Дебют. Жить в СССР (СИ)

В школу не пошёл, как следует выспался, позавтракал, а потом отправился в обком комсомола. Ну, по идее следовало посетить райком, да толку от этого будет немного, моё предложение там точно не примут, не в их компетенции. А вот вышестоящий орган может помочь, недаром же в комсомол вступил. Уже когда почти дошёл до красивого здания в центре города, соседствующего с администраций, обкомом КПСС и КГБ, то мысленно ругнулся. Следовало взять с собой Жанну, журналистка одним своим присутствием бы помогла. Правда, для этого потребовалось поставить в известность тренера, всё же они с девушкой близки, да и посоветоваться не мешает. А то рубану с плеча, а потом придётся жалеть. Развернулся и отправился во дворец спортивной молодёжи, который, кстати говоря, под эгидой всё той же комсомольской организации, да её деятельности не заметно.
  
— Сергей, ты чего здесь? — спросил Сан Саныч, когда мы с ним обменялись рукопожатием в тренировочном зале.
— К Александру Николаевичу пришёл, — ответил я и уточнил: — Он здесь?
— После обеда придёт, — ответил тренер конкурирующей команды. — Помощь нужна?
— Нет, спасибо, — покачал в ответ головой. — Не знаете, Курзин дома или куда-то собирался?
— Понятия не имею, — пожал плечами Валенов.
Не солоно хлебавши, я покинул дворец спорта, но от идеи пообщаться со своим наставником и компаньоном не отказался. Поймал такси и попросил:
— Артиллерийский переулок, дом семь, — благо адрес Курзина запомнил.
— Где-то полтора рубля обойдётся поездка, — предупредил водила. — Деньги есть?
— Поехали, — сел на переднее сиденье.
Проблема в том, что номер квартиры из памяти выпал. Но вроде бы Курзин просил таксиста довести его до второго или третьего этажа. Нет! Подъезд второй, а этаж третий! А это уже не по всему дому бегать и искать, где Александр Николаевич живёт. Было бы дело вечером, то вообще никаких проблем. Спросил у бабулек, оккупировавших лавочки перед подъездами и те бы мне много чего рассказали. Ну, или у мужиков, играющих в домино, но на последних расчёт только если ещё не успели как следует за воротник заложить.
Подъезд в доме Курзина оказался без единой надписи на стенах. Как такое возможно? Ремонт явно не вчера делали, а пару, если не больше, лет назад. Или молодежь тут не живёт? А может быть участковый обосновался на последнем этаже? Впрочем, это не так важно, требуется угадать в какой квартире тренер живёт. Уже хотел нажать на кнопку ближайшего звонка, да в последний момент отдёрнул руку. Всё время забываю про дар и его возможности! Выпустил из источника искру, заранее попытавшись дать дару задание. Некоторое время рассматривал светящуюся точку в магическом зрении, удивляясь тому, что она сменяет цвета с прозрачного, на белый и красный. Словно сообщает, где теплее, а где холоднее. Мысленно отправил на поиск нужного мне человека с определённой аурой, и искорка исчезла в замочной скважине ближайшей двери. Отсутствовала пару секунд, вернулась таким же способом. Мне даже нет нужды смотреть на её цвет, точно знаю, что в квартире дед с бабкой на кухне пьют чай и поджав губы сердито молчат. А вот следующая попытка оказалась удачной. Мало того, мне сегодня точно должно повести, так как журналистка принимает ванну, а Курзин сервирует стол.
— Кто? — раздался из-за двери голос тренера, после чуть ли не двухминутного ожидания. — Чего названивать? Если не открывают, то не хотят общаться!
Ну, раз пять я на звонок нажимал, чем вызвал недовольство Александра Николаевича. А что мне оставалось? Курзин почему-то не спешил дверь открывать!
— Необходим срочный совет, — подавив в себе желание заявить, что пришла телеграмма или вы нас затопили, сказал я.
— Горцев? — раздался вопрос тренера, который не спешит меня впускать.
— Да, собственной персоной, — хмыкнул я, зная, что тренер прекрасно догадался, кто его потревожил.
Заскрежетал замок, приоткрылась дверь, и я увидел Александра Николаевича в махровом халате.
