Смуглая ведьма
– Там лекарства, – пояснила Мира. – Все под рукой – вдруг понадобится. Мы по возможности поддерживаем тут чистоту, а пару раз в год, когда наступает затишье, засучив рукава наводим полный порядок. Снаряжение у тебя будет свое?
– Я все продала. – Болезненное воспоминание. – Оставила только сапоги для езды и для уборки денников да еще шлем. Я не представляла, будет ли мне где все это хранить, да и вообще понадобится ли, во всяком случае на первом этапе. А надо иметь свое?
– Необязательно. Ну что ж, наверное, тебе не терпится взглянуть на наших лошадей. Мы берем и на постой, только в большую конюшню. Здесь мы держим ездовых и по мере надобности переводим их то туда, то сюда.
Мира говорила и продолжала идти своими длинными шагами, показывая Айоне денники.
– На сегодня у нас заявка на четверых на утро, после обеда еще две группы – пара и шесть человек. Уроки расписаны на весь день, так что мы забиты под завязку.
Она остановилась и потрепала по голове крепкого гнедого с белой звездочкой.
– Это Мэгги, такая ласковая! Очень хороша с детьми и с новичками. Она терпеливая, наша Мэгги, и любит спокойную жизнь. Я правду говорю, моя сладкая?
Кобыла потерлась носом о плечо Миры, потом нагнула голову к Айоне.
– Симпатяга! – Дождавшись, пока ее поскребут и почешут, Мэгги рассмешила Айону, ткнувшись ей в карман. – Сегодня у меня с собой ничего нет. В другой раз обязательно принесу тебе яблочко. Она… – Айона умолкла, заметив вопросительный взгляд Миры. – Что такое?
– Странно. Мэгги как раз больше всего любит яблоки. – Не продолжая, Мира прошла вперед. – А это наш Джек. Он уже большой мальчик, любит вздремнуть, а на прогулке при каждом удобном случае пощипать травку. С ним без твердой руки никуда.
– Любишь поесть и поспать, да? Да кто ж не любит… Подозреваю, такой большой и сильный малый, как ты, не моргнув глазом триста килограммов потянет.
– Это он может. А вот наш Спад. Он еще молодой и вздорный, но хорошо продвигается.
– Темная лошадка. – Айона подошла погладить его черную гриву. – И неравнодушен к картошке. – Айона вновь перехватила удивленный взгляд Миры и улыбнулась. – Имя-то его значит «картошина».
– Сегодня его возьмем, если ты не против. А вот «Королева» Би, так она о себе сама воображает. Командует всеми при каждой возможности, но хорошую прогулку любит.
– Я бы тоже не отказалась. У нее что-то с правой ногой?
– Немного растянула с неделю назад. Но уже все зажило. Если она тебе сказала иначе – значит, хотела, чтобы ее пожалели.
Айона неуверенно шагнула назад и убрала руки в карманы.
– Я не возражаю, когда у человека есть контакт с лошадьми, – заметила Мира. – Особенно если это человек из рода О’Дуайеров.
– Я с ними неплохо лажу. С лошадьми, – подтвердила Айона, поглаживая кобылу, взгляд у которой был воистину царственный. – Надеюсь, что и с О’Дуайерами мне удастся ужиться.
– У Коннора характер легкий, только имеется слабость к хорошеньким мордашкам. Ты, кстати, в его вкусе. Что до Брэнны, то главная ее черта – порядочность, а остальное неважно.
– Вы дружите?
– Да, причем с пеленок, вот почему я знаю, что Брэнна, с ее характером, ни за что не послала бы тебя к нам, если бы ты нам не подходила.
– Лошади – это мое. В этом деле я действительно неплохо соображаю. – Собственно, это единственное, что я умею, подумала девушка.
– Да уж придется соображать. – Айона взглянула на нее вопросительно. – Я здесь с рождения. И знаю, что третьим может быть только тот, кто понимает лошадей.
Айоне вспомнились взгляды официанток вчера за ужином.
– И что, здесь это всем известно?
– Что люди знают, во что они верят, что принимают? Это все разные вещи, согласна? Ну что ж, раз Бойл запаздывает, мы можем… – Она замолчала, вынула из кармана звякнувший телефон и прочла сообщение. – А, хорошо, он уже идет. Если не возражаешь, выйдем на улицу и встретим его.
