"Фантастика 2024-171". Компиляция. Книги 1-23 (СИ)

Но самое плохое так это то, что русские начали отрабатывать приемы постановки минных заграждений, а потому в любой день могли полностью перекрыть минами подходы к Талиенванскому заливу. И тем исключить любое нападение японских броненосцев. И что еще хуже — минные транспорты и миноносцы были замечены у островов Эллиот и Блонди, которым японцы отводили роль передовой базы флота при блокаде Квантуна, если представится возможность ее установить. Теперь это невозможно — слишком велик риск подорваться на выставленных минах.
— Эти гэйдзины, белокожие северные дьяволы словно читают мои мысли, постоянно опережая в действиях…
Мысль была страшной, но Того допускал ее. Не стоит недооценивать врага, особенно европейцев, а русские ими, несомненно, являлись. А белые варвары вызывали разумные опасения, так как страх неведом настоящему самураю. Хейхатиро отдавал отчет, что его страна бросает вызов крупнейшей державе Европы, обладающей огромной по своей численности армией в миллион человек. И которая умеет воевать, как показала история многочисленных войн, причем с любым противником. Вооружена она винтовками и пушками, не лучше, но и не хуже японских, с многочисленной кавалерией, которой в стране Восходящего Солнца мало.
— Армия ничего не добьется, если я не разобью русский флот, — тихо произнес Того, склонившись над картой. Тихоокеанская эскадра в Желтом море нависала над западным побережьем Кореи, которая была выбрана приоритетной целью войск маршала Ойямы. Однако продвижение на север 1-й армии генерала Куроки, которая должна была пойти в авангарде и занять Сеул, существенно затруднялось, начни русские корабли действовать активно, а сибирские дивизии и казаки при этом перейдут через реку Ялу и сами начнут наступление на Сеул. И с занятием Чемульпо ситуация станет скверной. Русские смогут беспрепятственно снабжать свою армию по морю, перебрасывая пароходами все необходимое и подкрепления из Дальнего. А вот для армии Куроки обозы и носильщики будут идти больше двухсот миль по скверным дорогам, которые станут непроходимыми после тайфуна.
— У русских семь броненосцев стоят на якорях в Дальнем, и два идут к Шаньдуню — у меня прекрасная возможность нанести первый удар. Нельзя допустить соединения, и постараться разбить их по частям.
Того взял листок с последней сводкой, к сожалению там приводились сведения трехдневной давности. Вражеской эскадрой фактически командовал сам наместник, адмирал Алексеев, и сейчас она должна была находиться в Дальнем. К сожалению, телеграмм оттуда не поступало, телеграфная линия недавно повреждена хунхузами — для китайских разбойников это было любимое занятие. А крейсера для ведения разведки лучше не отправлять — ведь это могло насторожить русских, и тогда внезапность будет полностью утеряна. А ведь гэйдзины сейчас явно настороже, раз русские пароходы стали искать убежище в собственных портах.
— Нет, все правильно — миноносцы атакуют Дальний и Порт-Артур одновременно, в то время как крейсера Уриу уничтожают русский отряд в Чемульпо и проводят транспорты с десантом. А я уничтожу отряды Вирениуса и Моласа, хотя они, думаю, укроются в Циндао. Но не важно — это уже будет победа, ведь по их законам они будут вынуждены разоружиться и интернироваться. А затем подойду всеми силами к Дальнему, и добью те броненосцы, что будут повреждены в ночной атаке…
Карта театра боевых действий на дальнем Востоке — русский флот сосредоточен в Дальнем, небольшой крейсерский отряд во Владивостоке. Японцы занимают выгодное стратегическое положение, но действия их армий возможны только в южной Кореи. И причина тому угроза со стороны Квантуна…
  
