Неудобный наследник (СИ)
Но увы, вылезти через крошечный каменный желоб, шириной сантиметров в двадцать, идущей под уклоном к стене, не представлялось возможным. Но я планировал не это.
Встав рядом с Лучано, я взялся за глубокие пазы, в которых раньше была деревянная доска и сказал оруженосцу.
— Делай как я. На счет три, дергаем на себя. И раз, и два, и три! — и мы дернули. Камень сдвинулся на сантиметр от стены, открыв щель с фигурным вырезом под дерьмоотвод.
— Потайной ход! — удивился Лучано. Еще бы ему не удивится, он практически жил в этой комнате с детства. Но этот секрет он не знал. Возможно, про этот потайной ход не знал даже Гонорат. А вот Пер знал — его отец показал туалетные секреты и ему и мне, перед тем как уплыть. Скажем прямо, если Пер послал меня сюда… Да и не только меня, но и сестру… Значит я думал о его сообразительности куда хуже, чем он того заслуживает. Или просто он по жизни пессимист-перестраховщик.
Подавляя рвотные позывы от вони, мы с Лучано дергали и дергали каменную плиту. Она шла неохотно, по миллиметру за раз. Оставалось только надеяться, что наше натужное и ритмичное кряхтение примут за одновременный акт дружеской дефекации, а не за какой-нибудь другой акт. Я выпрямился и утер пот со лба. Плита, прикрывающая вход на потайную лестницу отодвинулась сантиметра на три и уже стали видны ступени. И на этом окончательно застряла. Странно, в прошлый раз старик Нотч её один сдвинул.
— Я сейчас, — сказал Лучано и протолкался мимо меня.
— Аст, что ты делаешь? — громко и удивленно спросила сестра в комнате. А потом испустила томный полувздох, полувсхлип. Сердце у меня в груди вдруг заболело, я дернулся было к двери, но мне помешал Лучано — он протискивался обратно, держа молот. Я прислушался. В комнате было тихо. Ни звука пощечины, ни возмущений. Я решил, что не надо вести себя как нервный подросток, а поступить как мудрый человек и не врываться в комнату. В конце концов, Аст её муж. Формально, уже две недели.
Лучано вставил в зазор между стеной и плитой свой молот, уперся в стену ногой и надавил, используя укрепленную полосами металла рукоять, как рычаг. Плита, испустив визг, сдвинулась и заскользила дальше.
— Тут был потайной засов, — поделился со мной Лучано, указывая на развороченный механизм сбоку. — Что же вы не сказали?
“Потому что у Магна память, как у рыбки!” — подумал я. А вслух сказал:
— Закрыть её за собой теперь нельзя, как я вижу?
Лучано молча кивнул. Механизм запора выгнулся висел сбоку от проема, поблескивая в свете свечи, как бейджик с надписью “Магн дурак”. Если не присматриваться, можно и не заметить.
Неожиданно за дверью раздался приглушенный крик:
— Я снова повторяю, я Аст Инобал! И я не тот, кто вам нужен! Я открываю дверь и выхожу!
Это кричал Аст и мне не понравилось сначала то, как он кричал, а потом и то, что он кричал.
Мы с Лучано, не сговариваясь, бросились в мою комнату. Входная дверь была открыта и в неё врывались люди, держа над головой факелы. В одном из них я с удивлением узнал одного из своих двоюродных братьев, что таскались за мной пиру. Впереди был уже знакомый северянин с перемотанной мордой. Он оскалился и что-то крикнул, показывая мне топор. Кажется, был рад меня видеть — совершенно невозможно разобрать его чудовищный акцент. Перед дверью лежал Сперат. От его головы растекалась лужа крови, пачкая шикарный берет, а рядом валялась окровавленная кочерга. Но все это я заметил мельком. Мой взгляд оказался прикован к Магне. Она лежала у кровати, совсем рядом со свечами, неуклюже раскинув руки. Опасно близко к огню. Её пышное свадебное платье того и гляди загорится. Я бросился к ней, перевернул её на спину. Платье, сшитое для свадьбы было почти все белое, и только некоторые детали оформления были красными — такие как розы на воротнике. Смотрелось очень круто. Стильно. Неброско. Ровно столько красного, сколько надо. Поэтому огромное красное пятно на её груди сразу бросалось в глаза своей неправильностью. Я коснулся его, уже зная что это такое — но какая-то безумная надежда все равно билась в висках, делая мне больно. В глазах зарябило, словно я плачу. Я посмотрел на свои окровавленные пальцы. Потом на Магну. И только сейчас заметил торчащий из неё кинжал. Мой кинжал. Как уродливый паук, вцепившись в добычу, глубоко зарывшись лапками-ребрами гарды в мокрые и красные от крови кружева. Сам клинок в ней по самую рукоять. Магна неожиданно открыла глаза. Бледная, из уголков рта течет пузырящаяся алая кровь. Похоже, пробито легкое. Она увидела меня, закашлялась.
