Я тебе объявляю дружбу, майор
Мы переглянулись, в красках представили ситуацию и дружно рассмеялись.
– Ну должны же они еще чем-то отличаться. Я слышала, что близнецы не могут быть совершенно одинаковые внешне, – выдала я новую мысль.
– Даже выяснять не хочу, – замотала головой Оля, отчего из ее прически выпала светлая прядь, падая на лицо, – у меня и помимо того, чтобы угадывать, кто пришел ко мне на свидание, проблем полно!
– Рассказывай, – махнула я рукой.
– Да нечего особо рассказывать. Я работу ищу. С прошлой пришлось уйти по собственному.
– Почему? – заинтересовалась я.
– Потому что нашего шефа посадили за кражу государственных денег. Мутная история. Офис распустили, все документы изъяли, а нас всех без выходного пособия уволили. Даже зарплату не выплатили за отработанный месяц.
– С работой могу помочь, – невероятно обрадовалась я, – моей сестре в агентстве всегда нужны аниматоры. Зарплата, конечно, не такая, как ты привыкла…
– Я согласна! – тут же вызвалась Оля.
– Завтра утром Алисе позвоню, – кивнула я, глянув на часы.
Вряд ли сестра будет рада слышать меня в два часа ночи!
В тот момент под открытым по случаю жары окном раздался до оскомины знакомый голос, от которого я подпрыгнула на месте:
– Марьяна, почему ты не спишь? – интересовался Филин.
Я зло сжала зубы и закатила глаза.
– Это кто? – обалдело уточнила Оля.
– Сосед наш, Филин! – шепотом ответила ей, взглядом разыскивая свою любимую швабру, – мало мне было одного сталкера, так он себе преемника нашел. В печенках уже оба сидят!
– Марьяна, у тебя все в порядке? – продолжал интересоваться Дмитрий, стоя под окнами.
Я неловко поднялась, выглянула, с ног до головы осмотрела серьезного как букварь Дмитрия. Насупившись, тот ждал от меня ответа.
– Дима, иди спать! – велела я.
– Я не могу спать, – заламывая руки, признался Дмитрий.
Я почти натурально зарычала, но тут мне на плечо легла легкая ладонь соседки, а сама Оля вдруг произнесла:
– Ой, а кто это у нас здесь?
Я обалдело развернулась, мы с соседкой переглянулись, сверкнули глазами и не сговариваясь, кровожадно развернулись к Филину. Дима сделал шаг назад, опасливо поглядывая на нас. Видимо, вспомнил, как убегал с моим паспортом…
– Какой хорошенький, – умиленно произнесла Оля.
– Я? – глаза Дмитрия приняли идеально круглую форму, а он отошел еще на шаг. На всякий пожарный.
– Ты, ты! – согласилась Оля, – ну просто прелесть, что за говорящая птица Филин к нам прилетела, да, Марьяна? Дмитрий, вы верите в судьбу? – томно уточнила она.
– Аааа, – Пернатый явно растерялся и переводил ошалелый взгляд с меня на Олю.
– Так вот, только сегодня мне цыганка нагадала, что встречу я ночью своего суженого. Я не поверила, а оно вон как, сам пришел.
– Я к Марьяне… – робко пытался возразить Дима.
– Не нужно слов, Дима! Мы созданы друг для друга, гадалка врать не будет!
– Я… – Дима открыл рот, закрыл и сделал еще шаг назад.
– Нельзя упускать свой шанс, – включилась я, – Дима, заходи в гости. А с самого утра сразу в загс поедем, свадебку по-быстрому сыграем! Салатиков покушаем, – довольно потерла я ладони.
– А потом ребеночка родим, маленького Филина, – продолжала веселиться Оля.
– И дочку Васей назовите, – ляпнула я.
– А Марьяшу крестной возьмем. Жить будем у тебя, Дима! Ты ведь один живешь?
– С мамой, – буркнул Филин, тактически отступая.
– Это так прекрасно! – Оля сложила ладони под подбородком, – у нас будет большая, дружная семья!
– Женщина, я вас не знаю! – взвился Дима.
– Так ты заходи – познакомимся, – предложила Оля таким тоном, что Дима вздрогнул.
– Я домой, – оповестил нас Филин, быстренько утекая под защиту подъездной двери.
– Встретим в подъезде или хватит с него? – засмеялась Оля.
– Ну ты даешь! – восхитилась я, – спасибо!
– И тебе, – улыбнулась соседка.
Мы важно пожали друг другу руки, с тоской посмотрели на недопитую бутылку шампанского и обе вздрогнули, когда одновременно зазвонили наши мобильные телефоны.
– Ты смотри, какие дружные, – восхитилась я: на дисплеях отражались имена братцев.
– И не говори, – согласилась со мной Оля. – Отвечать будем?
– Нет! – гордо вздернула я подбородок.
Мы, так же дружно, как и коварные братцы, отклонили вызов и обе отключили мобильные телефоны. Посидев еще немного, решили, что пора ложиться спать, и Оля вернулась на свою жилплощадь, предварительно записав на листочке свой номер телефона. Мы договорились созвониться днем, чтобы обеспечить мою соседку трудовой повинностью в конторе моей сестрицы.
Закрыв за ней дверь, я тяжело вздохнула. С трудом добрела до постели, все еще прихрамывая, и, стоило только закрыть глаза, уплыла в глубокий сон.
******
Мы с Олей, довольные и воодушевленные, возвращались домой с детского праздника, где состоялся ее дебют в роли аниматора. Алиса взяла мою соседку сразу же, Федор быстренько ввел ее в курс дела и провел экскурсию по офису, а следующим утром сразу же обеспечил работой ее и меня до кучи, отправив на детский утренник, который прошел на «ура».
Мы вернулись в офис, переоделись в «гражданское» и решили пойти домой пешком – прогуляться и немного проветриться.
– Тебе твой близнец не звонил? – осторожно уточнила Оля, когда мы шли по парку.
– Звонил и писал, – вздрогнув, ответила я и поежилась, – но я не отвечала, а сообщения удаляла не читая. Он мне за два дня сообщений тридцать прислал, не лень же было, – покачала я головой.
Все это время я старалась не думать о нахальном капитане, а сообщения его удаляла, чтобы не сорваться и не ответить, потому что точно знала – Мирон обязательно втянет меня в диалог, заговорит, и я снова буду плавиться от его прикосновений где-нибудь на берегу реки, несмотря на дикую боль в ноге. Да спустя несколько минут я вообще забыла, что у меня что-то болело – слишком много других эмоций бурлило в груди смертельным для моей психики коктейлем. Только зачарованно смотрела на его руки, порхающие по моей лодыжке, и всеми силами пыталась ухватить нить диалога и отвечать не неопределенными междометиями, а чем-то похожим на осмысленные фразы!
– А я читала, – хмыкнула Оля, – Марк сообщал, что он на работе, что я все неправильно поняла, а Мирон меня до той ночи два дня назад в глаза не видел.
– Может, про Мирона правда? – с надеждой поинтересовалась я, но тут же себя одернула.