Посланник бури

– Буря дремлет внутри тебя. Но как только я загоню в твою ногу молнию, она очнется и пронесется ураганом сквозь кровь и кости. И тогда определится твоя главенствующая сила.
– Сила?
– Да. Твой отец – бог бурь, огня и ветра… Ты вообще слушаешь? Не делай такое кислое лицо. Нам нужно знать, перешла ли к тебе хоть одна из его магических способностей.
– Огонь и ветер?
– Алле, парень! – Она раздраженно покачала головой. – Очнись уже! О чем мы толкуем? Твой отец, вспоминаешь? Важная шишка? Создатель и разрушитель?
– Да понял, понял, он крут, но что значит «главенствующая сила»?
– У Хуракана много божественных сил. Но к тебе перешли не все, иначе ты бы просто не выжил. Нужно выяснить, в чем именно ты силен.
И тут до меня дошло.
– Значит, моя сила не имеет ничего общего с бегом?
Она удрученно вздохнула.
– Буря пронесется сквозь тебя и внутри тебя. Вы с бурей должны стать единым целым, поэтому мне и придется вколотить в тебя эту молнию. Но не нужно заглядывать вперед.
Она покачала головой, и вновь ее колокольчики беззвучно колыхнулись.
– Возможно, тебе не удастся совладать с этой силой, и в итоге ты не получишь ничего, что несло бы истинную ценностью. Бурям требуется пространство, чтобы развернуться, а ты можешь оказаться всего лишь утлым суденышком, не способным что-либо контролировать.
Я – утлое суденышко? Ну, знаете!
– Итак, хочешь ли ты узнать правду о своем происхождении?
Я медленно кивнул.
– Тогда позволь мне сделать свою работу. Забирайся.
Я вскарабкался на каменный стол и улегся. Она взялась за молот.
– Подождите!
– Что еще?
– Будет больно?
Она приложила сверкающую молнию к моей ноге и подняла молот.
– Ты даже не представляешь, как.
 
Глава 36
Взять на заметку: никогда не спрашивай, будет ли тебе больно, если не готов услышать правду. И разрази меня гром, если я рассчитывал получить этот ответ.
По ноге будто прошлись раскаленным железом, до того ужасна была боль. Я даже не смог закричать, перед глазами вспыхнули белые искры, словно я оказался под душем из метеоритов. Я невольно закрыл глаза. А потом вдруг все стихло.
Я очутился в Пустоши. Но как? Ведь нефритового клыка у меня больше не было…
Я стоял в открытом храме на вершине пирамиды. Моргнув, я взглянул на свои ноги. У меня снова были пятнистые лапы и тело ягуара. Глубоко вздохнув, я отряхнулся и отправился на поиски.
– Хуркан!
Мой голос пронесся над открытой площадкой внизу, эхо заметалось между пирамид. Ответа не было. Я метнулся на другую сторону храма, продолжая его звать. Солнце опускалось в океан, и Пустошь вполне оправдывала свое название – казалась всеми покинутой и заброшенной.
– Хуракан! – вопил я. – Сейчас твоя помощь пригодилась бы!
Я расхаживал по храму, следя за джунглями внизу. Может, он злится, что я не послушался его совета по поводу близнецов? Стоит сказать, что он был прав насчет их отказа помогать мне? Что я совершил большую ошибку?
Его голос перебил мои мысли.
– Я знал, что ты появишься.
Он вышел из тени в привычном облике черной пантеры и мне тут же захотелось ткнуться носом ей в плечо. Но только потому, что я почувствовал облегчение при виде его.
– Ты не говорил, что мне в ногу загонят молнию!
– Не хотел тревожить раньше времени, – отозвался он. – Иногда лучше не знать, что тебя ждет.
Хм… От этого легче не стало! Я уселся перед ним и огляделся. Солнце садилось, и все вокруг – деревья, небо, океан – выглядело умиротворенным, словно весь мир глубоко дышал.
– Я потерял клык.
Он медленно кивнул, но ничего не сказал. Его глаза блеснули зеленью.
Я поднялся и подошел ближе.
– Так как мне теперь быть?
– Ритуал, который провела Искробойня, перенес тебя ко мне.
Интересный выбор слова – «ритуал»… Как по мне, так это была пытка.
– Какую силу она пытается найти?
– Она ничего не ищет. Та молния, что ты выбрал и которая выбрала тебя, – и есть ключ к истине.
Он шагнул ко мне.
– Но ты уже знаешь ответ, не так ли?
– Э-э… вряд ли я был бы здесь, если бы знал ответ. Может, я просто сбежал от этой убийственной боли.
– Я хочу тебе кое-что показать.
Мы спустились к пляжу и остановились под высокими раскидистыми деревьями. Белый песок был мягким и теплым. Вдали, на горизонте, огненный шар солнца касался кромки воды.
– Закрой глаза, – сказал Хуракан.
– Зачем это?
Он сердито покосился на меня, и я послушался.
– Что ты видишь? – спросил он.
– Темноту.
– Попробуй еще раз. Представь, что ты на столе и молния проносится сквозь тебя. Представь, что это – часть тебя.
Я сделал, как он сказал. Кончики пальцев закололо, как раньше. Внутри поднялся такой невыносимый жар, что казалось, будто я лежу на поверхности солнца. Он пронесся через все тело, и, снова оказался слишком велик, чтобы удержаться в нем.
Я открыл глаза и прошептал:
– Огонь.
Если бы большая хищная кошка умела улыбаться, она бы делала это как Хуракан.
– А-а, – протянул он. – Сын Огня. Неожиданно.
Когда кто-то говорит тебе, что ты Сын Огня и это твоя главенствующая сила, тебе непременно хочется потрясти кулаком в воздухе и проорать «Круто!». В общем, так я и сделал. Чисто импульсивный поступок.
– Подожди, – опомнился я. – Ты сказал «неожиданно». Почему?
– Как тебе уже рассказала Искробойня, не все элементы моей силы могут перейти к тебе и при этом не убить. Я предполагал, что это будет ветер или дождь – что-то менее капризное.
– «Менее капризное»?
Я и не подозревал, что у стихий тоже бывают неудачные дни.
– Огонь – не самый мой любимый элемент. – Хвост Хуракана со свистом рассек воздух. – И очень проблемный.
– Проблемный?
– С трудом поддается контролю и крайне непредсказуем. А я не люблю непредсказуемость.
– Ну, ладно, значит, моя сила – это огонь. Могу ли я в таком случае пульнуть огнем в Сам-Знаешь-Кого? Зажарить парня целиком? Это сработает?