«Потенциальный начальник», – отметила про себя Айона.
– Ничего не посоветуешь?
– Имей в виду, Бойл порядочный человек, хотя иной раз бывает резок в словах и поступках.
Мира показала Айоне, куда идти, а сама опять достала телефон.
– Он объезжает последнее приобретение Фина. Фин – его партнер, он часто в разъездах, особенно когда приходит охота подкупить лошадей или ястребов – или что там ему еще взбредет в голову…
– Но конюшнями управляет Бойл – то есть мистер Макграт?
– Ну да, точнее – они оба, но повседневными делами в основном занимается Бойл. Этого жеребца Фин отыскал в Донегале и прислал сюда, а сам пока еще где-то мотается. Он предполагает уже в этом году использовать его на племя, и Бойл преисполнен решимости обучить его манерам.
– Кого – Фина или жеребца?
Мира от души расхохоталась. Они уже стояли на улице.
– Хороший вопрос. Может быть, и обоих. Хотя бьюсь об заклад, с конем у него получится лучше, нежели с Финбаром Бэрком.
Она кивнула в конец дороги.
– До чего хорош, мерзавец! Вот только норов…
Айона повернулась. Говорит ли Мира о жеребце или о мужчине, сидящем на нем верхом? По первому впечатлению, внешнее великолепие и горячий нрав относились в равной степени к тому и к другому.
Конь, по всем меркам крупный и красивый, испытывал наездника на ловкость, то пританцовывая, то вставая на дыбы, и даже с расстояния был заметен свирепый блеск в его глазах. Дымчато-серая шкура поблескивала от пота, хотя было еще прохладно, а уши он упрямо держал прижатыми.
Однако человек, тоже большой и красивый, не хуже знал себе цену. Айона слышала его голос – не слова, но решительную интонацию, заставлявшую коня идти рысью.
И от одного звука этого голоса что-то у нее в душе шевельнулось. Нервы, волнение, сказала она себе, ведь от этого человека зависит ее благополучие!
Но с приближением всадника трепет в ее душе нарастал. И сердцем, и сжавшимся в комок желудком она ощутила влечение – он действительно был великолепен, как и его конь. И для нее – так же привлекателен.
Волосы оттенка густой карамели – не совсем каштановые и не совсем рыжие. Ветер трепал их, и они развевались вокруг его головы. На нем была куртка грубой шерсти, линялые джинсы, потертые сапоги, и все это как нельзя более гармонировало с его суровым, худым лицом. Сильная челюсть и рот, показавшийся ей упрямым, всего лишь отражали суровый нрав, которому он едва дал волю, когда конь снова встал на дыбы.
Через левую бровь шел тонкий, переломленный, как молния в небе, шрам. По причине, которой она пока не могла осознать, вид этого шрама вызвал в ней легкий приступ желания.
Ковбой, пират, всадник из дикого племени… Как могло получиться, что три самые большие ее фантазии в отношении мужского пола сошлись в одном человеке?
«Бойл Макграт. – Она мысленно повторила его имя. – От тебя только и жди одних неприятностей, но ведь и я его стою, если начистоту…»
– Ого, да он не в духе, наш Бойл. Впрочем, если хочешь работать здесь, привыкай, на него временами такое накатывает…
Мира подалась вперед и прокричала:
– Ну что, задал он тебе трепку?
– Решил из меня отбивную сделать. Дважды чуть не скинул. Вот сукин сын! Еще раз такое вытворит – придется предпринять другие меры.
Бойл поравнялся с ними. Конь все еще пытался стряхнуть его, вставал на дыбы и взбрыкивал.
Большие, со шрамами на костяшках пальцев руки и пинки сапогами в бока усмирили животное.
– Да Фина за этого негодяя убить мало!
Словно издеваясь над наездником, конь в очередной раз встал на дыбы. Айона непроизвольным движением – это получилось у нее инстинктивно – подскочила и схватила его под уздцы.
– Назад! – остановил ее Бойл. – Еще укусит…
– Не впервой. – Она обращалась к коню, не сводя с него глаз. – Но больше укусов я не хочу, так что давай не будем. Какой ты красавец! – нараспев протянула она. – И такой сердитый. Но почему бы тебе не перестать злиться и не посмотреть, что будет дальше?
Она мельком взглянула на Бойла. Этот кусаться не станет. Найдет другой способ сделать из противника отбивную.