— Сергей, ты не вовремя, — признался тренер. — До вечера не терпит?
— Увы, — отрицательно покачал головой, — необходим разговор и совместный план действий. Ситуация-то непростая и вам об этом не хуже моего известно. Если призовые уйдут мимо, то и вам ничего не достанется. А ответ необходимо дать сегодня.
— Знаю, — вздохнул Курзин и посторонился: — Проходи, обувь можешь не снимать, тапок нет.
Стандартная прихожая, на удивление уютная и неплохо обставленная гостиная, льющаяся вода в ванной комнате, нервничающий компаньон и невозмутимый я. Такую примерно можно создать картину, будь кто-то из нас художником. Хм, подкинуть Лиде идею? Сумеет создать полотно на основе моих слов? Если бы в гостиную сейчас Жанна вошла в неглиже, то и вовсе получилось бы круто! Как в воду глядел, а то и сглазил. Не успел перейти к делу, как в дверях появилась журналистка. Правда, в коротенькой шёлковой нательной майке, абсолютно ничего не скрывающей при этом девушка придерживает на голове намотанное в тюрбан полотенце. Меня она не заметила, игриво сказала:
— Дорогой, ты почему не пришёл мне спинку потереть! Я же тебя ждала!
Я отвернулся в сторону окна, а вот Курзин из кресла подскочил, при этом воскликнув:
— Жанночка, мы не одни, у нас гость!
Немая сцена, непроизвольно, честное слово, перевёл взгляд на журналистку. Губа у тренера не дура, но фигурка моей Ленки всё одно лучше!
— Ой! Предупреждать же надо! — метнулась из гостиной журналистка, сверкнув голой попой.
— Ничего не видел! Временно ослеп! — громко провозгласил я, чтобы услышала смущённая девушка.
— Врёшь! — донёсся крик журналистки.
Вот зачем она мои слова под сомнения поставила? Опровергнуть её утверждение не могу. Чёрт, наедине с ней тоже первое время оставаться будет сложно. Нет, мне-то без разницы, а вот она почувствует себя некомфортно.
— Ладно, — опустился в кресло Курзин, — замнём для ясности. Сергей, ты чего хотел-то?
— Вопрос с соглашением, — вздохнул я. — Прикинул и так, и этак, получается дать себя и близких ограбить, в том числе и тебя или искать другой вариант.
— А разве он есть? — потёр висок компаньон, пытаясь услышать, что происходит за пределами гостиной.
Ну, мне-то известно, что Жанна спешно себя в порядок приводит, за её действиями мой дар наблюдает. Жаль только, что картинку не передаёт, а знания получаю какими-то образами. Что удивительно, так девушка спокойна и даже чему-то рада. Насколько понимаю, увидела что-то в глазах своего друга, точнее, любовника. Убегать она из квартиры не собирается, а большего пока и знать мне не надо.
— Примкнуть к одному из кланов, — загнул мизинец, а потом добавил к нему безымянный: — действовать самому по себе — второе, — взял паузу и продолжил: — Попытаться действовать через официальную структуру, в моём случае — комсомол. Это уже три.
— А есть что-то ещё? — поинтересовался Курзин.
— Переписать соглашение, — пожал я плечами.
— Последнее маловероятно, — покачал головой хозяин квартиры.
— Это вы о чём? — вошла в гостиную Жанна.
Девушка даже нанесла лёгкий макияж, подкрасила губы и выглядит невозмутимо.
— Я ей ничего не рассказывал, — признался Александр Николаевич.
— Так что произошло? Чего не знаю? — задала вопрос девушка, при этом стараясь сохранять невозмутимость и не показывая, что начинает злиться.
Опуская некие, ненужные, детали, я вкратце поведал, какое директор дворца спорта хотел заключить со мной соглашение.
— Почти девяносто пять процентов? — переспросила журналистка, а её глаза азартно блеснули.
Уверен, она уже мысленно прикинула разгромную статью, как наживаются на молодых спортсменах, чем отваживают их от продолжения спортивной карьеры. Наверняка и вопросов задаст много, одним из которых окажется: «Не поэтому ли у страны так плохо обстоят дела в некоторых видах спорта?»
  
— Смирнов утверждал, что с министерством спорта всё согласовал, а его ещё и торопили, — косвенно подтвердил мои слова Курзин.