Тройное счастье попаданки
Просыпалась с трудом, словно вчера не бокальчик выпила, а целую бутылку, если не две. Но я точно помнила только небольшое изделие стеклодувной продукции, и оно было в количестве одной штуки. Зато потом помню танцы и взгляды парней. И то, что у меня появился неожиданный защитник, что вовремя увёл меня от них и…
Глаза резко распахнулись, но резанувший свет, заставил резко зашипеть и прикрыть их, сжавшись в калачик. Лицо опалило смущением словно кипятком, а неудобные твёрдые кожаные подушки показались сковородкой, с которой с нетерпением захотелось встать. Даже про сонливость и лёгкую головную боль забылось.
Стоило пошевелиться, чтобы перевернуться на бок, как подушки подо мной заходили ходуном, а следом за ними раздался глубокий вздох, и всё вновь затихло.
Отняв руки от лица, посмотрела с затаённым ужасом в ту сторону, откуда раздавалось дыхание. И едва не вскрикнула. Скорее даже не от того, что вчерашний знакомец спит рядом, а от того, на чём мы лежим. Тёмно-изумрудные двигающиеся и весьма себе живые кольца огромного змеиного хвоста. Я бы подумала, что меня ещё не отпустило после вчерашнего, но слишком уж реально они ощущаются, чувствуется их тепло и умеренная жёсткость.
Осторожно поднявшись, чтобы не вызвать большего движения у монструозного в размерах существа – всё же это змеиное тело было толще моего, что и предполагало немалые размеры его длинны, - и попыталась отыскать голову чудища. Если это всё же оно. Ведь кто знает, может парень так экстравагантен, что заказал себе матрац, похожий на тело змея, с внутренним двигателем, чтоб прям как настоящее.
Так, кончик хвостища нашла. Он осторожно оплетал мою лодыжку правой ноги, словно нежная, живая окова. Взглядом иду дальше, стараясь не теряться в поворотах и изгибах, пока не дошла точно до… обнажённой поясницы лежащего рядом тела мужчины. Холодок пробежался по спине от выкрика первого проснувшегося в голове таракана: «Она его жрёт!», и даже вскрикнула-таки, когда глаза поедаемого резко открылись.
«Нет, не жрёт!» - провизжал второй проснувшийся таракашка. – «Это он наполовину змей!»
И от его писка завизжала уже я, подрываясь с места и стараясь быстрее и подальше отскочить от бурно зашевелившегося змеиного тела. Кажется, мой крик привёл в себя до этого блаженно разулыбавшееся чудище.
Вот только мягкая улыбка была со знакомыми ямочками и нет её. Нечто, что сейчас было передо мной, встрепенулось, и верхняя часть тела, что была мужским торсом с головой и руками, как у обычного мужчины, встревоженно вытянулась, разворачиваясь ко мне.
- Милая? – милая мордашка исказилась беспокойством, правда змеиные глазища выдавали его с головой, смотря на меня не моргая. Словно броситься вот-вот.
Вон уже руки тянет!
- А! Не подходи! – бросилась я в сторону от опасных объятий. Схватит, и пиши пропало! Не дамся!
- Но? – начал было он, но я себе зубы заговаривать не дам!
- Никаких «но»! Ты кто такой вообще? Куда меня утащил? – только сейчас заметила, что огромная комната была почти наполовину застелена не менее большущим матрацем, усеянным подушками и в центре которого мы до этого спали.
- Домой, - только и выдавил непонимающий. – Что с тобой? – и столько искреннего беспокойства. – У тебя что-то болит? Беспокоит? Прости я вчера не сдержался.
- Какой не сдержался? – ахнула я, вновь уворачиваясь от обнимашек и отбегая в другой конец «кровати», где схватила одну из подушек. Защита так себе, но тоже не пустые руки. Будет отвлекающим манёвром! – Что за фарс? Беспокоит? У тебя… хвост! – отскочила от упомянутой части тела, что попыталась до меня дотянуться. Не уж! И тебе не дамся, красавчик! «Да-а-а, красивый», -протянул пьяно третий таракашка, пока два других устроили панические бега, пытаясь понять и сложить паззл всего происходящего и происходившего до этого. И тут вспомнилась деталь: - Опоили!
- Что? – хвост и мужчина даже замерли от возгласа, хотя у первого почти получилось загнать меня в объятья второго. Пришлось менять траекторию побега, но зато я теперь ближе к дверям! Осталось только добраться и бежать, что есть сил!
- Меня опоили! – повторила я, отступая к заветной цели. – И ты глюк! Просто глюк!
- Маленькая моя, - начало было это нечто, но резко распахнувшаяся дверь, ударившись о стену, заставила вздрогнуть и замолчать. Обоих. На нас во все глаза смотрела молодая женщина, видимо, прибежавшая на крики. «Отлично, спасена!» - обрадовалась было я, но взгляд привлёк огромный хвост вместо женских ножек. Красивый красный хвост, хорошо контрастирующий с рыжими волосами и огромными зелёные змеиными глазища, которыми она нас обожгла.
Вскрикнув, отскочила от неё, но тут же угодила в руки первого ужаса, что воспользовался моментом, оплёл меня хвостом, прикрывая срамоту, а крик испуга заглушил глубоким поцелуем. «М-м-м, а сладенько целует», - дрыгнул ножкой четвёртый таракашка и отрубился.
Глава 3Как же сладко! Лента языка умело игралась с моим, то оплетая, то подначивая ответить, но тут же надавливая, показывая, что она тут главная. От приятности у меня мурашки по телу побежали, жаркие такие, колкие, опускаясь в низ живота и пробуждая знакомое тепло. Аж стон невольно вырвался.
- Ах, какие страсти! – напомнила о себе женщина, а меня как водой холодной окатили, приводя в себя.
Ах так! Ну, я тебе сейчас покажу, как в меня язык совать, змей-искуситель недоделанный!
Со всех сил, что ещё остались в разомлевшем теле, забилась в чудовищных, но чертовски приятных объятьях. Вот только змей уже поймал добычу, которой я быть отказываюсь. Пришлось сражаться малым – с силой прикусила юркий язычок противника, вызвав ошеломлённого шипение и выпученные глаза. Так тебе!
- Кто… - начала было я, даже в грудь побольше воздуха набрала, как в комнату снова влетела, но уже другая женщина, более благородного возраста.
- Ну, наконец-то! – увидев меня, вскрикнула старушка, фонтанируя радостью и энергией. – Меньшего я от тебя и не ожидала, пострел!
Не ожидала она! Я сейчас покажу и ей свою радость!
- Кто… - вновь попыталась начать я, но опять была перебита. В этот раз молодушкой:
- Ты представляешь, как мы волновались, что не приведёшь! И какая! Ух! Красавица!