Я тебе объявляю дружбу, майор

– Давай! – радостно согласилась я, уцепившись за его предложение как за соломинку, – я согласная быть твоим другом.
– Я не то имел в виду, – нахмурив брови, возразил Мирон.
– А я – то! – ткнув пальцем ему в грудь, пролепетала я, – между нами ничего, кроме дружбы, быть не может!
Мирон в тот момент был мрачнее тучи и внимательно вглядывался в мое лицо.
– Когда-нибудь ты устанешь мне сопротивляться, Марьяна, – пообещал он решительно, – слово даю!
Я могла только сцепить зубы и надеяться, что не пожалею о своем опрометчивом решении с товарищем майором подружиться!
    
Глава 14
Мирон
Боже, я грешил, знаю! И никогда не был хорошим мальчиком, но не до такой же степени, чтобы за полчаса высочество меня ошпарила, а потом вероломно объявила дружбу! Без предупреждения, млин! С ней вообще нужно было строго фильтровать речь, но чтобы ТАК перевернуть мое предложение жить мирно…
Твою мать!
Пока Марьяна обрабатывала ожог, я с трудом удержал крышу и руки на месте, особенно когда ее пальчики прошлись над резинкой боксеров. Ко мне чуть Кондратий не пришел обниматься, пока я откуда-то вспомнил всех святых. А зубы сжались так, что казалось, еще немного и они посыпятся мелкой крошкой к ногам вредного высочества!
Нельзя так издеваться над бедным майором, нельзя! У меня от нее крыша ехала, а я понял, что попал. Вот просто попал на огромные глазищи, длинную, почти до поясницы, косу, пухлые губки и вреднющий характер. И на свои ощущения рядом с ней.
Ладно, Марьяна, хочешь дружить – пожалуйста! Посмотрим, насколько хватит твоей выдержки, потому что она у тебя уже трещит по швам!
Мое высочество, кажется и сама была слегка не в себе и пыталась переварить внезапно свалившуюся на голову дружбу. Ее близость кружила голову, а я с трудом отодрал себя от нее, делая шаг назад.
Сел на табуретку, чтобы Армагеддон в особо стратегических и немного обожженных местах не стал слишком уж явным и сложил подбородок на ладонях:
–Раз уж мы теперь друзья, предлагаю все-таки отметить мое звание, – предложил ей.
–Чаю? – невинно поинтересовалась Марьяна, захлопав длинными ресницами.
–С удовольствием, – вылетело с сарказмом.
Высочество отвернулась, протянула дрожащую руку и щелкнула кнопкой чайника. И после такой реакции своего тела она мне будет что-то о дружбе говорить? Хотя, уже зная ее упрямство, Марьяна вполне серьезно собралась со мной дружить…
В тот момент зазвонил ее мобильный, Марьяна вздрогнула и полезла за ним в задний карман джинсов. На меня она старалась не смотреть и только нервно кусала губы.
–Привет, Тимур! – с улыбкой ответила она на звонок, а я напрягся.
Какой, к чертям, Тимур?!
Высочество внимательно слушала, что ей говорит кандидат в инвалиды, а потом глянула на наручные часы:
–Я могу через час подъехать…
И покосилась на меня. Я сделал лицо «кирпичом», но уже представил где и как я прикопаю неведомого Тимура и всю его команду!
–Пока, – улыбнулась Марьяна, сбрасывая вызов.
–Кто такой Тимур? – невинно поинтересовался я, надеясь, что выражение на моем лице вышло не слишком зверским.
–Мой инструктор по вождению. Друг Макара, – присаживаясь напротив меня, спокойно ответила Марьяна, все еще не глядя мне в глаза.
Оба покойники! И Макар, который допускает панибратские отношения в образовательном учреждении тоже попал!
–Симпатичный? – не удержался я, – не смотри так, высочество, умение убивать взглядом в списке твоих достоинств не значится!
–Симпатичный! – вздернула она свой прекрасный носик и с вызовом посмотрела на меня, – но тебя это не касается.
–Как это не касается? Мы друзья, забыла?
–Мирон, давай сразу договоримся, что в мою личную жизнь ты не вмешиваешься. А я в твою!
Вся моя личная жизнь как-то незаметно сузилась до одной не в меру вредной девчонки, но как донести это до нее, учитывая, что я сам виноват. Но кто же знал, что зацепит так сильно? Такого крутого поворота в своей жизни я точно не планировал, меня в ней все устраивало, ровно до ночи, пока Марьяна не свалилась на голову, приведя «нарушителя» в участок.
–Друзья нужны для того, чтобы помочь и выслушать. Я готов подставить тебе свое дружеское плечо, потому что уверен, что ты хочешь поделиться со мной подробностями своих отношений с Тимуром!
Марьяна вспыхнула, сузила глаза и кивнула:
–Да? Ну ладно. Тимур он такой.… Такой.… И руки у него золотые, он знаешь как машину чувствует?
Руки золотые пока целые, да! Интересно, как далеко к МОЕЙ Марьяне он свои золотые протянул?
–И что? Вы уже целовались? – манерно поинтересовался я, склоняясь ближе к ней.
–Нет, – сверкнув глазами, выдала Марьяна.
Маленькая, вредная девчонка меня специально провоцировала! Видимо в ту злополучную ночь двоечник-Купидон, который так и не научился нормально стрелять, еще и сильно маялся с перепоя.
А что ты хотел, Демидов? Сам заигрался, теперь сам и разруливай ту хрень, которую ты навертел в собственной жизни. Однако сдаваться я не собирался, впервые в жизни осознав, что боюсь потерять эту крохотную девчонку, рядом с которой так уютно и так нервно одновременно. С которой как на пороховой бочке – никогда не знаешь, какое твое слово вызовет искру и ты подорвешься.
–А собираешься? – отмер я.
Марьяна еще выше задрала свой носик и взмахнула рукой:
–Он не бабник, не врун, у него точно нет брата-близнеца, который предпочитает остаться инкогнито. И характер очень мягкий.
–Так тебе не нормальный парень, а домашний котик нужен?
–Возможно, – дернула высочество плечом.
–Ну, мяу! – развел я руками.
–Ты из породы котов, которые больше кобели, – ткнула она в меня пальчиком.
–Опять начинается. Высочество, ты хоть раз меня с девушкой видела? С кем-то кроме тебя?
–С Ол… – начала она и осеклась, а до меня дошло!
–С Олей ты видела Марка. Не спорь, Марьяна, ты прекрасно нас различаешь!
–Нам пора на занятия, – резко поднялась она, – ненавижу опаздывать!
–Что и требовалось доказать! – довольно откинулся я, опираясь спиной о стену.
Марьяна предпочла бежать. Быстро утопала в спальню и заперлась там. Я же заметил, что мое высочество еще прихрамывает и нахмурился. Нужно будет как-то провести отдельное занятие и показать ей как правильно жать на педали, а то она так себя ухайдакает со своим стремлением научиться водить.
Я поднялся, отметив про себя, что жжение на коже почти прошло. То, что я все-еще ходил в одних боксерах меня не смущало, но гребаный Апокалипсис все еще грозил разорвать белье и доставлял нешуточный дискомфорт. Я поднялся, прошел в гостиную, чтобы забрать свои джинсы из прихожей, когда взгляд наткнулся на рисунки Марьяны.