Призванная для Тёмного
И сейчас, если он действительно лишил девушку, участницу отбора, невинности – по закону его ждет казнь.
– Рин, ты же не можешь… – начал я, но он оборвал меня.
– Замолчи, Эстэр! Когда он подсыпал перца в горшок и пострадала эльфийка – я его прикрыл. Но это не может продолжаться вечно!
– Он подсыпал?! – удивился я, но мой вопрос так и остался неотвеченным.
– Ты не станешь казнить собственного брата! – вступилась за Шада Игнис.
– Я просто не стану мешать совету вершить правосудие… – Рин быстрым шагом покинул кабинет, а мы переглянулись и помчались за ним.
Внеплановый совет собрали в считанные минуты.
В залу привели Шада и девятую кандидатку.
Это была брюнетка, с красивыми серыми глазами в ободе длинных ресниц, стройная и всегда печальная. И как такая могла привлечь внимание избалованного Шаддайя Эль Даррот?!
Возмущенные советники гомонили, словно пчелиный улей. Шад ухмылялся, а девушка рыдала.
Дав несколько минут на обсуждение ситуации, Рин наконец-то поднял руку и повисла зловещая тишина.
Среди собравшейся толпы из знати и советников, я искал глазами Игнис, но никак не мог ее найти.
– Совет, уважаемые лорды, – обратился Рин к собравшимся. – Сейчас мы должны решить, как поступить с Шаддайей Эль Дарротом, моим младшим братом, вторым принцем и с кандидаткой номер девять, посрамившей честь участницы отбора и потенциальной владычицы Эльрата!
Все снова загомонили. Среди вариантов я разобрал, как кричали, что нужно казнить обоих, что лучше изгнать за стену, что нужно их поженить в принудительном порядке…
Это продолжалось почти четверть часа, а потом Рин снова остановил собравшихся.
– Шаддайя, ты признаешь свою вину в том, что нарушил правила отбора и опорочил девушку? – спросил владыка у брата.
– Не признаю, – с надменной ухмылкой ответил Шад. – Она сама полезла ко мне и уже была обесчещена. Быть может, кто-то из вас был первым? – он по очереди посмотрел на всех судей отбора, а затем скользнул взглядом по советникам и рассмеялся. – Как будете доказывать, что это именно я обесчестил девушку?!
Толпа снова завозмущалась на все голоса.
У меня же, от этого шума, только разболелась голова, да и думать ни о чем, кроме Ольги, я не мог. Приходилось постоянно заставлять себя, слушать то, о чем гудит совет, пытаясь придумать, как помочь мелкому засранцу, не нарушив закон.
В любом правиле всегда есть исключения, в любом законе – лазейка.
Я, как молитву, постоянно прокручивал в голове пункт закона, в котором, как раз, говорилось о нарушении главного принципа отбора – целомудренности участниц.
По сути, найди я эту лазейку – точно так же, я мог бы забрать и Ольгу. И выход наверняка есть, только как его найти?!
– Вы по доброй воле переспали с этим мужчиной? – спросил Рин у девятой кандидатки. – Это первый мужчина в вашей постели?
Девушка смущенно разглядывала носки своих туфель и всё медлила с ответом.
– Я вас слушаю, кандидатка номер девять! – грозно напомнил Рин.
– Да, первый и по доброй воле. Я ведь считала, что это он – властелин! И он так говорил! Я вообще не хотела участвовать в вашем отборе, я не собираюсь умирать! – девушка окончательно разрыдалась, закрыв лицо руками.
– Всё еще будешь отрицать свою вину, Шад? С каких пор ты стал властелином? – поинтересовался владыка у своего брата.
– Я ей такого не говорил, – пожал плечами Шаддайя. – Всего лишь не отрицал ее слов. Разве может быть виновен росток сорняка, что садовник посчитал его цветком?
Ольга
Талия, ноги и руки, за которые меня держала лиана, уже изрядно болели, а призраки уходить явно не собирались.
Руки они опустили, но стояли и смотрели на меня взглядами, полными непередаваемого отчаяния. Почему они здесь? Разве мертвые не должны уходить в мир иной? Что их держит?
Я снова посмотрела на маленькую девочку. На ее глазах блестели застывшие слезы.
– Почему ты не можешь уйти? – спросила я у призрака, погладив лиану.
Ответа не последовало, но девочка снова протянула ко мне руку.
До боли закусив губу, я тяжело вздохнула и снова прикоснулась к маленькой ладошке.
В этот раз собак не было. Я увидела спящую малышку, обнимающую самодельную куклу из соломы и лоскута ткани.
А потом погребальный костер, на котором девочка лежала совсем одна.
– Тебе не хватает куклы? – догадалась я, нахмурив брови. – Я найду ее. Только мне нужно уйти отсюда...
Барсик появился неожиданно, изогнул спину и зашипел, а духи засуетились и поспешили прочь, оставив меня нелепо болтаться под потолком.
"Кошки – хранители мира мертвых" – вспомнилась мне фраза из какого-то фильма.
– Барсик, где тебя носило?! – поинтересовалась я, уперев руки в бока.
– Где надо, там и был! – лениво ответил он запрыгнул на подоконник и начал степенно умываться.
Мурка опустила меня на землю и довольно потерлась о мою руку.
– Хорошая девочка! – я погладила ее по шершавой коре и улыбнулась.
Сказал бы кто, что я так привяжусь к растению – никогда бы не поверила. У меня даже кактус засохнуть ухитрился!
– Забирай свою подопечную и идем отсюда! – проворчал Барсик, спрыгнул с подоконника и, гордо задрав хвост, пошел к выходу.
– Эй, я же не подниму этот горшок! – возмутилась я, но тут же поняла всю глупость ситуации.
Если истра сумела перебраться из одного горшка в другой, то наверное может и по замку за мной прогуляться?
– Муронька, прелесть моя, а давай уйдем отсюда? Собирай корешки и идем ко мне в комнату? – попросила я, стараясь говорить мягко, но в тоже время уверенно.
Лиана не стала заставлять себя ждать, выбралась из горшка и, не забыв прихватить его с собой, бодро заперебирала корнями вслед за котом.
А вообще, странно получается! Как с вещами и на выход, так корешки аккуратно собраны, а как я в теплицу зашла, так по всему полу их разбрасывала. Как будто бы нарочно, чтобы я на них наступала и был повод меня отлупить!