даже представить, как он отреагирует, узнав, что я беременна от его брата… До этого момента он не трогал Тора…» — вспомнились слова Повелителя, когда стражники донесли о нападении на главные ворота.
«Главное, чтоб не навредил ему», — страх, укореняющийся в сердце прошелся ледяными осколками по венам, а в памяти всплыл рассказ Тора и образ пугающих рваных шрамов, покрывающих его спину. — «Нет! Он не станет! В прошлый раз дракон вышел из-под контроля! Дарк не навредит брату снова…»
Мурашки от дурного предчувствия побежали по коже, и я прижала ноги к пока еще плоскому животу, пытаясь справиться с беспокойством.
«Говорить ли Тору о беременности? Совсем скоро он станет отцом…»
Этот вопрос так и остался открытым. В замешательстве я лежала в полудреме, а мысли хаотично метались, мешая погрузиться в такой желанный сон.
Видимо все же в какой-то момент я заснула, потому что, когда открыла глаза на улице уже смеркалось. Крупная фигура сидела на полу рядом с кроватью, положив голову на мою руку. Мужчина спал, даже в сумраке были видны темные круги образовавшиеся у него под глазами. А в уголках глаз и между бровями залегли напряженные морщинки. Он казался измученным, осунувшимся, как будто просидел около моей кровати не один день.