Кофе, кот, мужчины и я (СИ)

Финальная неделя моей каторги выдалась такой же насыщенной, как и предыдущая. Во-первых, Сережа отвез Пикса в клинику, снял гипс и сделал рентген. Кость срослась хорошо, штифт не мешал, поэтому его решили не удалять.
Вернувшись домой, Сережа открыл переноску. Кот осторожно выбрался и остановился посреди прихожей, прислушиваясь к ощущениям.
— Какое-то время он может немного прихрамывать. — Сережа слегка подтолкнул его под попу. — Но это должно скоро пройти. Мама, выдай котику какой-нибудь премиальной еды, он сегодня вел себя молодцом.
  
Еще бы! У него там поведешь себя не молодцом, сразу чего-нибудь отрежет! Давай, Сонька, доставай утку, не жмись! 
Зайдя на кухню, я осторожно выглянула из-за дверного косяка. Пикс шел довольно бодренько, но как только добрался до двери, начал хромать так, словно эта нога у него внезапно стала вдвое короче другой.
— Ну ты и жук! — восхитилась я. — Кончай притворяться!
Сердито зыркнув голубым глазом, он накинулся на паштет так, словно не ел неделю.
Ну что ты смотришь, Соня? Стресс у котика. 
— Ну еще бы не стресс! Теперь самому придется в туалет ходить, никто на руках носить не будет.
Эх, злые вы! Да котика на руках носить надо уже только потому, что он с вами живет! 
— Вот же паразит! — вздохнула я.
Мика, вернувшись из школы и обнаружив кота без гипса, завизжала от радости и бросилась его обнимать. Тот тщетно пытался увернуться.
Эй, уберите ее от меня срочно! Она мне сейчас еще что-нибудь сломает! 
Мика вообще пребывала в бурной экзальтации. Мама возвращается, со Светкой снова дружба до гроба, скоро лето. А еще она сказала мне по секрету, что ей понравился мальчик из пятого класса.
— Сонь… — Мика закатила глаза под зеленые брови. — Его зовут Максим. Он хоть и не кореец, конечно, но чем-то похож на Ёнхуна. И как я только раньше не замечала? Как ты думаешь, есть шанс, что он на меня обратит внимание?
Это надо быть слепым, чтобы не заметить такой ужас. 
Я прикусила губу до крови, пытаясь расхохотаться. И сказала задумчиво:
— Кто знает? Все может быть. А что Света говорит?
— Что он симпатичный.
Я убежала в туалет, спустила воду и только тогда позволила себе засмеяться.
Ну ведь злыдня же, да?
А сегодня мы с Сережей ходили на «Мафию». Я поблагодарила Леву за помощь и рассказала, что документы мои уже на подписи в администрации. И теперь нет никаких причин для отказа.
— Значит, скоро будем играть у тебя? — спросила Марина, хозяйским жестом поправляя на Юре стетсон.
— Да, — кивнула я. — Надеюсь. А кстати, никому работа не нужна?
— В смысле? — насторожился Гена Петрович. — А тебе нужен кто-то в кафе?
— Да. Я думала, что смогу со своей работой совмещать, но теперь понимаю, что вряд ли.
— Так я могу. Все равно на фрилансе.
Я запомнила, что он редактор в каком-то издательстве, но не знала, что на удаленке.
— И тут Соня в очередной раз убедилась, что мафия бессмертна, — торжественно провозгласил Юра. — Эй, мы как, играем сегодня или нет? Потом обсудите, не горит.
В этот раз традиционно выиграла мафия, куда попали мы с Сережей. На волне общего ликования я вспомнила, что у нас есть еще одна новость, о чем тут же поставила в известность честную компанию.
— И вы тоже? — не без разочарования переспросила Марина. — А мы-то с Юрчиком думали всех удивить.
— Можем скооперироваться и устроить двойную свадьбу, — предложил Юра, за что тут же попал под прицельный огонь возмущенных взглядов, моих и Марининых.
Ну правильно, какая женщина согласится делить свою свадьбу с кем-то еще? Такое может прийти в голову только мужчине.
— Мы пока не решили когда, — добавил Сережа. — Но предварительно всех приглашаем.
— Мы тоже не решили, — поддакнула Марина. — И тоже всех приглашаем.
— Если, конечно, еще не передумаете, — поддел Лева.
Спустившись на свой этаж, мы заглянули к Мике и вернулись к себе. Пикс, разумеется, лежал на кровати. Задергался суетливо, заморгал, попытался притвориться, что его принесли ангелы, но мы не поверили. Раз запрыгнул, значит, здоров.
— Свободен, дружок, — заявил Сережа, выставив его за дверь. — Доброго ночера! Надеюсь, больше не будешь висеть на шторах.
Укладываясь, мы кинули камень-ножницы-бумагу: кому вставать утром, чтобы вытряхнуть лоток и насыпать еды. Подрываться в семь утра выпало мне. Закончив это дело, я нырнула обратно к Сереже под бочок. Воскресенье же, можно спать до упора.
Но до упора не вышло. Сон прорвало телефонным звонком в начале десятого.
— Соня, я тут рядом, зайду сейчас.
— Ма… я это…
— Я ненадолго.
Телефон пискнул.
Спасибо хоть позвонила сначала. Могла ведь и без предупреждения заявиться.
— Серый, подъем! — я пихнула его в бок. — Сейчас твоя будущая теща придет. У тебя есть время надеть трусы.
  