Глава 23
 
— Японцы были предупреждены, что любая высадка их армейских частей в Чемульпо будет рассматриваться как «казус белли», и мы имеем полное право воспрепятствовать этому. И на то у меня есть приказ его высокопревосходительства наместника, адмирала Алексеева, воспрепятствовать высадке японских войск силой. На посланную в Порт-Артур радиограмму пришел ответ, — капитан 1-го ранга Ливен посмотрел на собравшихся в кают-кампании офицеров «Разбойника» и прибывшего командира крейсера «Забияка» барона Шельтинга. И держа в руке листок бумаги, князь громко озвучил текст, которого все так давно ожидали:
  
— «Вражеский флот в полном составе вышел в море, русские пароходы задерживаются неприятельскими крейсерами, дипломатические отношения между странами вчера разорваны. Действовать по-боевому, высадку вражеских войск в Чемульпо пресечь силой оружия».
Словно ветерок прошелся по кают-кампании, лица офицеров стали отрешенными — все они прекрасно понимали, что до полудня доживут немногие, ибо перевес в силах на стороне противника.
— От имени государя-императора приказываю…
Ливен сделал короткую паузу, прекрасно понимая, что тем самым превращает пока еще хрупкий мир в яростную войну. Александр Александрович все эти долгие недели готовился дать бой, и вот теперь настал этот момент. Он понимал, что многие его осудят за принятое решение, но другого у него просто не было — вражеский крейсер в одиночку превосходил русский отряд по своей силе, и не уступал по совокупному водоизмещению.
— Как только японские корабли войдут в гавань — миноносцам немедленно атаковать «Чийоду», пустить мины с самой короткой дистанции. «Разбойник» и «Забияка» откроют огонь по транспортам, а если вражеский крейсер не будет торпедирован, то примут бой с ним. Так что, господа, я надеюсь только на ваше мужество, — Ливен посмотрел на командиров двух миноносцев — молодые лейтенанты смотрели на него замершими взглядами, в которых плескалась вселенская грусть, перемешанная с яростной отвагой.
— Господа, у нас два миноносца, но действовать они должны за четверых, чтобы возместить потери, которые мы понесли. Море безжалостно, но противник тоже не будет милосерден!
Из Владивостока, с помощью ледокола «Надежный», который пробил льды в Золотом Роге, с невероятным трудом вывели четыре новых миноносца типа «Пернов», проплававших всего по три-четыре года. Но сразу осталось три — корпус 208 не выдержал столкновения с отколотой льдиной, ухитрился пропороть себе борт, и ушел на дно. Хорошо, что команда успела сойти на льдину, и ее принял на борт ледокол. К Чемульпо дальше повели три «номерных» кораблика, но дошло только два — 210-й пошел на дно ночью со всем экипажем, когда море начало буйствовать. Дошло только два миноносца, которые еле успели привести в боеготовность. А вот крейсера «Рюрик» и «Богатырь», сопровождавшие миноносцы, добрались до Дальнего без проблем — их приход значительно усилил эскадру.
— Неприятель не ждет нашей атаки, так что шансы торпедировать и потопить «Чийоду» у нас есть. Наши крейсера расправятся с транспортами, по крайней мере, я на это надеюсь. А там примем последний бой, надеюсь только, что наша гибель окажется не напрасной. Сигнал к бою — подъем стеньговых флагов на «Разбойнике». Все, господа, да поможет нам бог!
Отпустив жестом офицеров, князь закурил папиросу, и машинально отметил время — стрелки часов подходили к полудню пятнадцатого дня февраля…
— Нагло себя ведут, по-хозяйски, Александр Александрович, еще бы, за ними идут крейсера Уриу.
Мичман Бершадский, вахтенный начальник на «Разбойнике», командовавший плутонгом девятифунтовых пушек посмотрел на Ливена с нескрываемой тоской в глазах — в порт входил «Чийода», за ним тянулись словно на веевочке три приземистых транспорта. Было хорошо видно, что палубу буквально забиты солдатами, которые в отличие от европейцев не размахивали руками, а вели себя вполне дисциплинированно.
Вражеский крейсер был готов к бою, пушечные стволы были развернуты на русские корабли, но молчали — японцы демонстративно показывали, что они проигнорировали предупреждения, но начинать войну первыми не хотят. Или все же откроют стрельбу⁈