Последний полет Гагарина (СИ)

За месяц до миссии «Аполло-12» орбитальный пилотируемый корабль «Союз», выведенный в космос ракетой «Энергия-5», привёз к Луне оба спускаемых аппарата. Каждый произвёл по двенадцать рейдов к поверхности, поднимался обратно, космонавты его перезаправляли и снимали контейнер с керном, снова отправляя вниз. Советские учёные получили образцы грунта из двадцати четырёх точек! В том числе три с южного полюса, по личному настоянию Генерального секретаря. Наконец, когда расчётный ресурс ЛК выработался, один из них сел с сейсмографом, второй врезался в поверхность на противоположной стороне, разогнавшись до максимально возможной скорости. Колебания от удара распространились на всю глубину Луны и были зарегистрированы на второй станции, что дало учёным информацию о внутреннем строении небесного тела.
На фоне этого американская высадка на Луну была встречена реакцией: ну, слетали… и что?
Советские космонавты гораздо больше работали на орбите Земли, масса орбитальной станции «Москва» с пристыкованными блоками превысила две сотни тонн, там побывали десятки человек, основные экипажи проработали более года каждый.
Автоматические станции ушли к Марсу и Венере.
В эти годы в Королёве была спроектирована многоразовая версия «Энергии», не все её части приземлялись в достаточной степени сохранности для перезапуска, но процесс пошёл, в том числе в сторону снижения себестоимости подъёма полезного груза на орбиту. Благодаря ему иностранные клиенты получили предложения по созданию и запуску спутников для обеспечения связи, фотосъёмки планеты, метеорологии и других нужд. NASA, крупнейшая в мире организация по распилу бюджетных средств на космос, такие цены и условия обеспечить не могла. Американские компании преодолели запрет правительства США на прямое сотрудничество с русскими, заключая договоры и переводя доллары через компании-прокладки.
Наконец, на околоземной орбите появился первый космический буксир с ЯРД, в перспективе предназначенный для полёта на Марс в две стороны, пока, конечно, в беспилотном режиме.
В марте семьдесят шестого Юрий Гагарин сложил полномочия генсека, хоть мог править ещё десятилетиями как Мао Цзедун. Очень огорчил свою жену Аллу Маратовну, привыкшую считать себя первой леди СССР. Но увверял, что так надо было. Чувствовал, что к концу второй пятилетки в нём раздулась вера в собственную непогрешимость, стал меньше прислушиваться к советам более компетентных в узких вопросах специалистов.
Власть развращает. Согласись остаться ещё на один срок, а внести соответствующее исключение в Устав КПСС было несложно, в восемьдесят первом он не нашёл бы в себе сил отказаться от трона.
Оставив пост, отправился в долгое мировое турне с лекциями, встречался с многими общественно-политическими деятелями, включая Дэн Сяопина накануне его прихода к государственному штурвалу. Заслужил прощение супруги, охотно его сопровождавшей. Лучший туризм — за государственный счёт! Особенно принимающей стороны.
В период у правления государством и после, выступая неформальным посланником СССР, сумел выстроить политику в отношении стран третьего мира, выбравших некапиталистический путь развития. Вместо бестолковых финансовых вливаний, зачастую разворовываемых, экспортировалась экономическая модель рыночного социализма. Рост ВВП и более чем трёхкратное увеличение реальных доходов населения СССР за какой-то десяток лет стало примером подражания не в меньшей степени, чем посадка на Луну — примером владения передовыми технологиями.
Одно плохо. Как только Гагарин забросил тренировки в Звёздном городке, он располнел килограмм на десять, пролезет не во всякий люк. Какой из него теперь космонавт?