Кайа. История про одолженную жизнь (том Шестой) (СИ)

Прежде чем говорить с ней, мне нужно было обмозговать то, что скажу. Включив видеофон вновь и дав ему загрузиться, набрал свою названую сестру.
— Что у вас происходит? — через несколько секунд, услышал я голос Кристины.
— Ты о чем? — вопросом на вопрос ответил ей, копируя файлы на накопитель Александра.
— Вы там с Розой поссорились, что ли? — уточнила она.
  
— Нет, никаких ссор. — ответил я, глядя на прогресс копирования. — Я сейчас в ванной нахожусь и только из воды вышла, а она прибежала сказать, что ты звонишь. Вот я и поторопилась открыть, будучи неодетой. Короче говоря, она вся засмущалась.
— Хорошо тогда, не ссорьтесь. Но… — ответила названая сестра. — Во-первых, ты почему мне не позвонила сразу? А во-вторых, зачем выключила видеофон?
В этот момент дисплей ВЭМ сообщил о том, что копирование виртуальных записей завершено. Всех записей, за исключением той, на которой «актрисой» была светловолосая и голубоглазая девочка.
— Прошу прощения, но после разговора с Блумфельдтом мне нужно было чуточку расслабиться и спустить пар, так сказать, чтобы не сорваться на истерику. — ответил я.
— Ну и как? Спустила? — хмыкнув, поинтересовалась она.
— Вполне, и теперь я чувствую себя заново включенной в розетку.
— Вот и хорошо, но…никогда больше не выключай видеофон! Ты должна быть доступна для меня всегда! В любое время дня и ночи! Выключенный аппарат означает, что с тобой произошло что-то плохое! Это, не говоря уже о том, что мне, возможно, что-то от тебя срочно потребуется! Ясно тебе?
— Я поняла.
— Чудесно! А что там по поводу нашего друга Александра Генриховича? Было ли что-то интересное, и о чем я должна узнать прямо сейчас? — спросила она. — Чего ему было нужно от тебя?
— Интересное было, да, но ничего срочного. Потом все расскажу, когда вернусь.
На последних двух словах я сделал особый акцент.
— Уверена? — голос царской любовницы сделался подозрительным. — И, кстати, о…
Было вполне очевидно, что это за о она имеет в виду.
— Да, со всем все хорошо. Об этом тоже уже переживать не следует. — ответил ей.
Все ли хорошо с Их Высочествами? — вот это интересует меня постоянно, но вслух, понятное дело, сейчас я этого не произнес.
— Ну ладно, не буду мешать, спускай свое напряжение. — голос царской любовницы вновь стал расслабленным и довольным. — А послезавтра жду вас обеих обратно, au revoir (*фр — до свидания, примечание автора).
Не дождавшись моего: «до свидания», она прервала вызов.
— И как же мне тебя ей передать? — вслух спросил я, отключив накопитель от шлейфа и вертя его теперь в руках.
Вернее, как это сделать так, чтобы самому не подставиться и не попасть на крючок к иностранной разведке, возможно, стоящей за дамой Кристиной, и при этом не рассориться с ней насмерть.
Просто всучить «розовому кусту» и пусть она передает сама? Но если я так сделаю, то, как ни крути, будет свидетель. И, опять же если, ее вдруг очень настойчиво спросят: «где взяла?», она ткнет пальчиком в мою сторону. Разумеется, это будет всего лишь ее слово против моего, но у меня действительно имелась возможность, и отнюдь не теоретическая, добыть этот накопитель вместе с хранящимся в нем архивчиком.
Возможно, накопитель из ВЭМ Александра в роли носителя этих данных — не самая лучшая идея.
Да наверняка не лучшая, однако самая реалистичная в моей ситуации, ибо любой накопитель, который у меня имеется или же сумею приобрести — будет слишком новым. Его служебную информацию, безусловно, проверят. А это практически гарантированно вызовет немало ненужных вопросов ко мне. Например: «а не копия ли это, Кайа?». Проявить в этом деле небрежность никак нельзя, ибо все то, что, так или иначе, связано с архивом, будет проверяться, что называется, под микроскопом.
Или я не прав, и добыть более безопасный для себя компонент все-таки реально? — я замер. — Ну, конечно же, дурья твоя башка. Комиссионные и прочие магазины по продаже б/у здесь же существуют.
Взяв видеофон в руки, голосом задал поисковый запрос:
— ВЭМ, видеофоны, Петербург, барахолка, продажа бывшего в употреблении.
Я бы удивился, если бы таковых не нашлось. Удивляться не пришлось. Более того, уже через минуту заприметил подходящее устройство.
— Та-а-ак.
Произнеся это, я быстренько убрал в тайничок и коробочку с микросхемами, и накопитель, и соединительный шлейф. После чего, приведя тайник в порядок, а затем одевшись, взял все свои устройства и потопал на кухню, в надежде застать ту самую кухарку.
На кухне.
Оказавшись на кухне Шефа, обнаружил, что мне повезло. Искомая кухарка, стоя ко мне спиной, за что-то распекала молоденькую девицу в фартуке и в поварском колпаке.
— Вечер добрый. — поздоровался я с обеими сразу, добавив. — Клавдия Сергеевна!
Та, обернувшись, уставилась на меня с открытым ртом, словно бы на призрака, а тарелка, которую она держала в руках, упала на пол и, с громким звуком, отразившимся от многих металлических поверхностей на этой кухне, разлетелась на множество осколков.
Звук разбившейся посуды вывел ее из ступора.
— Барышня…! — с надрывом произнесла кухарка, и было очевидно, что сейчас она разревется.
Скомандовав девице, чтобы та убрала осколки, кухарка быстрым шагом прошла ко мне и бесцеремонно заключила в объятия, отчего я едва не уронил ВЭМ.
— Живая! Целая и невредимая! — воскликнула она, отстранившись и хлюпая носом. — Слава тебе, Господи! Это же какое счастье! Персоналу уже сообщили, конечно, что вы приехали в особняк, но…
Замолчав, кухарка уселась на табуретку, стоящую в углу. Ее заметно потрясывало. Она, похоже, не хило перенервничала, увидев меня. Я уселся рядом, на такую же табуретку, а ВЭМ и видеофон положил рядом, на металлическую столешницу.
— Ой…! — вспомнив о чем-то, она вскочила на ноги. — Вы же кушать хотите, наверное!
— Нет-нет, спасибо! — я замахал ладошкой. — А вот от чашечки кофе я бы не отказалась! С мороженым и с шоколадной крошкой! У Эли, помнится, такой хорошо получался.
— Эля — эта змеюка подколодная! Едва ребеночка госпожи не погубила, детоубийца проклятая! — зашипела кухарка, а затем, опомнившись, затараторила. — Сейчас — сейчас, сделаю вам кофе с шоколадной крошкой и с мороженым! Может, в столовой устроитесь? Здесь-то неудобно…
Достав кофемолку и зерна, она начала молоть кофе.
— Да мне и тут нормально, если я вам работать не мешаю, конечно. — ответил я, наблюдая за ее действиями.
В этот момент загудел пылесос, которым девица принялась убирать то, что не получилось замести веником.
— Я, вообще-то, специально сюда пришла. Надеялась вас застать. Дом-то сейчас, считай, пустой, так что и просто приятно поболтать не с кем. — произнес я, глядя на то, как она засыпает кофе в турку.
  
— А! Поболтать, это-то я завсегда! — ответила она и, поставив турку на огонь, улыбнулась искренней улыбкой, а затем обратилась к девице. — Убрала?
— Да. — односложно ответила та.