Неудержимый. Книга XXVI (СИ)

— Однако, — генерал нахмурился и замолчал, приложив палец к виску.
— Не понимаю, зачем они это делают, когда общаются по дару «связи»? Так ведь сразу понятно, что ты с кем-то на связи, или же они специально так делают, чтобы это было очевидно? Не стану же я с ним разговаривать, если вижу, что он сейчас общается с кем-то другим.
— Я вызвал специалистов, — пояснил он, — Попробуем узнать, что скрывается по ту сторону пробоя.
— А не проще ли самим это выяснить? — решил уточнить я, — Делов на пару минут.
— Так-то оно так, — согласился генерал, — Но рисковать не стоит, не ты один такой умный. По ту сторону могут скрываться твари поумнее и гораздо сильнее. Ты, должно быть, не в курсе, но даже «Великие Охотники» иногда пропадают по ту сторону.
— Почему же не в курсе? — удивился я, — Очень даже в курсе, но моё дело предложить, а ваше — поступить так, как считаете нужным.
Конечно, соваться в пробой было крайне опасно, но меня не отпускала возможность того, что мешочек с концентратом из твари всё ещё можно было достать. Жаль упускать такую возможность стать сильнее. Как я уже и говорил, это разом бы решило все наши проблемы с ростом силы и ещё бы осталось.
— Нет, — наотрез отказался от этой идеи генерал, — Запомни! Жизни людей превыше всего! — серьёзным тоном ответил он, — Не сможем их сберечь, и этот мир будет обречён.
Возможно, он и прав. По сути, здесь собрались лучшие из лучших. Да, они зарабатывают на охоте деньги, но в целом делают благое дело. Не станет их, кто будет купировать пробои? Желающих и без того мало, а если мы будем терять каждый раз целые рейды, то их поток и вовсе иссякнет. В итоге человечество просто засядет в своих городах, дожидаясь, когда в один прекрасный день в наш мир придёт полчище тварей, которое сметёт всех и вся. Грустно, что тут скажешь.
— Да понял я, понял, — приподняв перед собой ладони, я признал правоту генерала, спорить себе дороже будет. — Мы расчистим вам путь от своих трофеев, — сказал я и, не дожидаясь ответа, направился к хитиновой спине гадины.
Генерал не стал возражать, она и правда мешала подобраться к пробою. Судя по «радару», с основной массой тварей охотники уже справились. Остальные сороконожки успели расползтись по округе, но за ними никто бегать не собирался. Оно и понятно, твари зарылись в землю, и теперь найти их можно было чудом или же специальными артефактами. Я заметил одного из егерей со знакомым устройством, которое улавливало звуковые колебания даже под землёй. Мы таким пользовались, когда в пещере у трупоедов находились, увы, но тот парень, что с ним работал, погиб первым.
— Мария, Лана, приведите Арсена, — попросил я девушек. — Он сейчас не совсем адекватный, так что поосторожнее. Искать в той стороне, — я указал на противоположную от пробоя сторону.
— Хорошо, — Мария кивнула, и они с Ланой побежали в лес.
Я же приступил к погрузочным работам. А именно, вызвал катер, и мы вместе с командой начали крепить верёвками и цепями хитиновый трофей. Когда она поднялась в воздух, мы поняли, что так она и будет висеть до тех пор, пока мы не притащим её в город. С остальными сороконожками было не легче. Все они были здоровенными, но часть всё же поместилась у нас на корме, а часть мы также подвесили за бортами.
— Позвольте представиться и ещё раз поблагодарить вас, — глава охотников вновь появился рядом, когда всё более или менее устаканилось. — Левинсон Борис Михайлович, архимаг земляной стихии и по совместительству глава небольшой группы охотников, — он указал в сторону их лагеря. — Если бы не вы, то ни меня, ни моего сына и других охотников, скорее всего, уже не было бы в живых, — с некоторой радостью в голосе сообщил он. — Будьте уверены, мы вам очень благодарны и готовы отплатить своим трудом в любое время суток! — Он протянул мне руку.
Улыбнувшись, я пожал ему руку. Крайне дальновидный мужик, он хоть и был в возрасте, но ума не растерял, понимает, что это их шанс стать чуточку сильнее. Впрочем, какое-то время я за ними наблюдал. В целом, хорошая команда, хоть и крохотная. Зато, как я понял, крайне дружная.
