Свирепый (ЛП)

Прошлой ночью он настоял на том, чтобы лечь на диване, заявив, что слишком устал, чтобы ехать домой за несколько километров. Я знаю, что он хотел остаться только для того, чтобы быть рядом с нами после долгого отсутствия — и, возможно, защитить нас, если Хейс появится, требуя ответов.
Я то просыпаюсь, то проваливаюсь в сон, но каждый раз, когда закрываю глаза, вижу Хейса с женщиной в ресторане. В ней было все, что я ожидала от женщины, в которую мог бы влюбиться Хейс — потрясающие, добрые глаза, внимательность и пленительность.
Почему он не сказал мне, что встречается с кем-то?
Я бы никогда не поцеловала его и уж тем более не занялась бы с ним сексом, если бы знала, что он предан другой.
Он сделал меня другой женщиной, не сказав мне об этом, а это ужасно.
Если у меня и был соблазн расстроиться из-за того, что я ушла, не сказав ни слова, то теперь его нет. В первую очередь это он хранил секреты.
Из-за того, что мысли не перестают кружиться, я скатываюсь с кровати и принимаю душ. Мне нужно съездить на рынок и заглянуть в питомник цветов. Быть занятой — вот задача номер один на сегодня.
Я выхожу в гостиную и вижу Тэга, сидящего на диване в своей зеленой униформе.
— Доброе утро, соня. — Он встает и подходит ко мне.
Не хочу, чтобы он меня обнимал, но мне также не нужен разговор, который начнется после того, как я отвергну его объятия, поэтому стою на месте, пока тот обхватывает меня руками.
Его тело кажется чужим рядом с моим. Теплое, конечно, но мое лицо неловко прижимается к его горлу, а из-за бороды откидываю голову как можно дальше, чтобы избежать царапин. Его руки сцеплены у меня за спиной, а не лежат на бедрах, и от него пахнет хвоей и костром. Не то чтобы плохой запах, но какой-то неправильный.
— Как спала?
Я пользуюсь возможностью выскользнуть из его объятий.
— Как убитая. Ты уже был на работе?
Его усы подпрыгивают в улыбке.
— Да. Сейчас двенадцать тридцать. У меня обеденный перерыв.
— Двенадцать тридцать? — Мои глаза чуть не вываливаются из орбит.
— Я проверял тебя несколько раз, чтобы убедиться, что ты все еще дышишь. — Он хихикает.
Я отворачиваюсь в сторону кухни, не зная, как мне относиться к тому, что Тэг приходил в мою комнату, пока я спала.
— Уверена, Хейван еще спит.
— Нет.
Я оборачиваюсь.
— Она проснулась?
— Встала и ушла. Кажется, Мэг звонила и хотела с ней позавтракать. Поговорить о том, что случилось с тем парнем, Дэвидом.
— Значит, ты слышал?
Тэг втягивает воздух сквозь зубы.
— О, да.
Он ухмыляется?
Я уже собираюсь обвинить его в том, что он рад разбитому сердцу Хейван, потому что это в конечном итоге помогло вернуть нас домой, но тут звонит его телефон.
— Черт. Гнездо енотов под лестницей миссис Труман. — Он быстро набирает сообщение. — Мне лучше пойти, пока та не сожгла весь свой дом. Она ненавидит грызунов. — Он притягивает меня к себе и снова обнимает. — Я жалею, что дал ей номер своего личного телефона.
— Ей восемьдесят, Тэг. Сделай ей поблажку.
Он отпускает меня и направляется к двери.
— Поужинаем сегодня?
— Не сегодня.
Он хмурится.
— У меня много дел после почти месячного отсутствия.
— Я принесу еду на вынос...
— Нет, не надо. Я иду в магазин и, наверное, все равно рано лягу.
Он отпускает ручку двери.
— Вани, ты в порядке? Потому что если ты хочешь о чем-то поговорить, то знай, я готов тебя выслушать.
— Я знаю. Спасибо. — Поверь мне, Тэг, ты не хочешь об этом слышать.
Он грустно улыбается и уходит.
