Фермер в другом мире. Том 2
Как люди заставили этакое чудище на себя работать? Шаман даже представить не мог. Его сородичи и пытаться бы не стали, пустили бы его на мясо как всех носорогов, да шерсть с мёртвого срезали бы.
Не могла гоблинская душа смотреть на это спокойно, гоблин подошёл к возу и запустил руку в лежащее там добро. Достал железный серп весьма доброй работы, такие делают только люди и только в своей столице! Хоть что-то сегодня украл, на душе аж полегчало! Жизнь теперь казалось уже не такой гадкой.
— Гоблином пахнет… а я такой голодный. — Сказал Ворчун и посмотрел примерно туда, где в невидимости стоял гоблин-ворюга.
Опять проклятый великан едва не обнаружил шамана! Со страху гоблин бросился в переулок. Немного поплутав он вышел к противоположному концу города, к воротам ведущим на ту сторону.
Гоблин вышел из ворот, чтобы сразу увидеть грандиозные коллективные работы. Десятки энтов выкорчёвывали пни и вырывали кусты, освобождая землю для сельского хозяйства! На освобождённой площади целая сотня жаб закапывала пепел от сожжённой травы в землю. Однозначно, здесь они будут устраивать поле и урожаи растить. Такие, о которых гоблинам и мечтать не приходилось!
А вот и пленные сородичи, идут в город. На себе они несут кирпичи, сделанные где-то за пределами города, наверное в ближайшем глиняном биоме. К удивлению шамана они не выглядели совсем уж забитыми доходягами, скорее доходягами, которых раньше били и морили голодом, а теперь хорошо кормят и не бьют. Многие зелёные даже улыбались, вполне довольные своей судьбой!
И везде, в каждом уголке города, где бывал шаман, что-то строилось и создавалось. Всё ровное, красивое, чистое. Работали мастерские, чинились дома, пёкся хлеб в пекарнях и варились супы в больших котлах. На базаре толстые людские торгаши продавали многочисленные красивые вещички любому желающему, даже если он обезьяна или жаба! Люди, волосатые люди, лягушки и слабые макаки спокойно сотрудничали, не бросаясь в драку по каждому поводу, вели себя культурно! Это всё просто неслыханно!
От зависти у гоблина скрипели зубы. Очень ему хотелось всё сломать и испортить. От злости он даже насыпал яду в колодец, но выпившие оттуда всю воду энты даже не почесались! Этот яд они даже не заметили. Он бы сделал ещё гадостей, но не судьба, время в невидимости подходило к концу. В великаний суп ему не хотелось, потому он покинул город.
Вернувшись домой, гоблинский шаман долго смотрел в одну точку и хлебал ворованный самогон. Гоблины, оказывается, не самый великий на свете народ! Кто бы мог подумать! Такой шок пережить ох как непросто!
Эпилог
Наша жизнь стала походить на какой-то системный феодализм. Есть куча поселений, даже формально городов, в которых живут… разные создания, не только люди. И есть я, великий и могучий, разъезжающий между ними на большом ящере… который настаивает на том, что он динозавр… но мы то знаем правду! Я применяю свою фермерскую силу, чтобы урожаи быстро росли, местные работают и отдают мне треть. Так народ ест досыта, да ещё и может помогать соседям. Я тоже располагаю солидным запасом. Да и кактусы и тыквы я сажаю, а без них многим несдобровать.
Без меня тут всё рухнет, многим будет нечего есть и любой порядок улетит в трубу первобытности. Приятно чувствовать себя нужным, неприятно осознавать какое всё хлипкое и близкое к катастрофе. И ничего с этим не поделаешь, можно только переть вперёд как паровоз. Всегда так делали, всегда будем.
В общем городе дела идут на лад, разные виды учатся жить под одной крышей. Им всем просто хватило разума сотрудничать, а не хвататься за палки и дубасить друг друга. Есть надежда, что так продолжится и дальше.
Тем временем приближалась осень. Лето ведь не могло быть вечным, так? Погода становится чуточку холоднее, особенно по ночам, чаще случаются дожди, к тому же весьма холодные. Знающие люди утверждают, что через недели две начнут желтеть листья, скоро в этих землях начался сентябрь.
Осень это всегда пора грусти и печали по потраченному впустую лету. Но нет, моё лето было насыщенным, а не пустым. Такого количества войн и перемен и врагу не пожелаешь. Дальше будет ещё труднее…