  
— Есть потери? — поинтересовался я.
— Два трёхсотых, — нахмурившись, ответил он. — Одному тварь оттяпала ногу, еле кровь остановили, так и хлестала во все стороны. Сейчас он спит, а по приезде в город мы его сразу в больничку определим. А второй лишился руки. Сам отрубил, когда тварь плюнула в него токсином.
— Ясно, — я кивнул. — Пойдём пройдёмся до них.
Превращаться в аптечку для всех охотников я не собирался. Наверняка там и другие пострадали, но парочку заочных знакомых я вылечить всё же решил. Заодно проверю, как там Толя поживает. Впрочем, я и так это знал. «Радар» подсказывал, что он сейчас ковырялся в какой-то гадине. В быке или сороконожке я не знал, но руки он держал словно хирург в операционной. Рвотные позывы у него тоже присутствовали. Я улыбнулся, не думал, что он настолько любит свою работу, раз даже в таком состоянии продолжал кромсать тварь.
Первым делом я занялся тем товарищем, что остался без ноги. Магистр водной стихии, теперь понятно, почему он получил такую рану, видимо, сороконожка посчитала его опаснее других. Передав ему нитку с монетами, в которых находились дары лечения, я приказал их активировать по одному, до тех пор, пока нога не отросла вновь.
Посмотреть на это чудо собрался весь коллектив, кроме Толи, он вообще не обращал на нас внимания и сидел, заполнял свои склянки ингредиентами.
— Спасибо! Спасибо вам большое! — парень вскочил с лежанки на новую ногу и чуть ли танцевать не стал.
— Благодарю, в больничке он бы своей очереди ждал месяц, а может, и больше, — старик пояснил чрезмерную радость парня.
— Такие очереди на лечение? — удивился я.
— Скорее, так мало артефактов лечения, — печальным голосом и со вздохом ответил он. — Приходится ждать, пока артефакт зарядится вновь.
— Интересно, — я задумался.
А ведь у нас был в планах медицинский пункт, но мы так до его создания и не добрались. Надо бы заняться этим вопросом, когда приеду в следующий раз. Позади послышались автоматные очереди и визг.
— Не расслабляться! — тут же спохватился Борис Михайлович. — Твари будут лезть через пробой всю ночь!
— И день, — добавил я. — Ещё около восемнадцати часов.
— Вы слышали? Восемнадцать часов! Боевая готовность! — рявкнул он на своих.
— Где второй? — спросил его я.
— Витька! — вновь рявкнул он, и вперёд вышел молодой парень, наш ровесник.
Парень отсёк себе руку по локоть. Я спросил его про ощущения, когда липкая субстанция попала на руку, и он сказал, что это было ужасно. Дикая, ни с чем не сравнимая боль, словно сотни иголок единовременно вонзились ему не только в руку, но и в мозг. Всё прошло сразу же после того, как он отрубил руку. Других вариантов он в тот момент не видел. Я заметил, что у него всё ещё были заполненные энергией «защитные покровы» с тусклыми рунами, чему Витя и сам удивился. Оказалось, что дрянь, которая на него попала, «защитными покровами» как опасная не распознавалась. Час от часу не легче. Выдав ему ещё одну нитку с артефактами, он восстановил руку и сразу же принялся за работу.
— Как дела? — я подошёл к Толе, который шприцевал сороконожку.
— Ты даже не представляешь, какая серьёзная вещь к нам попала! — он посмотрел на меня с восторгом, показывая шприц с белёсой густой жидкостью.
— Отчего же? Представляю, это сильнодействующий токсин, верно? — я сделал вид, что отгадываю.
— Верно! С помощью него можно таких дел натворить! — он поднял вверх указательный палец.
— Например? — я усмехнулся.
— Например, создать пули с токсином, одно попадание в тварь, и она уже корчится в агонии, которая будет выжигать её изнутри, — с восторгом выдал мне пример он.
— Что, и людей также можно? — задал ещё один вопрос я.
— И людей, — он закивал. — Ой! Людей не надо, — тут же спохватился он, чем вызвал у меня смех.
— Собирай сколько влезет, — приказал я. — Понадобятся склянки, спроси у моих, скажи, что я распорядился выдать всё, что потребуется. Хочешь, я тебе спущу помощников?