Гримуар темного лорда VIII (СИ)

— Таня, в твоём распоряжении два сильнейших мага планеты. Тренируйся, развивайся. Мы поможем тебе. И когда ты достигнешь платинового ранга, сможешь взять себе в мужья кого захочешь!
— Ага… и думаешь Святослав на это согласится?
— Подожди, я же тебе давал тринадцать папок с личными делами кандидатов из рода Романовых. Почему ты остановилась на нём? — спросил я. Честно, после того как он применил к Тане магию, желая подчинить своей воле, он мне, мягко говоря, не нравился. А когда я с ним пересекался, держался с ним крайне холодно.
Сестра задумчиво посмотрела на меня.
— Я думала, что это очередной тест от тебя. Так сказать, смогу ли я в угоду своим желаниям, поступить правильно.
— НЕТ! — громче чем следовало, ответил я. — Вот здесь ты ошиблась. Кристина из главной ветви их рода, и для укрепления отношений этого вполне хватит. — Я посмотрел на календарь. — Через две недели Романовы дают бал. Договорись с Кристиной, чтобы там тебе представили кандидатов. — На этих словах я заметил ехидную улыбку сестры. — Что? Я что-то сказал не так?
— Да, нет, — ответила Таня. — Просто ты сказал, что мне представят Романовых, а не наоборот. Забавно прозвучало. Словно мы выше их по статусу.
— Скажи… — расплылся я в улыбке, следующими словами надеясь напроситься на похвалу. При этом я выпустил крылья, и принял свой истинный рост. — Хорошо быть сестрой такого сильного брата?
Только я это сказал, как ножка стула подо мной сломалась, и я с сильным грохотом свалился на пол.
Таня в ту же секунду оказались рядом со мной. Наши взгляды встретились, и мы рассмеялись.
Когда Таня ушла, я отремонтировал чарами стул и заодно укрепил его. Расположившись за столом, я ещё раз посмотрел на календарь.
Обрин опаздывал уже больше чем на две недели. И учитывая, что с каждым днём ему должно было становиться больней, я не понимал, что происходит.
За три года между нами сложились вполне нормальные отношения. Он стал ценным источником информации. Помимо этого, я и Селеста учились у него владению клинком.
Хотя, может я и приукрасил наши отношения. Какой бы не была повернутой на СИЛЕ культура у крылозавров, он знал, что я убил его дочь. Так что, если смотреть правде в глаза, я просто использовал Обрина. И взамен мы ничего ему не давали. Но тут уж как говорится Vae victis(с лат. — «горе побеждённым»).
Благодаря Обрину я был в курсе, что между крылозаврами не утихают споры. И сейчас они разделились на три фракции. Первая, и самая, на мой взгляд, радикальная, ратовала за то, чтобы крылозавры продолжили набирать силу посредством уничтожения разумных. Они верили, что рано или поздно они достигнут такой силы, что смогут возродить в своих телесных оболочках потерянную чакру. Вторая группа предлагала пустить все силы и средства на восстановление технологии перехода из нашей реальности в божественные планы бытия. Эта группа была самой многочисленной. И это объяснялось тем, что её продвигали Мамобир, Вельзавр и Рарзвели. Последняя же, третья, была самой малочисленной. Ведь они предлагали пойти по пути покаяния. Смириться с судьбой и уйти в забвение.
Обрину я приказал присоединиться ко второй группе. Во-первых, чтобы быть в курсе планов Мамобира, а во-вторых потому что она была самой сильной. Главным органом власти у крылозавров был Совет. Большинство голосов второй группы не давало радикалам первой, продолжить культивировать население планет и готовить их к Великомупиру. Плюс ко всему через Обрина я следил за их продвижениями по восстановлению уничтоженной мной технологии на планете Нерав.
И примерно полгода назад исследования, которые возглавлял Мамобир, потерпели большую неудачу. Планета, на которой крылозавры работали над восстановлением технологии перехода в другие планы бытия, взорвалась при активации.
Со стороны крылозавров обошлось без потерь, однако, после этого число последователей радикальной группы увеличилось.