Глава 66
 
— А сбежать времени у меня нет? — Сережа захлопал глазами.
— Что?! — возмутилась я. — Серый, если ты сейчас сбежишь, обратно можешь не возвращаться.
— Это уже серьезно, — вздохнул он. — Ладно. Встань, пожалуйста, ты на моих трусах сидишь.
Нам хватило времени не только одеться, но даже почистить зубы. Сережа как раз вышел из ванной, когда мама позвонила в домофон. А когда открылись двери лифта, из соседней квартиры, зевая, появилась Мика.
— А я как раз иду завтрак готовить, — заявила она. — Подумала, что вы уже встали.
Спасибо, Мика, это было конкретное палево. Хотя мама, конечно, и так засомневалась бы, что ко мне в гости пришел молодой человек вот прямо с утра в воскресенье, но когда говорят в лоб…
Впрочем, мама отреагировала не столько на сказанное, сколько на увиденное.
— Мика? — ахнула она. — Что это с тобой?
Как и я, мама знала ее с пеленок, но впервые увидела такую красивую, розово-зеленую.
— А что со мной, тетя Юля? — Мика удивленно захлопала ресницами, к счастью, сегодня не зелеными.
— С волосами?
— Вам не нравится? — огорчилась Мика.
— Ну… не знаю, — пробормотала мама.
В коридор выглянул Пикс и тут же спрятался: мама ему не нравилась. А вот Сереже прятаться было некуда, и он топтался в прихожей.
— Мама, это Сергей, — представила я. — А это моя мама. Юлия Петровна.
— Очень приятно. — Мама поджала губы, окидывая его с ног до головы рентгеновским взглядом. — Значит, это ваш станок в ванной?
Черт, я уже успела сто раз забыть, как мама приходила поздравить меня с днем рождения и усмотрела в ванной станок и зубную щетку. Она мне тогда еще пижаму с котиками подарила.
Я скрипнула зубами, а вот Сережа самообладания не потерял. Кивнул спокойно и подтвердил:
— Да, мой.
В воздухе повисло несказанное «а что?»
— Понятно…
Неловкую паузу очень удачно взломала Мика:
— Ну так что, завтрак готовить?
— Нюша уехала ненадолго, — пояснила я. — Пришлось мне за Микой присмотреть. Ты с нами позавтракаешь, мам?
— Да нет, — отказалась она. — Я завтракала. Но кофе выпью. А кот, смотрю, поправился?
Вашими молитвами, мадам. 
Пикс, уже привыкший целые дни проводить на лежанке, и сейчас развалился там, вылизывая лапу, освобожденную от гипса.
— Да, — кивнул Сережа. — Все срослось. Но штифт я ему оставил.
— Вы?
— Да. Я его оперировал.
— То есть вы… ветеринар?
Прозвучало почти как «коновал». Пикс злорадно ухмыльнулся в усы.
— Ветеринар.
И снова в воздухе повисло «а что?»
— Ладно, я все-таки приготовлю. — Мика обогнула маму и отправилась на кухню.
Та сняла плащ и туфли и пошла за ней. Мы с Сережей переглянулись. Я пожала плечами: предупреждала, мол, не обессудь. Он наморщил нос: фигня, прорвемся.
  
Пока Мика ставила на плиту ковшик с яйцами и вытаскивала все остальное из холодильника, мама достала турку и кофе. Мне показалось, что на кухне стало как-то тесно.
— Мам, давай сварю, — предложила я.