Находка на Калландер-сквер

  
Энн Перри
 
«Находка на Калландер-сквер»
   
Глава 1
 
Осенний воздух был пропитан сыростью уже едва различимого тумана. Трава на Калландер-сквер, освещенная послеполуденным солнцем, покрылась желтыми пятнами упавших листьев. В небольшом садике в центре площади стояли двое мужчин с лопатами, устремив взгляд в неглубокую яму. Тот, что повыше, наклонился и опустил руки в сырую почву, что-то выискивая. Наконец осторожно поднял маленькую косточку.
Другой мужчина шумно выдохнул.
— Ну и чья же это, по-твоему? Слишком большая для птичьей.
— Домашнее животное, — ответил первый. — Кто-то похоронил собаку, навроде того.
Невысокий покачал головой:
— Так они не поступают. — Он выглядел убого на фоне бледных фасадов и суровой элегантности возвышающихся позади осыпающихся берез и лип. — У них есть специальные садики для таких нужд. Они это дело уважают.
— Наверное, это была маленькая собачка. — Высокий вертел кость в руке. — Или, может быть, кошка.
— Скажешь тоже — «кошка»! Не выдумывай. Джентльмены не держат кошек, а дамы не копаются в саду. Они не умеют пользоваться лопатой.
— Должно быть, это сделал слуга. Скорее всего, повар.
— И все-таки так не поступают. — Невысокий со значением покачал головой. — Ну, насчет зверья всякого. Домашнее животное, которое исправно несло службу в доме, должно быть похоронено соответственно: не в том месте, где люди могут прийти и выкопать его, вот как сейчас.
— Им, пожалуй, и в голову не пришло, что мы вздумаем здесь рыться. Много лет прошло с тех пор, как в этом месте в последний раз вскапывали землю. Мы бы и сейчас не стали этого делать, если бы нам не всучили этот куст.
— Лучше бы мы посадили его где-нибудь еще — к примеру, немного левее, — и пусть бы бедняга покоился с миром. Нехорошо беспокоить мертвых, даже животных. Скорее всего, кто-то позаботился о своем питомце, который исправно ловил мышей на кухне.
— Мы не можем посадить куст слева, остолоп! Иначе погубим форзицию.
— Попридержи свой язык!.. Ну, тогда посади его справа.
— Не могу. Здесь разросся родо… как его там… Прямо с дом вырос. Придется посадить его здесь.
— Тогда давай похороним кота под родо… как его там?.. Ты его вырой аккуратненько, а я устрою ему почетные похороны.
— Верно. — Мужчина примерился лопатой к тому месту, где, как он предполагал, заканчивается тушка, чтобы после ее можно было вынуть целиком, и всадил острие в землю. Мягкий чернозем и сгнившие листья легко поддались, и земля была вынута. Двое мужчин уставились на содержимое лопаты.
— Боже всемогущий! — Лопата выпала из рук того, кто раскапывал яму. — Господи, спаси нас!
— Что… что это?
— Это не кот. Я… я думаю, это ребенок.
— Матерь Божья! Что нам делать?
— Мы должны вызвать полицию.
— Точно.
Он положил лопату на землю медленно и очень осторожно, как будто это теперь имело какое-то значение.
— Ты пойдешь? — взглянул на него напарник.
— Не, я останусь здесь. Ты пойдешь и приведешь полицейского. И поторопись! Скоро стемнеет.
— Да-да, уже бегу!
Рабочий почувствовал большое облегчение, когда нашлось срочное дело. Но больше всего его радовало то, что это дело уводило его от ямы в земле и от месива на лопате.
Молодой полицейский был новичком в своей работе. Большие фешенебельные кварталы внушали ему благоговейный страх своими красивыми экипажами, ливрейными лакеями под стать им и армией слуг. Он чувствовал себя косноязычным, когда приходилось говорить с величественным дворецким, раздражительным поваром или с опрятными горничными. Вот мальчики-коридорные, посудомойки или молоденькие служанки — те больше подходили ему по положению.
Когда он увидел яму в земле и находку садовников, то сразу же понял, что это не в его компетенции. С ужасом и облегчением он велел садовникам находиться там, где они были, и ничего не трогать. А сам бросился со всех ног в полицейский участок, чтобы передать информацию своему начальнику — инспектору.
В сильном возбуждении, забыв об уставном порядке, парень ворвался в участок:
