От Второй мировой к холодной войне. Немыслимое

  
15 августа
 
В 00.05 император Хирохито вернулся на своем черном лимузине во дворец и удалился в подземные спальные покои. В ту ночь в Токио звучали звуки воздушной тревоги и взрывы авиабомб.
Записи его выступления были упакованы в матерчатые мешки и положены в контейнеры от кинопленки. Возник спор, где хранить записи до начала трансляции. Камергеры предложили сотрудникам NHK (Ниппон Хосо Кёкай – Японская вещательная корпорация) взять их с собой на радиостанцию. Но те не соглашались, утверждая, что там их хранить опасно. В итоге было решено, что камергеры возьмут записи под свою охрану, и их передали камергеру Токугаве. Тот спрятал пленки в комнате придворных дам императрицы, положив на книжную полку и заставив книгами. Договорились, что руководители радиостанции сопроводят их до дворца и приедут их забрать в 11.00 утра. Не будь этого решения, история могла бы принять иную траекторию.
В 01.30 майор Хатанака вновь появился в кабинете генерала Мори и продолжил свою атаку:
– Мудрейший император непременно продолжил бы войну, если бы не советы нескольких советников-предателей в его окружении. Приказ, который вы отдадите по дивизии, спасет нашу страну. Его уже составил майор Кога.
Мори вызвал начальника своего штаба полковника Мидзутани и распорядился, чтобы тот организовал ему посещение храма Мэйдзи, где боги подскажут ему правильный путь. Впрочем, и без храма Мори после препирательств с заговорщиками занял позицию:
– Император все обдумал и принял решение спасти народ Ямато и нашу страну. Я командир его личных телохранителей, и мне остается только уважительно отнестись к волеизъявлению императора и исполнить его.
Капитан Сигэтара Уэхара из Академии военно-воздушных сил, который той ночью присоединился к заговорщикам, вынул меч из ножен и бросился на Мори. Наперерез выскочил полковник Сираиси, выхвативший свой меч. Поединок был скоротечным. Тело Сираиси рухнуло на пол к ногам Мори.
И в тот же момент Хатанака выстрелил в грудь генерала Мори.
Меж тем на подготовленный майором Кога поддельный приказ по дивизии императорской гвардии была поставлена печать генерала Мори. Приказ гласил «1. Задачей дивизии является защита императора и нашей страны.
2. 1-е пехотное подразделение захватывает дворец. Рота солдат захватывает Токийскую радиостанцию и блокирует ее передачи… 9. Подразделение связи прерывает все коммуникации с дворцом, кроме линии связи дивизии с дворцом». Копии приказа были направлены всем офицерам дивизии.
Хатанака, Сиидзаки и Уэхара отправились во дворец, где императорская гвардия уже приступила к выполнению приказа заговорщиков. Массивные двери дворца захлопнулись, движение через них было остановлено. Охрана у ворот усиливалась, дополнительные воинские части размещались на территории дворца.
Здание министерства императорского двора, где находились записи речи императора, было расположено недалеко от ворот дворцового комплекса. Хранитель печати, старший адъютант и камергеры отправились спать, отпустив начальника Информбюро Симомуру и президента радиокорпорации Охаси.
Но когда те попытались покинуть дворцовый комплекс, то обнаружили, что ворота плотно закрыты. Симомуру и Охаси было приказано выйти из машины и отправиться в караульное помещение, пока их машину обыскивали. Вскоре вместе с ними под замком оказались еще 16 техников из NHK и специалистов из Информационного бюро.
Меж тем в погруженном во тьму здании министерства двора Хатанака, Сиидзаки и Уэхара с верными бойцами вели поиск звукозаписи. Они перерезали все, как им казалось, телефонные кабели, чтобы прервать сообщение дворца с внешним миром. Заговорщики уже задержали и допрашивали и камергеров императора, и его главного адъютанта генерала Хасунуму, но те делали вид, что не в курсе, где спрятана запись. Мятежники обшаривали все помещения и коридоры, освещая карманными фонарями все закоулки, сдвигая мебель и открывая все ящики. Солдаты ворвались в апартаменты главного камергера Фудзиты, обшарили его рабочий стол, вскрыли сейф. Ничего. Затем отправились на кухню, в кладовые и подсобные помещения, по всем гостиным и спальням, переворачивая все вверх дном.
  
