Кто ты, Такидзиро Решетников Том 7 (СИ)

Присутствующие не впервые на мгновение замирают.
— Ты же минуту назад говорил, что не в восторге ни от какой якудзы? — напоминает Янагида. — Передумал? — и толика насмешки в голосе.
— Если ДВБ встанет на твою сторону, ты окажешься прав дважды, — равнодушно отвечает молодой. — Значит, мне с тобой в одной организации делать нечего.
— А второй раз — это как? — напарник заканчивает работать с планшетом.
  
— И первый тоже какой? — интересуется невысокий патрульный.
— Первый: со справедливостью в полиции Токио труднее, чем в других местах, — Сато поднимает над плечом правый кулак и отгибает мизинец. — Если так, мои представления о жизни — действительно иллюзия новичка. — Безымянный. — И надо было реально забыть в кобане всё то, чему учили в академии, перед первым рабочим днём. — Средний.
— И какой ты делаешь вывод? — вроде как доброжелательно интересуется дознаватель.
— Мне в полиции Токио после такого делать нечего, — патрульный не менее показательно удивляется чужой недогадливости. — Но я думаю всё же, ты сядешь, Янагида. Или как минимум вылетишь с треском, а твоё место на втором этаже займёт новый, честный и добросовестный сотрудник.
— Не знаешь ты жизни, Сато-кун, — старший экипажа застёгивает чехол планшета, засовывает гаджет в наколенный карман и, потупив взгляд, направляется к машине.
— Я знаю, какой она должна быть, — отмахивается молодой. — А ты, видимо, стал слишком стар для нынешней работы — не помнишь текста собственной присяги.
Напарник замирает с вытянутой над водительской дверью рукой.
— Когда эта смена закончится, пожалуйста, уйди сам из моего экипажа? — ровно продолжает Сато. — По-хорошему? Или будешь объясняться с взводным, тогда даже пенсии можешь не получить.
Прочие молча расходятся по машинам.
Дознаватель Янагида ещё целую минуту стоит на парковке Йокогамы, расфокусировано глядя в пустоту и игнорируя начинающие срываться с неба капли дождя.
* * *
 
Едь сразу ко мне
 
— когда Хину запарковалась у входа в здание и включила телефон, первым пришло сообщение от двоюродной сестры. Кроме текста Йоко присовокупила и фотографии единым архивом — раздетая Хаяси-младшая в коридоре, примерно такая же Уэки, марширующие по айтишному этажу полицейские в формах.
 
У нас тут ЧП. Пытаюсь удержать в руках собственный департамент — согласованный саботаж полиции и моего первого зама. Видеофиксация пока тоже барахлит, сбросила сюда раскадровку самой себе. Это не тебе.
 
— дальше Йоко тихим голосом, не текстом добавляла, что они с помощью людей Моэко продолжают брать под контроль узловые точки небоскрёба. Параллельно спеленали её злополучного зама и сейчас пойдут его допрашивать в кабинет кузины.
 
Иду!
 
