Вопреки терзаниям (ЛП)

 Вот только, глядя на движения Сереги, смазливые парнишки и жилистые мужчины так воодушевились, что начали ему подражать. И уже спустя некоторое время танцпол заполнился новыми желающими отдохнуть и телом, и душой.
 Я потрясенно наблюдал за представлением, не веря, что все это происходит на самом деле: Серега, держась за козырек своей кепки, извивается как под наркотическими веществами, оглушающие басы, давящие на грудную клетку, окружившие нас потные, полуголые мужские тела... Это что-то невероятное. В определенный миг я вдруг осознал, что полностью отдался танцу, смог выбросить из головы все страхи, сомнения и воспоминания о прошлом.
  
 При любых жизненных обстоятельствах, какими бы они ни были, нужно уметь отключать эмоции. Хотя бы на час, да что там, даже на пару минут. Только в такие моменты многие пусть и серьезные проблемы кажутся решаемыми, а уж что говорить о бессмысленных тревогах, не стоящих внимания. Они становятся такими незначительными, будто щелкнули выключателем, и мрак тут же рассеялся.
 Не важно, что пришлось пережить в прошлом. Не важно, каким видится будущее и каким оно станет на самом деле. Не важно, что боль, терзающая изнутри, может никогда и не утихнуть. Сейчас все это казалось не важным. Только этот миг.
  Глава 25  
 Неожиданно Серега схватил меня за запястья, возвращая в реальность из собственных размышлений. Он так искренне радовался, что я наконец поймал волну всеобщего безумия. Словно безвольная кукла, я позволял ему дергать себя за руки и подстраивался под его ритм.
 Он одобрительно заверещал, но потом вдруг его взгляд переместился на кого-то за моей спиной, движения стали замедляться, брови поползли вверх. Он приоткрыл рот в немом изумлении, но так и не вымолвил ни слова. Я потряс его за плечо, кивком головы спрашивая, что происходит.
 — Мать моя! — его слова потонули в басах очередной песни.
 Обхватив мое лицо ладонями, он насильно повернул мою голову в сторону барной стойки, которую мы покинули сравнительно недавно.
 — Скажи мне, ты тоже его видишь? Или у меня мозги переклинило?
 Я не сразу понял, о чем вообще шла речь. Но спустя секунду в полумраке клуба смог разглядеть фигуру, которая, судя по всему, и привлекла внимание Сереги. Парень прислонился к барной стойке, баюкая в руках бокал с крепким алкоголем, и смотрел прямо на нас. Я потрясенно покачал головой, как и друг, уверенный, что мы попросту обознались.
 Но уже в следующий миг Матвей приподнял бокал в воздух, будто произносил тост в нашу честь. Он словно и не удивился, встретив нас в этом заведении, чего не скажешь обо мне и о Сереге тем более. Сердце забилось чаще, возможно, где-то на подсознательном уровне я ожидал подобного, все же появление Матвея в гей-клубе выбило меня из равновесия.
 Танец был благополучно позабыт, а мы так и замерли в центре танцпола, не решаясь сдвинуться с места. Я видел, какое потрясение испытал Серега, когда догадался, по какой причине Матвей посетил этот клуб. Его взгляд остекленел, а с губ мигом слетела озорная усмешка, сияющая на его лице все предыдущие часы.
 По мере того как мы приближались к бару, я смог наконец разглядеть Матвея как следует. Обычно он одевался по-простому, неброско: спортивные брюки, олимпийка или бомбер, изредка отдавал предпочтение синим джинсам. Сегодня же он выбрал песочного цвета брюки и черную рубашку с короткими рукавами, и лишь одна часть ее подола была заправлена в брюки, другая же болталась снаружи. Его рыжие волосы были идеально уложены лаком или муссом, а глаза сверкали в темноте ярко-зеленым цветом, как у дикой кошки.
 — Привет, Мэтью. — Серега неуверенно пожал протянутую руку парня.
 Он и вправду выглядел растерянным и даже не пытался это скрыть, как поступал раньше. Уверен, его уязвил тот факт, что Матвей сознательно утаивал правду, в то время как сам Серега доверял ему целиком и полностью.