  
В последнюю нашу встречу Обрин сказал, что готовится к ритуалу перерождения.
Его физическое тело нужно было менять. С его слов выходило, что последний раз он проходил ритуал около трёх тысяч лет назад. И я не стал спрашивать, где он взял столь сильную одаренную с предрасположенностью к магии смерти. Это было не моё дело. Мне нужен был шпион, и всё остальное неважно.
— «Где тебя носит Обрин?» — подумал я.
* * *
На бал вместе с родными я прибыл примерно час назад. И как только начались танцы, император пригласил меня на приватную беседу.
— Ваше величество, я уже говорил, Элрония — мёртвая планета.
— Но неужели ничего нельзя сделать? — негодовал император. — Ты же говорил, что кто-то, — указал он наверх, — должен тебе помочь в решении этого вопроса.
— Да… — не стал отрицать я.
Обрин в последнюю нашу встречу передал информацию о ритуале, способном решить проблему. Вот только этот гадёныш не предупредил меня, что для этого понадобится жертвоприношение нескольких сотен одарённых, у которых сформировалось божественное начало.
На мертвую планету переселяться было нельзя. Проблема состояла в том, что если я переправлю на планету больше двух тысяч человек, то в какой-то момент у них перестанут рождаться дети. А если переселить несколько миллионов, то люди через несколько лет начнут быстрее стареть и терять вначале магическую силу, а потом и физическую. Получится, что все переселившие просто-напросто вымрут. Вначале неодаренные, а потом и остальные.
На неразвитые формы жизни почему-то это правило не распространялось. Что же касалось жнецов и кошмаров, обитавших на Элронии, то связь с энергетическими потоками, поступающими из космоса, происходила через камни силы. Поэтому они могли размножаться сколько им хочется.
В общем, я рассказал императору, какую цену для этого придётся заплатить. И когда я закончил, он тяжело вздохнул. Было очевидно, что он хотел услышать нечто другое.
— Ладно, пока снимем этот вопрос. — И сделав паузу спросил. — А может ты знаешь расположение другой планеты? Только живой?
— У меня уговор на Землю и Элронию. Договор о ненападении распространяется только на них.
— Жаль, — произнёс он. — Жаль, что информация о мёртвых планетах в момент заключения договора тебе была неизвестна.
Я кивнул. И тут у меня появилась мысль в связи с чем император отреагировал так.
— Неужели наши зарубежные друзья думают развязать войну? — спросил я.
— Да, — не стал отрицать император. — После того, как Рарзвели вырезала весь королевский род Пакистана, там сменилось уже семь династий. На днях там снова произошла «Варфоломеева ночь», и на престол сел проамериканский ставленник.
— Неужели король настолько глуп и смел, что собирается применить ядерное оружие?
— Судя по характеристике, предоставленной Судоплатовым, нынешний король верит, что Всевышний спасёт его душу.
— А американцы?
— Они как бы и не при делах. Они просчитали психотип королька, и поняли, что он как раз тот, кто сделает всю грязную работу за них. Им даже подсказывать не надо.
— Так может…? — провёл я пальцем по шее.
— Три попытки окончились провалом. — Император с надеждой посмотрел на меня. — Возьмёшься за работу?
Немного подумав, я ответил.
— Да. И более того, сейчас нам нужно как можно дольше сохранять мир на Земле.
— Думаешь я этого не понимаю? — спросил у меня император.
— Тогда, может, мне периодически открывать порталы и прогонять через них существ? Элронию всё равно чистить от них надо.
— Хммм. И ты готов настолько сильно замарать руки в крови?
Ответить я не успел. Коммуникатор на руке засветился, и я тут же принял вызов.
— Господин, — услышал я голос Гая.
— Говори.
— Кажется у нас проблемы.
— ГАЙ! ТЫ ЖЕ ЗНАЕШЬ Я НЕ ЛЮБЛЮ, КОГДА МНЕ ПРИХОДИТСЯ ВЫТЯГИВАТЬ ИНФОРМАЦИЮ! — сорвался я на крик.