Бледные губы сестры что-то прошептали, но я ничего не слышал — вокруг кто-то кричал, слышался звон металла. Это мешало сосредоточиться. Магна снова что-то сказала и протянула ко мне ручку.
“Магник” — понял я по губам. И она закрыла глаза. А её тело вдруг потяжелело в моих руках.
По мне словно прошла волна холода, вымораживая мысли. Это неожиданно помогло прояснить мозги — магия! У меня же есть магия! Надо просто вытащить кинжал и залечить рану. Я схватился за рукоять и сделал это. С трудом. Пришлось отложить меч и действовать двумя руками. Меня заставил дернуться от ужаса хруст трущихся о метал разрубленных ребер Магны, но я не только не остановился, а наоборот, удвоил усилия. Главное избавиться от металла в ране! С трудом вытащив кинжал, я нервно отбросил его прочь, как паука который в детве упал на Магну с дерева и испугал её почти до обморока. Она тогда побледнела, почти как сейчас. А потом мы вспоминали этот и смеялись. Так будет и сейчас. Я призвал всю свою силу. И опустил руки на Магну. Зачерпнул из глубины себя то, что заставило мои ладони засиять золотым светом. И снова. И снова. Засияла уже вся Магна целиком. Но глаза она так и не открыла. А пытаясь зачерпнуть еще, чтобы разжечь золотой свет еще сильнее, я почувствовал внутри себя пустоту. Словно ведро зашкрябало о дно сухого колодца.
Я разорвал платье на месте раны. Возможно, слишком сильно — но сейчас я не думал о приличиях. Рана сотворилась, оставив едва видимый след, покрытый кровью. Я осторожно надавил — кажется, даже ребра срослись! Но Магна все ещё не открывала глаза. Я снова попробовал, закачивая в неё свою магию, как тогда, с конем. Даже коню хватило, ну же, открывая глаза! Что еще можно сделать?! Массаж сердца!
— Она мертва, — сказал голос, который я в ту же секунду возненавидел. Я не глядя схватил свой лежащий рядом меч, намереваясь всадить клинок в того, кто посмел это сказать. Это был Лучано. В его щите засел арбалетный болт, кольчугу и шлем покрывал лед. Красный, из-за того, что Лучано призвал свой дар — и он все еще горел красной аурой вокруг него. Хотя нет, это не красный лед, это кровь. Кажется, не моего оруженосца — я оглянулся вокруг. Тел в моей комнате прибавилось. Мельком увидел пораскинувшего мозгами кузена и перебинтованного северянина, скулящего в углу — сквозь его прижатые к лицу руки сочилась кровь, пачкая белую повязку. И еще трое изломанных тел. Стоящих на ногах врагов не было.
Я снова опустился на колени перед Магной и попытался сделать массаж сердца. Раз, два, три. Дыхание рот в рот. Раз, два, три…
Послышались крики и звон оружия — по галерее к моим покоям приближались еще люди. Лучано схватил меня за шиворот и рывком отправил меня в полет по направлению к туалету. Я влетел в открытую дверь, едва успев сгруппироваться — но удар о стену меня все равно ошеломил. Лучано обернулся к входу в мою спальню, закрылся щитом и быстро отступал ко мне. Не забыв перед этим пинком отправить за мной мой меч — я едва успел схватить “Лозу” за рукоять до того, как мой же меч разбил мне лоб навершием.
— Что ты делаешь? — не понял я поведения своего оруженосца. Он двигался ко мне спиной вперед. Грузно, слегка прихрамывая. Красная аура вокруг него начала таять. Лучано держал свой молот под мышкой, чтобы освободить правую руку. Молот был в крови и какой-то коричневой кашице пополам с белыми осколками. Лучано зашел за мной в туалет, аккуратно закрыв за собой дверь. И накинул засов. В ту же секунду послышался глухой удар и из двери на три сантиметра высунулось острие арбалетного болта. Эта дверь была похлипче, чем входная, но куда солидней большинства входных дверей в моем мире.