"Фантастика 2025-102". Компиляция. Книги 1-29 (СИ)

— Да, надо усилить посты, — прошипел Дургуз. — Ос-строухие наверняка отправят сюда ещё воинов.
— И мы их постукаем, — заверил я его.
Тот кивнул.
— Постарайтесь выследить этого засланца, — произнёс я. — Если он ускользнёт на свои земли или отправит весточку домой, к нам точно отправятся их войска. Как только узнают, что случилось с гномьим городом.
— Сделаем, — криво ухмыльнулся Дургуз.
  
А я резко понял, что пора заканчивать с бездельем. Враги не дремлют, и каждая минута на счету, и чем больше времени мы тратим на праздное ничегонеделание, тем сложнее будет их одолеть. Пора высылать разведчиков вниз, в предгорья, а может быть, даже сходить туда самому. Нужно проведать раненых, провести ещё один смотр моего войска, проверить вооружение и припасы, потому как поход вниз будет существенно отличаться от быстрого штурма гномьих шахт, нам будет необходимо наладить снабжение, на одном грабеже мы далеко не уедем. Работы, в общем, непочатый край. А я только и делал последнее время, что прохлаждался и отдыхал. Стало даже немного стыдно за такую свою слабость.
Я встал, оделся, натянул толстый полушубок, огромную меховую шапку. Морозы начали приходить особенно злые. Плевок ещё не застывал на лету, но лишний раз на улицу выходить не хотелось, да и охотники порой возвращались обмороженными. Я только теперь понял, почему у многих орков уши выглядят именно так, словно кто-то их пожевал и выплюнул. Исключительно из-за обморожений.
— Пойдём, Дургуз, — сказал я. — Думаю, надо сходить, проверить остальные дозоры.
Брат заметно приуныл, тащиться по горам и снегу на отдалённые высоты жутко не хотелось, да и мне тоже. Но раз партия и вождь сказали «надо», остальные должны взять под козырёк.
— Или их кто-то уже проверял? — спросил я, давая ему шанс увильнуть.
— Нет, другие никто не проверял, — вздохнул он. — Говорю же, на Чёрный Утёс смена пришла, никого нет, пошли и доложили.
— Значит, заодно пришлём усиление на все посты, — заключил я.
На всякий случай я вооружился, немного перекусил на дорожку, и мы с Дургузом вышли наружу. Мороз тут же принялся щипать лицо, я поёжился, но тут же выпрямился и зашагал по утоптанной снежной тропинке к казармам, где в тепле и уюте бойцы отдыхали после занятий.
Я так и предвкушал их недовольство и ворчание. Ещё бы, в такую погоду никому не хочется отлипать от печки и идти на несколько часов куда-то на дальний пост. Но я ошибся.
Казарма встретила меня спёртым воздухом, в котором витали запахи дыма, крепкого орочьего пота и грязных ног, несмотря на все меры по поддержанию чистоты. Орки удивлённо покосились на нас, повскакивали с насиженных мест, приветствуя своего вождя. Я не стал долго тянуть.
— Нужно усилить посты, особенно дальние. Похоже, у нас на землях завёлся остроухий, — объявил я.
Ответом мне стали яростные вопли и рык, и я понял, что каждый из них готов идти куда угодно и на сколько угодно, лишь бы там была возможность постукать остроухого и отомстить за убитых братьев.
  