Около 03.00 ночи армейский офицер появился у дверей императорской библиотеки – это уже в самом дворце императора – и потребовал у начальника охраны, чтобы его подчиненные сложили оружие. Начальник охраны доложил камергеру Ириэ, и они решили ответить офицеру, что дворцовая стража имела холодное оружие по распоряжению начальника дворцовой гвардии, и только он может отдать приказ сдать его. Офицер ушел. Меж тем служители дворца плотно закрыли стальные ставни на окнах и запоры на дверях, чтобы не дать кому-либо проникнуть во дворец.
Отряды Хатанаки продолжали операцию, захватив три радиостанции компании NHK – в Хатогая, Косигая и Ниито. Если запись радиообращения найти не удавалось, тогда надо отрубить радио.
Еще два отряда были посланы, чтобы разделаться с премьер-министром Судзуки и председателем Тайного совета Хиранумой.
В 4.30 два грузовика и легковой автомобиль остановились у резиденции премьер-министра. Из кузовов выскочило более 40 солдат, вооруженных пулеметами, винтовками и мечами, которые сразу же открыли огонь по зданию. К счастью, Судзуки отправился ночевать домой. Сакомидзу, чудом избежавший расправы, успел предупредить премьер-министра по телефону. Тот быстро поднялся с постели, собрал все семейство, быстро погрузил его на машины, и они помчались за город. Едва отъехали, как подъехал отряд мятежников, разметал охрану и ворвался в дом, обыскав его сверху донизу. Не найдя премьера, выгнали слуг, облили дом бензином и подожгли.
Удалось спастись и Хирануме, который бежал из своего дома через калитку в соседский сад, когда к дому подъехали мятежники.
Военный министр генерал Корэтика Анами все это время в своей резиденции опрокидывал в себя один стакан сакэ за другим. Он слышал треск винтовочных выстрелов со стороны императорского дворца и прекрасно понимал, что они означали. Но он даже не подумал отдать приказ о подавлении мятежа, что мог сделать одним телефонным звонком. Он просто выпил еще один стакан. Находившийся рядом Такэсита не выдержал:
– Если вы сильно переберете, ваша попытка может не удаться.
Анами покачал головой и рассмеялся:
– Если выпить много сакэ, циркуляция крови усилится и кровотечение будет обильным!
– Вы что-то писали? – спросил шурин.
– Да, свое завещание.
Анами протянул бумажный свиток с посланием императору, написанным в жанре вака, поэмы из 31 слога.
 
 
«Нежась в лучах безграничного благоволения
 
Императора,
 
Я не могу найти подходящих слов, чтобы выразить свою благодарность
 
В свой последний час.
 
Корэтика».
 
 
Это были те же слова, которые Анами написал, когда его за много лет до этого отправили на китайский фронт. Генерал взял кисточку и написал на другом листе бумаги:
 
 
«С верой в непоколебимость нашей
 
Находящейся под защитой богов земли».
 
 
Анами надел новую белую рубашку, подаренную императором во времена, когда он был адъютантом Хирохито. Затем взял свой меч.
– В случае если мне не удастся попытка, будь добр – закончи дело, – попросил он Такэситу.
Дождавшись, когда Такэсита вышел, Анами повернулся лицом в направлении дворца, крепко сжал рукоять меча и нанес себе смертельную рану строго по правилам: точно под левым нижним ребром, а затем разрезать желудок слева направо и под прямым углом понять меч резко вверх. Когда Такэсита вошел, Анами со вспоротым животом нащупывал пальцами сонную артерию на правой стороне шеи пальцами руки.
– Мне помочь вам? – спросил Такэсита.