Вересковое сердце

– Знаешь, что, – наконец, объявила Гирд, явно многое обдумав и взвесив в голове, – ты кажешься мне славной. Потому, я думаю, раз хозяйка решила вспомнить, что она второе лицо в ордене, и дел у неё невпроворот, может, я смогу натаскать тебя по всем правилам поведения?
Орис округлила глаза, не веря тому, что слышит.
– Правда? – спросила она с надеждой. – Ты разбираешься в этом?
– Обижаешь, – уголки губ Гирд приподнялись. Духи, умели ла она улыбаться по-настоящему, или только ухмылялась и условно обозначала улыбку? – Я варилась в этом большую часть своей жизни. Дворцовые правила, всё такое. Меня тошнит от них теперь, конечно, но ради тебя готова вспомнить былое.
– Потому ты ненавидишь слово «принцесса»? – поинтересовалась Орис. Гирд удивлённо приподняла брови.
– Заметила? – она скривилась. Орис продолжила вопросительно смотреть на неё, и Гирд сдалась, пояснив: – Я была служанкой принцессы. Когда грянул переворот и госпожу убили, оказалось, что бывшим королевским прихвостням не очень-то рады, да и идти мне было некуда, вот и бежала заграницу. Ничего хорошего прошлое за собой не несёт, вот и не люблю вспоминать. До сих пор больно, – она устало потёрла переносицу.
Орис понимающе кивнула. Это многое объясняло. Гирд любила родину, но потеряла свою страну, оставив её в разгроме восстаний. Неудивительно, что она была столь печальна. Одно дело, когда рушится только твоя жизнь, и совсем другое – когда рушится жизнь тысяч людей. К тому же, она была здесь совсем одна. Гирд можно было только посочувствовать.
***
Майрис с нескрываемым облегчением восприняла новость о том, что Гирд взяла шествие над Орис. Казалось, она сама дождаться не могла, когда же им в голову придёт эта идея. Она благословила их решение и тут же с головой ушла в какие-то бумаги, которые появлялись на её столе сами собой. Магия, да поберут её демоны лавовых пещер.
Гирд взялась за неё плотно. Для начала она проверила, чему наставница научила Орис в горной хижине, заставив несчастную ходить, кланяться, вспоминать, чем отличается книксен от реверанса, как протягивать руки, как и чем есть и пить… Сказать, осталась ли Гирд довольна, было сложно, ведь лицо её оставалось всё таким же бесстрастно-унылым.
– В тебе есть природная грация, – одобрила Гирд только для того, чтобы в следующий миг огорошить, – но не хватает уверенности. А это как раз то, что отличает госпожу от дворняги.
Гирд могла знать наизусть все правила хорошего тона, но это совершенно не мешало ей говорить прямо и не миндальничать. Забавно, что Марбл тоже всегда говорил в лоб, но в его исполнении даже самые ядовитые замечания звучали как лёгкие невинные шутки, в то время как слова Гирд нарочно ранили в самое сердце. Может, потому эти двое и не могли поладить?
– И как же мне перестать быть дворнягой? – тоскливо спросила Орис. Гирд ободряюще коснулась её плеча.
– Дело привычки.
С остервенением человека, нашедшего себе новое развлечение, Гирд принялась вырабатывать у Орис эту самую привычку. Конечно, Орис хотелось бы научиться двигаться так же плавно и изящно, как Гирд, потому она с не меньшим остервенением пыталась копировать все её жесты и замашки. Гирд быстро заметила это и пресекла на корню.
– Нет. Ты должна создавать своё, а не быть копией. Даже копией Майрис, какой бы она не была богиней.
Орис смущённо отвела взгляд.
– Да. Было бы проще найти заклинание и поменяться с ней телами, чем пытаться скопировать то, что в ней хорошо, – уныло буркнула она. Почему-то Гирд весьма странно отреагировала на её слова. Она выпучила и без того круглые глаза, нервно дёрнула ворот шерстяной накидки и торопливо сказала:
– Нет, я тебе категорически этого не советую.
Орис не обратила внимание на её странные слова и поведение, задумавшись о несчастной Майрис, не поднимающей головы от документов и поручений ордена. Конечно, Марбл старался помогать ей, находясь рядом почти круглые сутки напролёт и строя из себя идеального слугу, но не во всём он мог быть одинаково полезен. Однако замученная горами работы, Майрис всё равно оставалась невыносимо прекрасной, сдержанной и грациозной. Орис призналась самой себе: даже годы практики не сделали бы её и в сотую долю столь же восхитительной.
– И не закапывай себя! – наставительно молвила Гирд, словно подслушав её мысли. Или, скорее, наверняка подслушав их, ведь она как раз поправляла локти Орис, пытаясь научить её правильно сидеть за столом. – Не прижимай! Но и висеть они не должны. И помни: ты прекрасна по-своему, не вздумай сравнивать себя с другими и искать недостатки. Потому что уверенность…
– Помню, помню, – устало отозвалась Орис.
И почему она считала, что Майрис в их хижине была к ней слишком строга и придирчива? Да наставница просто душка! Гирд не прощала ошибок, критика лилась из неё потоком. Иногда Орис казалось, что она почти ненавидит новую подругу.
Когда прибыли новые наряды Орис, жить стало ещё страшнее. В жестоком мире равнин одеться было настоящей проблемой. Гирд настояла, чтобы Орис училась выбирать и сочетать одежду сама, без помощи Икары. Орис всегда считала, что вкус у неё неплохой, ну, если Дарета не брать в расчёт. Но здесь важен был не вкус, а какие-то совершенно другие правила.
– Нет-нет-нет, – умоляюще повторяла Гирд, мягко пытаясь отобрать у Орис выбранную одежду. – Мы же не простые обыватели, а волшебники, мы стоим в одном ряду со знатью! Для благородной девушки носить брюки… Невозможно. Ну ладно, в очень крайнем случае. Например, когда едешь верхом или выполняешь другую работу. Ну а мужчина в юбке – это в принципе смешно, независимо от статуса и занятия!
– Ты пытаешься сказать, что выбор одежды зависит… от пола? – напряжённо спросила Орис. Гирд торопливо закивала.
– Да, эта мода пришла из Шалема века четыре назад, – кивнула Гирд, всё же отвоевав у сдавшейся Орис брюки.
Она покорилась. В родной деревне она почти всегда носила платья, но они были совсем другими. Сделанные Рамешом юбки в основном были очень пышными, потому подразумевалось, что для сохранения этой пышности носить их следовало в несколько слоёв. А про голые ноги, несмотря на жару, Гирд и Икара не хотели даже слушать. Впрочем, здесь у Орис были свои причины согласиться с ними.
– Поверь мне, – вздохнула Гирд, – в Мемрисе порядки не такие строгие, как в больших городах. Вот в Спаэ ты взвоешь от необходимости носить корсеты и сочетать оттенок перчаток с цветом обуви.
Орис сморщила лоб. «В больших городах?» Если Мемрис не большой, то какие же остальные? Если порядки в нём не строгие, то насколько сильно забивают себе голову волшебники в других местах? Орис не была уверена, что правда хочет узнать всё это на личном опыте.
Иная проблема оказалась в обуви. Пусть она была сделана под заказ, от этого она не была менее неудобной. Нет, Орис научилась не падать с лестницы на каждой ступеньке (падала через одну), но всё равно предпочитала снимать орудие пыток при каждом удобном случае.