— Мистер Питт!.. Сэр!.. Мистер Питт! Произошел ужасный случай, сэр… смертельный случай!
Томас Питт, высокий улыбчивый мужчина с длинным искривленным носом, стоял у окна. Выглядел он довольно заурядно, но, хотя и был невероятно неопрятен, его лицо выдавало интеллигентность и ум. Он приподнял брови, взглянув на ворвавшегося полицейского, и спросил мягким приятным голосом:
— Что за смертельный случай, МакБит?
Полицейский задыхался. Из-за сбивчивого дыхания он не мог говорить складно:
— Тело… сэр. На Калландер-сквер. Жалкое, сэр… оно. Они только что нашли его… садовники… выкопали. В середине. Сажали дерево или что-то еще.
От удивления Питт поморщился:
— Калландер-сквер? Ты уверен? Ничего не напутал?
— Да, сэр. Нет, сэр, прямо в центре. На Калландер-сквер, сэр. Я уверен. Пойдите туда и посмотрите сами.
— Похоронено тело? — Питт нахмурился. — Что за тело?
— Это ребенок, сэр. — МакБит закрыл глаза и неожиданно стал выглядеть очень жалко. — Очень маленький ребенок, сэр… новорожденный… я думаю. Напоминает мою сестренку, когда она родилась.
Питт задержал дыхание. Медленно выдохнул.
— Сержант Бэйти! — позвал он громко.
Дверь приотворилась, и в комнату заглянул мужчина в форме:
— Да, сэр?
— Возьми карету «Скорой помощи» и доктора Стилвела, и поезжайте на Калландер-сквер.
— На кого-то напали, сэр? — Лицо сержанта сияло. — Ограбили?
— Нет. Вероятнее всего, простая домашняя трагедия.
— Простая домашняя трагедия? — От ярости МакБит перешел на крик. — Это же убийство!
Бэйти уставился на него.
— Думаю, что нет, — пожал плечами Питт. — Вероятно, соблазненная служанка скрывала свою беременность, тайно от всех родила, а затем ребенок умер. Она похоронила его и никому об этом не сказала. Переживает свое горе в одиночку, чтобы не быть выброшенной на улицу и не остаться без работы. На большее у нее не хватило характера. Такое случается бог знает как часто.
МакБит выглядел подавленным.
— Вы так думаете, сэр?
— Не знаю, — ответил Питт, направляясь к двери. — Но такое происходит не в первый и не в последний раз. Давай лучше пойдем туда и сами все увидим.
Все остальное происходило буквально за полчаса до наступления темноты. Внимательно разглядывая маленькое тельце, Питт потыкал палкой в рыхлую землю в поисках того, что могло бы помочь идентифицировать тело, и нашел еще одно изувеченное мертвое тельце. Он отослал доктора и карету «Скорой помощи» с двумя жуткими находками, а трясущегося и побледневшего МакБита отправил домой. Затем Бэйти и его команда оцепили сад, выставив охрану.
Питту больше нечего здесь было делать, тем более ночью, до тех пор, пока доктор не даст хоть какую-то информацию: примерный возраст младенцев и как давно они умерли, если это возможно установить. Также важно узнать, что случилось со вторым младенцем, захороненным глубже, и чем вызвана деформация его черепа. Глупо надеяться, что инспектор получит ответы на все вопросы сегодня.
Уже совсем стемнело, и липкая сырость от густого тумана висела в воздухе, когда Питт подошел к дому. Приветливо светили желтые газовые фонари, обещая уют и тепло не только продрогшему телу, но также уставшему уму и утомленной душе.
Томас вошел в дом с чувством удовлетворения, которое не покидало его вот уже без малого два года его женитьбы. Весной 1881 года его вызвали для расследования ужасного преступления на Кейтер-стрит. Серийный убийца душил молодых женщин металлической проволокой и оставлял их тела с разбухшими лицами на темных улицах. При таких страшных обстоятельствах Питт и познакомился с Шарлоттой Эллисон.
Разумеется, в то время она обращалась к нему с величественной холодностью, как любая девушка из высшего круга обращалась бы с полицейским, который стоит на социальной лестнице ниже дворецкого. Но вместе с тем Шарлотта отличалась необыкновенной порядочностью не только по отношению к другим, но и к самой себе. Презрев социальные условности, она смогла полюбить Питта и нашла в себе смелость бросить вызов установленным порядкам и выйти за него замуж.