Однажды в Марчелике
Сейчас Дан ясно видел ошибку касадора из номада Пая. Когда тот основывал Тодос Лос Сантос, он рассчитывал, что его посёлок станет теми самыми Вратами Равнин для поселенцев с запада. Но вышло иначе, потому что Нигад-Бех в этой части света забирала на юг, а путешествовать вдоль реки было удобней. И все пользовались вторым её притоком, тёкшим строго на запад. Уходящая на юг река Аргентум тоже располагалась восточнее. И хотя тут был самый удобный путь через горы Дефромаг, но именно здесь почти никто не ездил.
В результате, Тодос Лос Сантос так и остался маленьким уютным городком, в котором путешественник погружался на столетие назад, когда люди едва начали осваивать земли побережья Марчелики, а вглубь равнин и вовсе не мечтали попасть.
Большая церковь, способная вместить всё население (почти собор!), городской совет, мэрия, офис шерифа, банк, салун и магазины – практически все эти здания стояли на главной улице. А ещё вокруг Лос Сантоса виднелись остатки древнего частокола, который раньше прикрывал город от аборигенов и хищников.
Все новые селения в Марчелике строились по принципу тех же номадов и вадсомадов. Дома располагались так, чтобы защитить людей своими стенами. Центр в этом случае оказывался надёжно прикрыт, а жителям окраин оставалось лишь вовремя туда сбежать. Чтобы заметить врагов издалека, на въезде в поселение ставились дозорные вышки, где постоянно кто-то дежурил. Удобно, и не надо лишний раз частокол обновлять.
В Тодос Лос Сантос частоколом тоже больше не занимались. Чуть перестроив город, жители добились того, чтобы центр превратился в сильно вытянутый форт. А частокол забросили, и тот медленно разрушался под ветрами и палящим солнцем Марчелики.
Дан прервал свои наблюдения, неожиданно осознав, что слишком задумался – и пора бы уже искать место для лагеря. Воллы неспешно спускались по дороге с последнего холма перед городом, и отсюда было удобнее всего осматривать окрестности.
Остановившись и проверив, чтобы все фургоны вадсомада тоже встали, Дан привстал на козлах и достал складную подзорную трубу, когда-то подаренную Стариком. К нему тут же присоединился глазастый Иоганн. Общими усилиями был обнаружен распадок к северо-востоку от города у подножия скал. Дороги туда не вели, что обеспечивало хоть какую-то защищённость от гостей.
Вереница фургонов снова тронулась. Не доезжая до Тодос Лос Сантоса, воллы ушли с дороги на пересечённую местность и начали медленно огибать распаханные поля. К закату вадсомад сумел объехать поселение и, наконец, достигнуть распадка. Лагерь пришлось разворачивать уже в рыжих марчельских сумерках.
Но дело было привычное, а большая часть касадоров снова была на ногах и могла помочь. Так что, когда распадок накрыла темнота ночи, фургоны стояли кругом, на вышке стоял дозорный, а неподалёку паслись уставшие воллы. Внутри защищённого фургонами круга трещали дрова, выбрасывая к небу весёлые языки пламени, и распространялся повсюду запах готовящейся еды. Молодые касадоры собрались у костра, чтобы в ожидании ужина обсудить дальнейшие планы.
Вскоре над горизонтом показался Гробрудер, разгоняя мрак и освещая ночной мир своим красноватым сиянием. Из фургона вынесли на носилках проголодавшегося Джона, которому Луиза строго-настрого запретила вставать. Теперь ему во всех делах помогали заботливые родственники. А вскоре после ужина лагерь начал отходить ко сну.
Утром Дан проснулся одним из первых. Вообще-то он любил поспать до завтрака, но сегодня требовалось наведаться в Тодос Лос Сантос. С ним должны были ехать Мигель, Иоганн и Алекс, которому предстояло разузнать новости у местных мальчишек. Разбудив участников вылазки ещё до завтрака, Дан повёл их в сторону города.
Накануне вечером они долго обсуждали, какую легенду выбрать для себя в городе. В итоге сошлись на том, что легче всего изобразить наёмных трудяг, которые едут с работы на шахтах, встречавшихся в горах Дефромаг. Ради этого все револьверы были припрятаны, а вместо привычных штанов – надеты рабочие брюки, как у шахтёров.
Тодос Лос Сантос встречал их тишиной и практически пустыми улицами. Утро было ранним, тихим и сонным. Четверо лже-шахтёров вошли в ближайший трактир и заказали себе завтрак. Еду выбирали сытную, но, желательно, недорогую. Конечно, касадоры предпочли бы что-нибудь вкусное, а не только полезное, но – вот беда! – у шахтёров обычно не так много денег. Сразу бы возникли подозрения, что они либо кого-то ограбили, либо неумело притворяются.
Пока готовился завтрак, Мигель и Иоганн отошли к стойке, чтобы пропустить там по стаканчику местного пива. Всё это время они старательно общались между собой, а заодно и с барменом, скучавшим за стойкой. А когда вернулись, начали делиться новостями.
– Есть здесь дельтианцы… – начал с главного Иоганн. – Раньше все были помощниками здешнего рива. Человек пятнадцать.
– Были?.. – подняв бровь, уточнил Дан. – Что значит «были»?
– Рив старый был, вот и помер! – пояснил ему Мигель. – А недавно из Старого Эдема нового прислали. Вот он всю эту жендармерию и распустил: не понравились они ему.
– Крутой метен, похоже… – заметил Иоганн. – Бармен так и сказал, «мужик крутого нрава»!
– И чем сейчас дельтианцы занимаются? – спросил Дан.
– Вот как-то к слову не пришлось спросить, – Иоганн поджал губы. – Прости…
– Да узнаем! – не стал ругаться Дан. – Так в городе, получается, сейчас напряжённо…
– Не то слово! – кивнул Мигель. – Местные ждут, когда старые и новые жендармы лбами столкнутся. Мэр вообще туда-сюда… Короче, пытается все стороны примирить. Но сам понимаешь…
– А Томази тут был? – поинтересовался Дан.
– Мы спросили, не приезжал ли кто-то к этим бывшим жендармам. Бармен говорит, что нет, ничего такого не было! – сказал Иоганн.
– Всё? – уточнил Дан.
– Если тебя всерьёз не интересует, в какую из двух местных шахт наняться, тогда всё… – кивнул Мигель, принимаясь за еду.
– Алекс, понял, что у парней надо будет узнать? – спросил Дан у их юного спутника.
– Конечно! – радостно улыбнулся мальчишка.
– Тогда действуй, – кивнул Дан. – Через несколько часов встречаемся у станции дилижанса.
Сами молодые касадоры решили пройтись по городу. Дан считал, что было бы неплохо получить ещё хоть какую-нибудь информацию.
Городок был такой сонный и такой спокойный, что даже не верилось, будто тут кипят такие страсти, о которых поведал бармен. Но в этом-то и заключается удивительное свойство маленьких городков. Внутренние процессы, подобно тектоническим сдвигам, проходят в них до поры до времени скрытно…
А потом – бах! – и город взрывается, как долго спавший вулкан. Пробку приличия вышибает, и на свет божий вырываются удушливые облака ненависти и раскалённые потоки злости. Летят во все стороны камни обвинений и пепел былой дружбы. А потом всё опять затихает – до поры до времени, пока напряжение вновь не сорвёт жителям крышу…