Глава 19
 
Сказано — сделано. Мы взяли ещё дюжину воинов, по числу постов, которые нужно посетить, и немедленно отправились в путь, потому как всё это мероприятие рисковало затянуться до самой ночи. А темнеть нынче стало рано. Зима хоть и только началась, но уже полностью вступила в свои права.
Мороз обжигал все открытые участки кожи, пробирался под одежду и бодрил не хуже нырка в прорубь. Бледное солнце, высоко висящее над склонами, почти не согревало. Я начал скучать по золотистым пляжам Анапы, чурчхеле и фотографиям с обезьянками.
На этот раз мы шли тихо, вглядываясь в заснеженные склоны, курумники и редкие заросли голых кустарников. Слова про остроухого на нашей земле приняли всерьёз, и каждый орк желал отличиться, пристукнув эльфа. Таким достижением мало кто мог похвастать, и это считалось высочайшей доблестью, хотя лично я во время штурма не увидел в их боевом искусстве ничего особенного. В драке один на один достаточно ловкий орк разделал бы любого эльфа, как бог черепаху.
К ближайшему посту мы подошли достаточно быстро, и я сразу обратил внимание на звенящую тишину. Только небольшая струйка дыма курилась там, где в специально вырытой яме орки разводили костёр, чтобы согреться. Ни одного караульного видно не было, и я вскинул кулак, приказывая остановиться. Если эльф вырезал и этот пост, ближайший к деревне, оставшись незамеченным, то мог вырезать и остальные, и пробраться в деревню. Похоже, мы имеем дело с настоящим диверсантом, и это вселяло тревогу.
Я потянул из-за пояса топор, крадучись пошёл к посту, стараясь двигаться максимально тихо. Мои спутники остались ждать, но готовы были в любой момент ринуться на подмогу.
Снег тихонько хрустел под меховыми сапогами, хоть я и старался бесшумно скользить, изо рта вырывались облачка пара, поднимаясь вверх и демаскируя меня для всякого внимательного наблюдателя, но я, кажется, оставался незамеченным. Вокруг всё было тихо, и только едва слышное потрескивание дров в костре нарушало это гробовое молчание.
Я прошёл ещё немного по узкой тропке, поднимаясь по склону, завернул за огромный камень, укрывающий пост от посторонних глаз. Я ожидал увидеть что угодно, кровавую бойню, выпотрошенные останки дозорных, пустой и брошенный пост, следы борьбы. Вместо этого я увидел двоих орков, закутавшихся в шубы и сидящих на корточках у костра. Оба тихонько посапывали посреди бела дня, безмятежно и беспечно, словно бы они сидели под юбкой у матери, а не в дозоре.
Меня охватило бешенство, настоящая, незамутнённая ярость. Я зарычал и с размаху пнул сапогом под рёбра сначала одного, а потом второго, оба подскочили на месте, растерянно хлопая глазами и глядя на меня с неподдельным ужасом. Я узнал обоих, это были молодые орки, совсем ещё пацаны, один из Чёрных Черепов, его звали Торбуг, другой из Каменных Когтей, Золдоб. Пожалуй, большая ошибка ставить в дозор пары из молокососов.
— Встать! — рявкнул я, и мой голос эхом отозвался со всех сторон.
Со стороны тропы начали подтягиваться остальные, понимая, что сейчас будет смешное. Бесплатный цирк.
— Вождь, мы… — забормотал Торбуг, но я не желал слушать никаких оправданий.
— Молчать! — проревел я и тут же наградил обоих заслуженными оплеухами.
Оба орка втянули головы в плечи, исподлобья глядя на меня.
— Спите, скоты? Сладко спалось? А? Отвечайте!
И тот, и другой не решались издать и звука, переминались с ноги на ногу, пытались выдумать себе оправдания, но не могли.
— Пока вы тут дрыхнете у костра, какая-то эльфийская мразь вырезает наши посты! И если бы вместо меня к вам наведался эльф, он бы сильно обрадовался, потому что вы сделали за него половину работы! — я рвал и метал, отчаянно желая прикончить обоих на месте, растоптать, прожевать и выплюнуть, мой гнев искал выхода, и не находил его в пустом сотрясании воздуха.
— Прошу прощения, вождь… — выдохнул Золдоб, склонив голову.
— Прощения ты должен просить не у меня! А у своих родичей, братьев, сестёр! Вы поставлены здесь не просто так, вы должны следить, чтобы ни одна мошка не проскочила по нашим землям незамеченной! А если бы этот эльф пробрался мимо вас в деревню и прикончил всех там? У кого бы ты тогда просил прощения?! — продолжал я.
Орки, ставшие свидетелями этой сцены, скалили зубы и хмурили брови, фыркали и плевались, глядя на младших товарищей. Мне это не понравилось.
— А вы? Они же с вами в казарме живут, так? — я повернулся к ним и дождался утвердительного ответа от нескольких орков. — Значит, вы несёте за них ответственность. Почему не объяснили всю важность задачи? Кто мне скажет? Это и ваша вина тоже!
  
Они что-то забурчали, окидывая провинившихся хмурыми взглядами, но ничего конкретного сказать не могли, что неудивительно.
— Нобзул! Остаёшься здесь, — приказал я. — Этих двух разрешаю учить любыми способами. Должны понять и осознать, в чём провинились.
— Да, вождь, — отозвался мой соплеменник.