Десять причин остаться с тобой (ЛП)

— Вы что-то хотели? — спросила она.
«Тебя. В моей постели. Сейчас же».
Он тихонько выругался.
— Чем, черт возьми, вы тут занимаетесь?
Она пожала полуобнаженными плечами, явно совершенно не переживая из-за его вспышки гнева или своего возмутительного одеяния.
— Я решила развлечь себя и посмотреть, что вы с собой привезли из Индии.
Он посмотрел на коробки, содержимое которых теперь лежало в беспорядке.
  
— Вы не имели права рыться в моих вещах, — процедил он.
— Я не думала, что вы будете возражать. — Когда он гневно посмотрел на нее, Элиза весело добавила: — Ведь мне больше нечем заняться.
— А как насчет сна? — рявкнул он. — Именно этим большинство людей занимается в такое раннее время.
— У большинства людей нет моих проблем, — она с вызовом посмотрела на него. — Мне же надо было как-то отвлечься от мрачного будущего, верно?
Проклятье! Она упрямо, как вода, точащая камень, гнула свою линию. И он, черт возьми, даже начинал верить в ее сказку. Она явно отчаянно старалась сбежать, так отчаянно, что отказывалась говорить, кто она такая, даже после того, как он грубо с ней обошелся.
Он отбросил эту мысль. Такие женщины, как она, умеют заставить мужчин поверить в свои выдумки. Для нее это просто игра, и он не позволит ей выиграть.
— Так что такого увлекательного вы нашли? — спросил он, решительно настроенный не дать ей снова втянуть его в обсуждение ее россказней.
Она постояла в нерешительности, а потом стала что-то искать в вытащенных вещах.
— О, я нашла много интересного. Прелестную расческу из слоновой кости… кожаные тапочки… и несколько интересных картинок.
Она снова решительно посмотрела на него:
— Скажите мне, сэр, что означает «конгресс ворон» [4]?
«Что? Неужели она нашла…»
— Потому что именно так называется эта картинка. — Она подняла ее, и он увидел еще несколько, разбросанных на коробке в глубине комнаты.
Будь проклята эта женщина! Она нашла его коллекцию индийских эротических гравюр.
  
