Любовь зла, полюбишь и феникса

— Возможно, — на улыбку он не ответил, снова нацепив маску бесстрастного и строгого учителя. — Но это может тебе помочь не только в плане исцеления других.
— А в чем еще? — удивилась я.
— Белые фениксы, у которых врожденная предрасположенность к целительству, направляя энергию внутрь себя и подпитывая тело во время физических тренировок, добиваются очень хорошего результата. Так занятия проходят более эффективно и результативно. И если в боевой магии Белые значительно уступают остальным, то вот в плане усовершенствования физических возможностей и защите они очень сильны. Ты тоже можешь сделать ставку именно на это.
Я потрясенно распахнула глаза.
— Но как мне это сделать?
— Я расскажу все, что мне известно об этом, — задумчиво проговорил Тео. — А ты будешь использовать эти знания на практике. — Тут он усмехнулся. — И, знаешь, затея сделать из тебя более-менее нормального бойца уже не кажется мне такой труднодостижимой. Если, конечно, сможешь использовать свои преимущества.
— Я очень постараюсь, Тео! — серьезно пообещала я. — С твоей помощью, думаю, у меня все получится.
Он снова как-то странно посмотрел на меня, из-за чего я немного смутилась, но тут же отвел взгляд.
— Ладно, хватит тут прохлаждаться. У нас еще куча дел, — проворчал он, поднимаясь и увлекая меня за собой.
    
Глава 12
Месяц спустя
Руки дрожали, а вся верхняя часть тела превратилась в один сплошной комок боли. Заканчивались полчаса самого моего нелюбимого упражнения из всех, которые инструктор заставлял проделывать. Нужно было продержать посох на вытянутых руках в совершенно неподвижном состоянии как можно дольше. И если поначалу я не могла выстоять дольше минуты, то теперь, наверное, могла уже собой гордиться. Целых проклятых полчаса! Это больше напоминало изощренную пытку, а не упражнение.
— Достаточно, — обратил на меня, наконец, внимание Грегор.
Я с облегчением опустила руки, из которых выскользнул ставший уже ненавистным боевой посох. Начала разминать затекшие мышцы. К сожалению, целительский артефакт у меня забрали, как только отец узнал, что я открыла в себе это направление силы. Мол, так будет больше стимул развивать свои возможности. А энергию ведь приходилось экономить и использовать лишь в крайних случаях! Источник-то у меня один на все виды магии. А мне предстоят не только физические, но и магические тренировки. Не успею восстановить достаточно энергии — Тео меня в порошок сотрет.
Но и каждодневное постепенное усиление мышц с помощью техник, о которых рассказал мой наставник, дало свои плоды. Я уже уставала не так быстро и стала гораздо выносливее. Могла тренироваться практически наравне с остальными. Вот только до их уровня мастерства во владении оружием и способности переходить на сверхскорость мне пока не хватало. Впрочем, это поправимо. Инструктор и так говорил, что я делаю поразительные успехи для новичка. Эта новость, кстати, нисколько не порадовала моих так называемых членов команды. Наоборот, казалось, они только и ждали моей неудачи.
Так вот — не дождутся! Им сильно не повезло, что в качестве «няньки» ко мне приставили Тео. Он твердо вознамерился выжать из меня все соки, но достойно подготовить к предстоящему турниру.
Хотя, признаюсь, бывали моменты, когда мне его хотелось убить с особой жестокостью! Уж больно зверские методы он порой практиковал, утверждая, что цель оправдывает средства и не слушая моих жалких возражений.
Чего только стоило то, как он пробуждал во мне другие направления силы. До сих пор помню тот жуткий момент, когда привел меня в фамильный склеп Нуари и запер там в полной темноте, пока я не прочувствую скопленную там некро-энергию. Я просидела там два часа, во время которых чуть с ума не сошла! Орала так, что сорвала себе голос, стучала в тяжеленную дверь. И ни одна скотина не соизволила прийти и поинтересоваться, уж не убивают ли меня тут! Тео же, уверена, спокойно себе тренировался с магией, стоя снаружи, и не обращал внимания на мою истерику.
Лишь через два часа он соизволил открыть дверь и поинтересоваться, получилось ли у меня что-то. Я на тот момент сидела на верхней ступени склепа и рыдала, хрипя надорванным горлом. Говорить я теперь могла только каким-то свистящим шепотом. Разумеется, ничего у меня тогда не получилось. Слишком была напугана. О какой вообще концентрации можно было говорить в той ситуации? Тео же, поняв, что результата нет, вознамерился снова закрыть дверь и оставить меня здесь.
И вот тут-то с перепугу некро-энергию я и ощутила. Она выплеснулась из моего тела вместе со злостью и возмущением. В Тео полетел небольшой черный сгусток, от которого он успел заслониться огненным щитом.
В неверии от того, что только что сделала, я смотрела на свою ладонь, из которой вышла ранее неподконтрольная мне сила. Даже злость на Тео ушла. Все-таки его метод сработал. Иначе неизвестно, сколько бы я еще пыталась пробудить в себе энергию Смерти.
Он тогда молча вывел меня из склепа и обнял, что и вовсе повергло в ступор. Раньше не проявлял подобных сантиментов. Но сейчас, наверное, почувствовал, что именно это мне и нужно. Спрятаться в чьих-то надежных объятиях и хоть немного успокоиться после пережитого. Так мы и стояли несколько минут, пока Тео решительно не отстранился и снова не стал прежним твердолобым гадом:
— А теперь излечи сорванные голосовые связки. На целителя или артефакт даже не надейся. Время для поблажек закончилось.
— Бессердечный ты тип, Тео! — только и смогла просипеть в ответ.
Он лишь усмехнулся.
Способ пробуждения во мне воздушной стихии тоже был тем еще испытанием. Тео доставил меня в какое-то ущелье, где имелось странное место, в котором пересекались потоки воздуха с разных направлений. От свиста ветров и буйства воздушной стихии даже не по себе стало. Находиться так близко от этого места было по-настоящему страшно.
— Почувствуй это в полной мере. Свое сродство с этой стихией, — велел Тео и швырнул меня в самый эпицентр этого ада.
Мой истошный вопль потонул в торжествующем свисте ветров, которые начали играть моим телом, перекидывая из стороны в сторону. Чтобы выжить, пришлось забыть о страхах и боли и последовать совету Тео.
Минут через пять ветра перестали так хлестать, а наоборот, словно мягко передавали из одной ласковой руки в другую. Я покачивалась в этой странной колыбели, словно на волнах. И когда выразила желание оказаться снаружи, меня туда осторожно вынесло и поставило на землю.
Сердце стучало как всполошенная птица, и я долго не могла отдышаться, пусть и понимала, что уже все закончилось. А потом молча села на камни и закрыла глаза. Ни говорить, ни что-либо делать не хотелось. Нужно было немного времени, чтобы прийти в себя после пережитого. Почувствовала, как Тео сел рядом.
— Извини, другого выхода не было. Ты должна как можно скорее прочувствовать все, на что способна.