"Фантастика 2025-108". Компиляция. Книги 1-28 (СИ)

- Для этого, у нас будет вечер знакомств. – Ответила Зоя, и одобрительно кивнула, оценив вираж Никиты по уводу интереса от себя к другим. – Так что готовьтесь. У отрядного костра, поделимся своими историями.
Никита отошёл в сторону и потому как стало припекать, аккуратно сложил пиджак, убрал в чемодан, и присел на скамейку собираясь почитать учебник по эфиристике, но очень скоро к нему подсели сначала девочки, желавшие общаться, а затем и мальчики, потянувшись вслед за девочками.
  
Беседовали обо всём. Родители, школа, увлечения и друзья. И внезапно Никита понял, что вокруг него находится почти неисчерпаемый источник информации о жизни советских людей и ему это действительно интересно. Поэтому хоть и не вступал сам в беседу, но временами подправлял её течение, задавая наводящие вопросы или подкидывая темы для обсуждения.
Продолжили болтать в поезде, целиком отданном отдыхающим Артека, перемежая налётами на вагон-ресторан где по такому случаю забыли про спиртное, но затарились лимонадом, и мелкими закусками типа пирожков и беляшей.
Пионерия жевала в три горла, поэтому на станциях, проводники сразу сдавали ушлым перекупщикам мешки с пустыми бутылками, а ресторан грузил ящики с полными и подносы с едой.
В Симферополе пересели на Икарусы и ЛАЗы, и через час с небольшим, уже выгружались весёлой толпой, в лагере.
Никите досталась небольшая комната на двух человек, а в качестве соседа подселили невысокого паренька из Уральска. Так теперь назывался бывший Свердловск. Город в революцию сменил название из Екатеринбурга в Свердловск, в пятьдесят пятом, после опубликования материалов о подрывной деятельности Якова Свердлова поменял название на Уральск.
Сосед Никите достался спокойный, молчаливый и чуть заторможенный, пребывая в своих внутренних мирах, основой которых являлась химия. О ней Артур мог говорить часами, причём рассказывал интересно, и так, что его хотелось слушать.
У Никиты с химией складывались вполне ровные отношения, но за пределы школьного учебника он не выходил, так как понимал, что ещё одной «двойной бухгалтерии» его голова не выдержит. А в ней уже лежала физика школьная, и та, что была в учебниках нейроассистента, и биология, причём сразу в четырёх вариантах. Просто биология, биомеханика, биоэнергетика, и эфиромедицина, основы которой он начал изучать.
За каждый новый учебник ассистент подбрасывал баллы, хотя и совсем немного, но всё же. А каждый балл, виделся Никите новой ступенькой в лестнице знаний и навыков. Объективно он понимал, что в подвале с пауком ему просто повезло, и ещё минут пять боя, и он бы скис. А у шагран наверняка найдутся охранники куда серьёзнее.
В тот же день к вечеру, сотрудница секретариата привезла Аню, и сдав на руки вожатым в штатском, сохраняя на лице резиновую улыбку, отбыла в неизвестном направлении на Чайке с обкомовскими номерами.
Аня как опытный разведчик, моментально сдружилась со всеми в отряде, перезнакомилась с вожатыми и забежав к Никите, оценила их быт, умчавшись по своим девчачьим делам.
- Что это было? – Артур, всплывший на перископную глубину из бездны своей книжки по химии, вопросительно посмотрел на соседа.
- Ураган по имени Анна. – Никита усмехнулся. - Девчонка вздорная и суматошная, но добрая, честная и кстати большая умница. Уверен, что она и в химии разбирается. Но ты сильно на неё не рассчитывай. Там такой папа… вперёдсмотрящий. Наверняка он дочурке присмотрел правильного жениха, и наверняка распланировал внуков и правнуков. Но, опять-таки, попытка не пытка…
- Понял. – Артур серьёзно кивнул и сунув книгу под подушку, обулся и бросив взгляд на себя в зеркало, вышел из комнаты.
Никита посмотрел на старенькие часы Восток, врученные ему сестрой на пятнадцатилетие собираясь поискать площадку для тренировок. Часы составляли совсем небогатое наследство оставшиеся двум детям от родителей, и все годы пока Никита существовал в виде овоща, Варя бережно хранила всё что осталось от мамы и папы. Сама носила только мамины часы КМ, несмотря на то, что в красивой коробочке лежали красивые швейцарские часы, подаренные Никитой на двадцать первый день рождения.