Глава 5
 
Выражение лица Колина было таким комичным, что Элизе пришлось сдерживать улыбку облегчения. Наконец-то она добилась нужной реакции. Учитывая то, как решительно он ее игнорировал последние несколько часов, девушке уже начало казаться, что он так и не отреагирует на ее женские уловки.
Она вопрошающе приподняла бровь.
— Ну? Вы скажете мне, что это такое? — Он потрясла у него перед носом картинкой. — Название ничего не объясняет, хотя, должна сказать, картинка сама по себе очень порочная...
— Отдайте! — Колин поставил свечу на коробку рядом с дверью и вошел в комнату. — Благородным дамам такое видеть не положено.
— Не понимаю почему, — возразила она, хотя сама, когда увидела гравюры впервые, не могла не покраснеть. Но вскоре шок сменился интересом, а потом у нее созрел план. Правда, очень рискованный. — Вы же нашли их абсолютно приемлемыми, чтобы привезти с собой.
Выхватив у нее картинку, Колин протиснулся мимо нее, собрал остальные и запихнул обратно в коробку.
— Это был прощальный подарок от друга-художника. Он думал, что это очень смешно.
— И вы, конечно, все равно их сохранили. Естественно, из дружеских чувств, а не потому, что вам нравятся развратные картинки.
Он возмущенно на нее уставился:
— У меня в этих коробках не меньше двадцати книг, а вы решили посмотреть на это?
Она пожала плечами.
— Я просмотрела книги, но все они жутко скучные. Честное слово, Колин, я не понимаю мужского увлечения описаниями того, кто и как выиграл ту или иную битву. Вот если бы у вас были книги или гравюры на тему моды...
— Зачем? — Он нагло обвел взглядом ее тело. — Чтобы вы изобрели себе еще более скандальный костюм?
— Разве он скандальный? — Она невинно похлопала ресницами. — Мне кажется, он ничуть не хуже обычного вечернего платья. Кроме того, вас так возмущал мой мужской наряд, что я решила надеть что-то более женственное. В сложившихся обстоятельствах это лучшее, что я смогла придумать. Если у вас есть платье получше, так дайте его мне. Видите ли, у этого есть печальная тенденция сползать.
Она подцепила большими пальцами край лифа и притворилась, что подтягивает его, вместо этого спустив еще немного ниже. Когда взгляд хозяина дома неминуемо переместился на ее грудь, Элизе пришлось сдержать смешок.
— Пожалуйста, скажите, что у вас под платьем что-то есть, — хрипло выдавил Колин.
— Конечно. — Элиза выждала, пока он с облегчением вздохнет, и добавила: — Я нашла милую цепочку, украшенную драгоценными камнями, и застегнула на талии. Она очень красивая, хотя не думаю, что женщина на самом деле должна носить ее на голое тело.
— Боже, помоги, — выдохнул Колин.
— Что-то не так? — спросила Элиза, подходя ближе.
— Через несколько часов мне надо быть в Брукмуре, — огрызнулся Колин, разворачиваясь к двери. — А до того я бы хотел хотя бы несколько часов поспать...
— Я тут подумала, — перебила Элиза, чтобы не дать ему уйти. Проклятье, он категорически отказывался сотрудничать, вынуждая ее быть еще более бесстыдной. — Мы можем организовать обмен. Если вы согласитесь отвезти меня в Хонитон, тогда я тоже для вас что-нибудь сделаю.
— Что, например? — прорычал он, направляясь к двери. — Перероете остатки моих вещей? Украдете моих охотничьих собак? Расскажете магистрату...
— Я могу... доставить вам наслаждение, — выпалила она.
Он застыл на месте, чуть-чуть не дойдя до двери.
Набравшись смелости, Элиза подошла и встала перед ним.
— Ваши гравюры напомнили мне об историях про гарем, которые мы тайком читали в школе. Там было написано, что женщина может ублажить мужчину...
Он резко развернулся и стал надвигаться на нее, пока она не оказалась прижатой к стене гардеробной. Его глаза опасно сверкали.
— Вы пытаетесь оказаться в моей постели, Элиза? Потому что именно этим все закончится.
Он снова превратился в готического злодея, а ей было нужно совсем не это.
— Я не имела в виду...
— Поверьте, я не жалуюсь, — сказал он хрипло. Положив руку ей на бедро, он стал передвигать ее выше по талии, ребрам... внешней стороне ее груди. — Но если вы надеетесь, что, соблазнив, заманите меня в брачную ловушку, советую передумать. Я могу вас обесчестить, но будь я проклят, если на вас женюсь.
Она решила не показывать, как сильно ее ранили его слова.
— Спасибо за искренность, милорд, — выдавила она. — Но это совсем необязательно. Я не хочу вас соблазнять. — Она вздернула подбородок. — И совершенно не желаю выходить за человека, который считает меня совершенно неподходящей кандидатурой на роль своей жены... кроме постельных отношений, конечно.
— Я не говорил, что вы... Я лишь имел в виду... — Колин пробормотал проклятие. — Неважно. Но если вы не хотите делить со мной постель, то каковы ваши намерения?
Несмотря на накатывающее головокружение, Элиза заставила себя придерживаться плана.
— Я читала, что женщина может доставить мужчине удовольствие и без... потери девственности. Я предлагаю именно это.
Он прижался к ней так тесно, что она почувствовала его возбуждение сквозь тонкий шелк импровизированного платья. Реальность происходящего на мгновение потрясла Элизу, но вместе с тем подтвердила, что ее план может сработать. Во всяком случае Колин находил ее привлекательной.
Ободренная его реакцией, она просунула руку между их телами.
— Я могу использовать рот или пальцы...
Он поймал ее руку.
— Это правда, можете. — Он впился в нее взглядом. — А что потом? То есть после того, как вы закончите меня ублажать?
  
— Вы отвезете меня в Хонитон на своем кабриолете.
— Ах, да. — Он прерывисто вздохнул и вновь посмотрел на дверь. — Как ни заманчиво ваше предложение, я, безусловно, не могу его принять.
— Почему? — воскликнула она. — Я знаю, что не самая красивая женщина, но мне казалось... что... Я думала, вас ко мне влечет.