Моя капризная леди
Я озадаченно моргнула, но уточнять о ком идет речь не стала. Приподняв подбородок, с достоинством зашагала в сторону выхода. И лишь когда дверь захлопнулась, смогла наконец выдохнуть, прислонившись к стене.
— Леди Сент-Клер! — дерзкий девичий голосок заставил скрипнуть зубами не хуже Юны.
Открыв глаза, я увидела три чумазые мордашки, на лицах которых застыла одна и та же коварная улыбка. Крепче прижала к груди книги, а сама судорожно оглянулась в поисках Магды или служанок.
— Чего вам? — недовольно пробурчала я.
— Сюрприз! — хором крикнули три злобные писки.
Маргарет вытащила из-за спины то, что спрятала в руках и протянула мне. Огромную дохлую жабу без левой лапки. На вид дохлую.
Я даже решила, что это очередная попытка напугать меня мертвым земноводным уступает утреннему инциденту с упырекурице. Но внезапно отвратительное создание дернулось и пошевелилось. Жаба открыла белые глаза, подчиняясь магии смерти, и громко квакнула.
Естественно, как истинная леди, я от души заорала на весь замок.
Глава 15— Мерзкие, гадкие козявки! — прошипела я и остановилась, чтобы оттряхнуть платье.
Похоже, что мой взъерошенный вид распугал слуг. Ни один пикси, фейри, брауни или еще какой-нибудь нелюдь не решился встать на пути, пока я торопилась покинуть жилую часть донжона. Немногочисленные стражники изображали безмолвные статуи, словно не понимали ни единого слова на данмарском. А ведь ругалась я знатно.
Мне нужен Терлак, срочно. Так больше не могло продолжаться.
Когда мертвая жаба прыгнула, я издала вопль. Выронила счетные книги и переполошила половину замка. Мисс Гэл появилась из ниоткуда, уводя подальше хулиганскую троицу, и приказала молодым служанкам поймать квакающее земноводное. Гномка, кстати, что-то еще кричала вслед, когда я очнулась и понеслась вперед с намерением вытрясти из МакГиннеса душу.
Или девчонки сядут за учебники этикета, или я их превращу в дикие колючки. Потом посажу в горшки и украшу ими свой подоконник. Достали.
Свернув раз, затем другой, я вдруг поняла, что бегаю по кругу. Одна и та же картина с улыбчивым молодым человеком заставила притормозить и оглянуться. Пока я пыталась привести в норму бешено бьющееся сердце, постаралась сосредоточиться на том, где нахожусь в данный момент. Пульс зашкаливал, голову вело, грудь вздымалась. Однако здравая мысль промелькнула раньше, чем я успела поддаться панике.
Без сомнения, я заблудилась. Ничего удивительного, учитывая, сколько здесь ходов и поворотов. Плюс магия, идущая из недр самого замка, которая искажала пространство вокруг меня. Видимо в Арканте действовал тот же эффект сужения пространства, что и во дворце короля Абеля. Свернул не туда в момент схлопывания петли — попал в ловушку.
— А-а! Ненавижу! — я топнула ногой и сжала пальцы, представив на месте воздуха шею сестрицы Терлака.
Она будет первой в списке моих жертв на перевоспитание. Будет наизусть повторять богословие, читать вслух книгу мадам Люпер «Правила истинной леди» в триста пятьдесят страниц текста. А главное, выучит все столовые приборы. Вплоть до вилки для салатов с морепродуктами.
Я непроизвольно вздохнула и застонала в голос. Жалость к себе пересилила страх остаться в петле навсегда.
С дурацкого портрета улыбался некий сэр Грандли МакГ иннес, по прозвищу Пышнотелый. Во всяком случае, так гласила надпись на раме. В его лукавом взоре застыло вечное веселье и беспечность, которое удалось передать неизвестному художнику. Он отлично отразил натуру и внешний вид своего хозяина на полотне. Три подбородка сэра Грандли подчеркивал круглый воротник, а небольшая бархатная шапочка прикрывала лысую макушку.
Я на секунду застыла, разглядывая приятные черты лица мужчины, и вздрогнула, когда он моргнул. От неожиданности отскочила к противоположной стене. Ошарашенно хлопая ресницами, я вцепилась пальцами в прохладный камень и уставилась на безмолвный портрет.
— Дрыгловы слизни, — пробормотала я негромко.
Сэр Грандли снова показался мне неживым. На задворках подсознания мелькнула мысль, что я просто схожу с ума. Не следит же за мной кто-то за стеной, верно?
— Амалия...
Чужой шорох заставил вскрикнуть, и я резко сжалась, желая исчезнуть, чтобы неведомая опасность меня не достала. Чей-то шепот пронесся по пустому коридору вместе со сквозняком. Он распугал тени на стенах от слабого огонька магических ламп и потревожил приоткрытые ставни. Голубоватые искры пробежали по стыкам камней, метнувшись туда, где слабое свечение показывало мне дорогу.
Я судорожно вздохнула и нерешительно шагнула вперед. Кто-то упорно звал меня по имени и негромко плакал. Странный звук раздавался все ближе, по мере того, как приближалась к его источнику.
Амалия.
— «Если вы встретили призрака, это не повод истерить и сразу падать в обморок. Постарайтесь глубоко вздохнуть и достать нюхательную соль. Постелите на пол чистую тряпицу, дабы при падении не испачкать ваше платье», — вспомнила один из дурацких советов мисс Дюмарье на уроках этикета. Произнося его вслух, я будто слышала скрипучий голос наставницы. Он помогал мне справиться со стрессом.
В конце коридора, сразу за поворотом, меня ждали тупик и неглубокая ниша. Именно от нее исходило странное свечение, которое излучала призрачная дама. Несколько минут я безуспешно топталась на месте, пока она всхлипывала. Закрыв лицо ладонями, женщина продолжала молча стоять спиной ко мне.
Все, что у меня вышло разглядеть: белую кожу и такого же цвета платье. Шелковый подол струился по ногам полупрозрачной вуалью, а светлые волосы развевались от малейшего колебания воздуха. Они казались такими длинными, что доставали почти до бедер таинственной женщины. Сквозь тело призрака я разглядела даже копоть на стене. Потому еще больше убедилась в том, что дама мертва и явно не по своей воле.
Одинокие души не разгуливали по темным углам отдельно от тела просто так.
— Миледи? Вы мне не подскажете дорогу до кабинета лэрда МакГиннеса? — осторожно поинтересовалась я и всеми силами призвала себя к спокойствию.
Хоть в целом призраки безвредны, они нередко пакостили и мешали покою живых. Обычно правила поведения со сверхъестественными существами подобного рода указывали на то, что с ними можно договориться. Главное, не поддаваться панике. Нельзя выказывать страха
— обычно это плохо заканчивалось.
Когда хрупкие плечи прекратили сотрясаться от рыданий, дух застыл и поднял голову. Вот только не повернулся, чтобы ответить на мой невинный вопрос.
— Хранят стены замка девичью душу, что ждет и томится в ожиданье спасения. Стонет красавица, живя лишь надеждой: вдруг кто-то придет и разрушит забвенье, — негромко пропела женщина.
Я отступила и почуяла неладное. Пророчества от призраков — всегда не к добру.