— Хину ткнула в предлагаемый программой стандартный ответ и перешла на лёгкую рысь.
— Здравствуйте, Хьюга-сан, — из стакана возле турникета с белозубой улыбкой вышел парень, которого она знала в лицо и о котором помнила, что его старший брат давно и плотно завязан в среднем звене Эдогава-кай.
Видимо, сестрица местами успела с пересменкой и на одном из ключевых постов разместила правильного человека, подумалось на автомате. Физики могут выходить из-под контроля группами, но и среди них будут свои люди — те, чья лояльность гарантирована объективными внешними факторами и в подтверждении не нуждается.
Например, как этот сотрудник.
— Привет, — пловчиха с благодарностью тряхнула волосами (вертушка за половину секунды была разблокирована дистанционно, чтобы топ-менеджеру не тратить даже секунд). — Проводи до директорских лифтов? — попросила она. — Доклад? Что происходит?
Охранник добросовестно заблокировал проходную и пристроился рядом. По ровному голосу было не похоже, чтобы разговор на бегу доставлял ему какие-либо неудобства:
— Йошида-сан меняет на всех постах снизу вверх физиков на «братьев» из Эдогава-кай — разовые контракты до утра, особые обстоятельства. Финансовые расходы на чрезвычайку санкционированы лично Хаяси Хонокой. Танигути Дзион подрался с Уэки Утой и со всё той же Хаяси Хонокой, по этому поводу приезжала полиция. Миёси Моэко-сан обвинила Танигути в покушении на изнасилование, а дознавателя полиции — в коррупции и в разваливании дела.
Хину, впечатлившись услышанным, присвистнула перед директорским лифтом:
— Однако! — Затем нажала на кнопку вызова, ждать предстояло около минуты.
Как на зло, лифт болтался где-то на верхних этажах.
— Это не всё. На парковке был конфликт уже между самими омивари-сан. Я в этот момент случайно оказался рядом — курил за углом под навесом для курения.
— А это разрешено во время работы? — улыбнулась углом рта Хьюга.
Не в качестве претензии, исключительно для поддержания разговора.
— Да, пять минут в час. — Серьёзно ответил парень, который шутки не понял. — По согласованию со старшим смены. Я предупредил — старший в рабочем чате отмолчался. Я заблокировал все вертушки и наблюдал за холлом снаружи, так что всё законно. И ситуацию тоже контролировал.
— А как полицейские выбрались на улицу, если ты всё позакрывал? Полезли через блоки⁈
— Щёлкнул пультом с улицы же, — удивился охранник и достал из кармана пластиковый прямоугольник с добрым десятком управляющих кнопок. — Вот этим. Они даже не поняли, когда выходили — подумали, турникет по умолчанию открыт. Когда все прошагали, я опять заблокировал, они снова ничего не заметили, оно же бесшумное. Что-то не так, Хьюга-сан?
— Всё нормально. Почему ты сказал о ссоре полицейских? Было что-то важное?
— Не знаю. Моё дело — фиксировать нештатное, если прямой опасности для корпорации нет. Зафиксировал, теперь вам вот сообщаю. — Между строк было понятно, на чьей стороне выступает этот человек, поскольку доклад главе Регулярного Менеджмента в обязанности рядовых сотрудников СБ никаким местом не входит.
— А если опасность всё-таки есть? — из детского любопытства поинтересовалась Хину.
— Если есть — реагируем по протоколу и зовём начальство.
— Поняла.
— Оттого, что один омивари-сан чуть не дал в голову своему коллеге, угроз для Йокогамы никакой, — хмуро продолжил собеседник. — Но территория наша, потому что директорская парковка. Сбросить вам запись?
— Давай, — Хину продиктовала номер. — И Йошиде тоже! — спохватилась она, входя в лифт.
— У меня нет её личного контакта! А по общим каналам — сейчас не лучшая идея! — крепыш красноречиво захлопал глазами и возмущённо открыл рот.
Хьюга без затей назвала ещё один телефон:
— Её семейный. Можешь сослаться на меня. Скажи, я приказала.
— Делаю.
Створки закрылись, в ноги упруго толкнуло снизу. По инерции приехав на самый верх, на этаж Регулярного Менеджмента, Хину хлопнула себя по лбу, со вздохом дождалась, пока двери откроются, и только после этого смогла нажать двадцать четвёртый — ехать-то нужно было в Безопасность.
* * *
— Все в сборе, — задумчиво пробормотала пловчиха, оказавшись в кабинете двоюродной сестры.
Хонока и Ута мазнули по вошедшей взглядом, каждая махнула рукой. Йоко горизонтально провела ладонью над полом, скрывая кисть за столом от остальных — дескать, располагайся и не отсвечивай. Слушай и вникай.
Такидзиро и Моэко молча раздвинулись в стороны, выкатывая между собой ещё один стул на колёсиках, подруга похлопала по сиденью и повернулась обратно к говорящему.
— … не только твоё дело. Наша фамилия из себя тоже что-то представляет. — По кабинету главы Безопасности, заложив руки за спину, с заострившимся лицом ходил вперёд-назад Хаяси Юто.
Интересно, а он тут какими судьбами? Неужели специально бросил всё и добрался вертолётом?
Пока каталась туда-обратно в лифте, Хину вытянула из корпоративных мессенджеров достаточно, чтоб предположить причины пребывания патриарха здесь и сейчас — несмотря на плотный час, народу в огромном небоскрёбе корпорации хватало. Обсуждать ЧП было кому (его и обсуждали на разные лады).