 Стараясь не выказывать удивления, я коротко кивнул Матвею в знак приветствия и занял свое прежнее место за барной стойкой. Жестом попросил бармена подлить мне еще виски и заказал коктейль для Сереги — ему все равно что пить, лишь бы безалкогольное. Тем самым предоставил возможность этим двоим поговорить тет-а-тет. Ведь, какие бы хорошие отношения меня ни связывали с сотрудниками Сереги, близкими друзьями мы, очевидно, не являлись.
 — Какими судьбами? — после некоторой паузы решил спросить Серега.
 — Отдыхаю, — как можно небрежнее ответил Матвей, при этом продолжая нервно улыбаться. — Смотрю, вы тоже.
 Не трудно было догадаться, что за напускной отстраненностью он прятал истинные эмоции. Возможно, увидев нас, испытал страх или откровенный стыд, а когда понял, что сбегать нет смысла, решил притвориться, будто ничего удивительного в нашей встрече нет и вовсе. Словно бы мы пересеклись в обычном ночном клубе, где отдыхающие не отличаются специфическими предпочтениями.
 — У нас что-то типа сеанса психотерапии, — в голосе Сереги слышались напряженные нотки. Он машинально положил руку мне на плечо, а я даже не шелохнулся: настолько выбился из сил, повторяя его энергические движения на танцполе. — А то совсем раскис.
 Матвей на мгновение задержал на мне заинтересованный взгляд. Если его и удивило внезапное открытие относительно моей ориентации, то по лицу я так сразу и не заметил. Как и все остальные сотрудники, кто был знаком с Алмазом по нашим рассказам, Матвей и понятия не имел, кем он приходился мне на самом деле. Серега обещал держать язык за зубами до тех пор, пока я сам не поменяю решение. Но в тот период меня заботило лишь здоровье моего бедного парня и его будущее, ни о чем другом думать не хотелось. И объяснять что-либо окружающим тем более.
 — Не ожидал увидеть тебя в  таком  , — нерешительно начал Серега, обводя руками пространство вокруг себя слегка дрожащей рукой, — заведении. Многого же, оказывается, я о тебе не знаю.
 Он прищурил один глаз, медленно оглядев парня с ног до головы, и остановил взгляд на его волосах. Я видел, как Матвей из последних сил старается сохранять остатки самообладания, его пальцы так крепко сжали бокал, что костяшки побелели. Даже я слегка напрягся, не ожидая такого поворота событий. Если Серега вновь включит «подонка», мне придется вмешаться.
 — Ну, — замялся Матвей, то ли намеренно растягивая время, то ли попросту не зная, что ответить, — есть вещи, о которых не кричат на каждом углу. Это ведь останется между нами, Серж?
 Серега склонил голову набок, будто всерьез обдумывал его вопрос и не знал: ответить правду или дать ложную надежду. Напускное спокойствие слетело с Матвея в тот же миг. Заметив панику в его глазах, Серега не сдержал хитрую ухмылку.
 Да он его намеренно испытывал! Мстил, видимо, за то, что Матвей не стал раскрывать свою тайну. Лицо парня в темноте казалось совсем мертвенно-бледным. Мне стало его так жаль, ведь когда-то и я находился на его месте. Признаться, тот день не вошел в число самых лучших дней моей жизни, несмотря на первый поцелуй с Алмазом.
 — Почему ты спрашиваешь об этом только у меня? — Серега приподнял одну бровь.
 — У тебя плохая репутация в таких вещах, — встрял я, желая снизить градус напряжения, иначе неизвестно, что за этим последует.
 — Господи! Та злосчастная запись будет преследовать меня до конца жизни, что ли?
 Матвей явно не понял, о чем шла речь, но заметно расслабился. Поставил бокал на стойку, с облегчением выдыхая. Возможно, он не был до конца уверен, что Серега не разболтает всем его секрет, но и просить молчать не собирался. Чтобы как-то подбодрить парня, я улыбнулся ему поверх своего бокала. Матвей ответил мне благодарной улыбкой.
  
 — Да не скажу я никому, — произнес Серега, с недовольством цокнув, — не делайте из меня монстра.
 — Спасибо, — шепотом ответил Матвей. — Мне бы не хотелось, чтобы Карина узнала обо всем вот так.
 — Понимаю, хреново будет. — Серега потянулся к своему коктейлю и, протиснувшись между нами, уселся на барный стул. С развязной улыбкой он повернулся к Матвею, загораживая его от меня своей спиной. — И давно ты?..