Вообще деньги, упавшие на них, не испортили Варю. Да, она стала лучше одеваться, перестала экономить на мелочах и порой позволяла себе доехать на такси до дома, когда идти на автобус и метро становилось совсем невмоготу. Но втайне от брата, стала откладывать понемногу деньги Никите на свадьбу, открыв для этого специальный счёт.
Место для занятий он нашёл в глубине парка за стадионом. Дети в основном стремились поближе к воде, и основная часть мероприятий проходила с видом на море. Но здесь было достаточно тихо и имелась площадка достаточная для отработки движений. После разведки он зашёл к вожатым из «девятки» и объяснил где его в случае чего можно искать.
Николай Колосов, крепкий широкоплечий, и ширококостный, кивнул, и отметил точку на карте, висевшей у них в палате.
- Мы тебя внесли в актив Лазурного как председателя худколлегии, поэтому заседаниями дружины не манкируй. Там кроме тебя из наших никого не будет. Начальник лагеря Михаил Степанович конечно в курсе, но он там тоже не может сидеть. Максимум – заскочит по делам и привет.
- Ясно. – Никита кивнул. Сопровождать по лагерю будете?
- Не везде и не всегда. – Вступил в разговор Виктор Петров - высокий худощавый и жилистый, словно сплетённый из канатов. – И тут мы очень рассчитываем на тебя. если нас нет, значит рядом ты. Если ты уходишь, то только увидев кого-то из нас.
- А сама Аня в курсе?
- Она не просто в курсе. – Николай усмехнулся. – Она и поехать-то согласилась только потому что ей сказали, что ты будешь рядом. У девчонки какая-то фобия на этой почве образовалась. А тебя она уже два раза видела в деле, так что сам понимать должен. Ты для неё теперь главный защитник.
В целом офицеры госбезопасности не злоупотребляли помощью Никиты, справляясь сами, и давая ему возможность заниматься своими делами. А дел скопилось немало.
Ассистент не мог дать совершенства тела и духа. Он только изменял структуру мышечных волокон причём на очень глубоком уровне, укреплял и расширял энергоканалы, увеличивал плотность сосредоточения, и всё в таком духе. Но тренироваться Никита должен был сам, отрабатывая рефлексы и приучая тело двигаться, а также прогоняя пока ещё невеликий резерв по каналам, закрепляя их структуру и отрабатывая навыки создания узоров.
Кроме того, учебник сам собой не выучится, хотя определённую помощь ассистент мог оказать, но сам процесс учёбы он не заменял.
Поэтому дел было много, и уже приходилось планировать день, чтобы успевать как можно больше. Самой простой частью оставалось рисование. Никита сделал несколько заготовок для отрядных газет, и одну работу на общеартековский конкурс. На переднем плане нарисовал Аню, смотрящую куда-то вдаль, а если долго стоять перед картиной, то вдали, в переплетении дождя и волн начинали проступать очертания парусного корабля.
Работу, написанную цветными карандашами, сразу уволокли в дирекцию, но парни из девятки строго предупредили руководство лагеря, что у картины уже есть владелец, и чтобы не вздумали «заиграть».
Никита к концу смены уверенно создавал два десятка магем, наполняя их энергией для активации, и укладываясь в среднем в секунду или меньше, что и было оценено системой, подарившей ещё две единицы прогресса, сразу влитых в зрительную память, скорость движения и координацию.
  
В свой срок, отгремела смена, Никита получил первый приз за картину, с вручением диплома и памятного подарка – часов с артековской символикой. Но сама картина неведомым образом оказалась у Ани, уже вставленная в раму и упакованная в три слоя ткани, заняла своё место в их багаже.
Из Крыма они улетали вчетвером. Два офицера Девятки, и Никита с Аней, нажарившиеся на горячем южном солнце до коричнево-золотистого цвета.