Я завариваю чай и сажусь на террасе, закрываю глаза и слушаю звуки леса. Ветер гуляет по соснам, щебечут птицы, ящерицы разбегаются по сухим листьям. Ни автомобильных двигателей, ни запаха топлива и мусора, ни гудков и криков.
Только покой.
Мне действительно здесь нравится.
Вспоминаю, как Хейс спросил меня, не скучаю ли я по большому городу, и я ответила «нет». Никогда еще этот ответ не вызывал у меня такого чувства, как сейчас.
— Хорошо быть дома, — говорю себе и окружающей меня природе.
  
И все же в моем сердце появилась дыра, которую я не могу объяснить.
Это случилось, когда я впервые перевернула телефон.
Допив чай, я схватила телефон, чтобы позвонить Хейван и сообщить ей, что я побежала в магазин, и увидела их.
Тридцать два текстовых сообщения.
Двенадцать пропущенных звонков.
Восемь сообщений.
Все от Хейса.
И одно от Хадсона.
Я решаю пролистать сообщения и тут же жалею об этом.
Хейс: И это все? Ты уходишь, не сказав ни слова? Посреди ночи?
Хейс: Какого черта? Я даже не попрощался с дочерью?
Хейс: Что, черт возьми, произошло?
Хейс: Я думал, у нас все хорошо? Думал, вы обе были рады остаться до конца недели?
Хейс: Поговори со мной, пожалуйста.
Хейс: Почему ты не отвечаешь мне?
Хейс: Ты в порядке?
Хейс: Ванесса, дай мне знать, что ты в порядке! Я не могу позвонить Хейван, потому что она оставила этот гребаный телефон, который я ей подарил.
Хейс: Ее номер в Колорадо не занесен в список.
Хейс: Черт возьми, Несс!
Я перехожу к Хадсону.
Хадсон: Привет, Ванесса. Дай мне знать, что с тобой и Хейван все в порядке, чтобы я мог позвонить Хейсу? Он взрывает мой телефон, поэтому я знаю, что он взрывает и твой. Извини за все это.
Хадсон извиняется? За что? За то, что помог скрыть, что Хейс сильно увлечен женщиной? Я решаю отправить ответное сообщение Хейсу и игнорирую сообщение Хадсона.
Ванесса: Мы благополучно добрались до дома.
Через секунду после того, как нажимаю «Отправить», мой телефон звонит. Это Хейс. Я выключаю устройство, беру ключи и отправляюсь в магазин.
ГЛАВА 32
Ванесса
Прошла неделя, с тех пор как мы вернулись домой из Нью-Йорка. Хейс наконец понял намек и перестал звонить и писать мне пару дней назад, так что теперь можно спокойно включать телефон и носить его с собой. Я не прослушала ни одного сообщения и удалила все смс. Какая-то часть меня чувствует себя ничтожеством из-за того, что я ушла таким образом, не дав ему шанса объясниться. Но большая часть меня, та, что чертовски заинтересована в выживании, не оставила мне другого выбора.
Хейван и Мэг помирились и стали ближе, чем когда-либо. Они пару раз ездили в Денвер за покупками к новому учебному году. Хейван зареклась ходить на свидания и, кажется, рада своим занятиям.
Я потратила время на работу над своими приложениями и много времени провела в саду. Никогда не осознавала, насколько работа с землей успокаивала мою душу. До Нью-Йорка.
Тэг, к счастью, был занят расследованием ограблений группы отдыхающих. Думаю, он также дает мне свободу, вернее, уважает мою просьбу о свободе.
Я пытаюсь познакомиться с новыми людьми. Нечестно продолжать опираться на Тэга так, как делала это раньше. Я непреднамеренно вела его за собой или, по крайней мере, монополизировала так много его времени, что затрудняла ему знакомство с кем-либо еще.
Донна Мейерс, владелица местного питомника, уже много лет приглашает меня на обед. Вчера, когда она помогала мне выбрать между розовой осокой и незабудками, чтобы посадить их вокруг крыльца, я пригласила ее.