Воспитание бабочек

— Приезжайте в участок — лучше я скажу вам лично.
  
6
 
На улицах Виона было полно людей, последних летних туристов. Через несколько дней деревня снова опустеет, войдя в знакомую фазу спячки, которая продлится до лыжного сезона.
Торопясь в участок, Серена выжимала из малолитражки Ламберти максимум, на который та была способна, и всю дорогу гадала, что же «не дает покоя» командиру.
Тот принял ее в своем кабинете и сразу же закрыл дверь. Он вел себя настороженно и, казалось, хотел сохранить их разговор в тайне, как будто дело было щекотливым.
Серена, как обычно, села в креслице перед столом. Здесь ей чаще всего приходилось терпеть упреки Гассера и выслушивать опровержения своих гипотез. Она спрашивала себя, почему на сей раз что-то должно пойти иначе.
— «Найди первую сову. Посмотри на снег вокруг огня», — начал Гассер, скрестив руки на груди.
Двумя днями ранее, рассказав ему о загадочном послании в сборнике сказок, Серена заметила, что полицейский изменился в лице. Как будто в голове у него что-то щелкнуло. Но свое удивление Гассер тогда подавил.
— Я все думал, есть ли в этих фразах смысл, — произнес он.
— А он в них есть? — с нетерпением спросила она.
— Судя по всему, да. Сова — лесная птица, которая первой чувствует огонь. Как правило, хотя бы одна сова начинает ухать, а потом крик подхватывают и остальные. Уханье становится своего рода сигналом тревоги, который передается от дерева к дереву.
Серена пока что не понимала, зачем ей это знать.
Гассер отошел и что-то достал из ящика стола. Какой-то гаджет — впрочем, Серена не была уверена.
— На жаргоне «совой» также называют первый звонок, который поступает в пожарную службу при пожаре.
Командир нажал кнопку на гаджете, который оказался диктофоном.
«Один-один-восемь: что у вас произошло?» — спросила диспетчер.
«Я вижу пламя на крыше пансиона в центре Виона», — сообщил писклявый голос то ли мужчины, то ли женщины.
«В лагере?» — на всякий случай уточнила диспетчер.
«Да, там, где девочки», — взволнованно подтвердил голос.
«Вы сейчас на месте пожара?»
«Он у меня прямо перед глазами. Поторопитесь!»
«Вы не могли бы представиться?»
«Меня зовут Хасли».
Связь оборвалась. Гассер снова щелкнул кнопкой. Серена обомлела.
— Гном Хасли? — недоверчиво фыркнула она.
— Диспетчер подумала, что это фамилия, и именно так и указала в журнале вызовов.
— А номер можно отследить?
— Звонили с телефона-автомата неподалеку от шале и больше не перезванивали.
Серена попыталась уложить это в голове.
— Как вы думаете, это мужчина или женщина?
— Я бы сказал, женщина, но не уверен. — Гассер сел за стол. — Я послушал запись и не понял одного: если этот человек причастен к тому, что произошло, зачем он позвонил и вызвал спасателей?
Серена почувствовала, что командир нашел ответ.
— Я проверил время звонка, — сказал тот, взял со стола распечатку и протянул ей. — Звонок поступил за восемь минут до того, как в шале сработала пожарная сигнализация… Как свидетель умудрился увидеть пламя раньше, чем его уловили датчики?
— Кто бы ни устроил пожар, он хотел позаботиться о том, чтобы никто не пострадал, — на одном дыхании выпалила Серена.
Затем же использовались устройства Адоне: чтобы еще до возгорания распугать дымом все живое.
— Внимательно, значит, читал притчу о добром самаритянине, — съязвил Гассер.
— Потому что он не убийца, — пояснила Серена.
— А теперь перейдем к «снегу вокруг огня», — сказал командир, взял из стопки какую-то папку и открыл ее перед Сереной. — Вот что засняли мои люди во время спасательной операции.
Фотографии запечатлели охваченное пламенем шале незадолго до обрушения. Серену они потрясали по-прежнему. Огонь окружили пожарные и полицейские автомобили, а также машины «скорой», в которых оказывали первую помощь выжившим девочкам.
— Сколько гражданских автомобилей вы видите на этих фотографиях? — спросил командир.
  
Приглядевшись, Серена заметила несколько машин, припаркованных поблизости: под плотным белым покровом они были почти неразличимы.
Все, за исключением голубого «форда».
— Той ночью шел сильный снег, — сказала она. — Почему эта машина не покрыта снегом, а остальные да?
— Потому что приехала на место перед прибытием спасателей, — предположил Гассер. — И наверняка стояла там, пока мы все не разъехались.
Серена взяла в руки фотографию, на которой автомобиль было видно лучше всего. В салоне никого не разглядеть, но ее внимание привлек багажник:
— По-вашему, моя дочь была внутри? И возможно, оставалась там все это время, под наркотиками или без сознания…
— Кто знает, — удрученно ответил начальник полиции. — Номерной знак не разобрать, так что определить владельца невозможно.
Серена положила фотографию на стол:
— Но как об этом узнал Адоне?
— Уверяю вас, догадаться не так уж и сложно, — сказал Гассер. — Если тщательнее проверить версию о том, что поджог скрывал похищение одной из девочек…
— Мою версию, — не веря своим ушам, произнесла Серена.
Полицейский ограничился кивком, как бы извиняясь за свою халатность.
— И что дальше?
— У нас есть веские основания возобновить расследование.
— Всего-то? — спросила она.
— Это не доказательство, я не могу предъявить его судье. Вдобавок еще надо найти судью, который согласится поставить под вопрос предыдущее решение по делу. И это будет серьезный удар по имиджу Виона.
Просто не верилось, что начальник полиции беспокоится сейчас о плохой рекламе.
— А что вы собираетесь делать с этой женщиной? — спросила она, имея в виду Бьянку Стерли. — Раз Адоне спрятал подсказки, значит он уже подозревал сестру и не хотел, чтобы она нашла их раньше меня и уничтожила.
— Если у Адоне были весомые причины полагать, что Бьянка виновна, почему он об этом не заявил? Почему не высказался прямо? — возразил Гассер. — Зачем эти уловки?
— От стыда, — ответила Серена.
Ни она, ни Гассер ничего к этому не добавили.
— Итак, что вы собираетесь делать с этой женщиной? — повторила она немного погодя.
Гассер почесал лоб: он и сам не знал, как поступить. Серена пришла в ярость:
— Вы хоть понимаете, чего мне стоило сдержаться во время нашей вчерашней встречи?
— Вы хотели вцепиться этой женщине в горло?
— Я не о том. Понимаете ли вы, как трудно было не обнять дочь, которую я семь лет считала погибшей? — запальчиво поправила его Серена.
Гассер промолчал.
— Поставьте себя на мое место, — настаивала она. — Она была у меня перед глазами: моя девочка сидела всего в метре от меня… а я ничего не могла сделать.
— Я не думаю, что она ваша дочь, — неожиданно сказал полицейский. — И мне жаль, если я заставил вас поверить в обратное, — прибавил он.
Серена не знала, что возразить. Да и сил спорить у нее уже не осталось.
— Значит, вы ничего не сделаете? — только и спросила она.
Полицейский ответил вопросом на вопрос:
— Если это действительно Аврора, то что случилось с Леей?
  
7
 
— Она прячет ее на самом виду, на глазах у всех, — отметила по телефону доктор Новак, имея в виду Бьянку Стерли. — По сути, нет лучшего прикрытия, чем существование другой похожей девочки.
— Да, но что с этой девочкой стало? — Серену выводила из себя эта неразрешимая загадка. Но, по крайней мере, Новак ей верила.
Серена решила позвонить психологу, как только вернулась в апарт-отель. На улице хлестал ливень — одна из последних летних гроз. Запах сырости проникал из леса в маленькие апартаменты. Электричество, разлитое в воздухе, передавалось и Серене: не в силах усидеть на месте, она ходила туда-сюда, прижав к уху телефон.
— Думаешь, Леа правда существовала? — спросила доктор Новак.