Сплюшка или Белоснежка для Ганнибала Лектора
— Да чёрт с ним, с интересно! Кто-нибудь объяснит мне, что тут вообще происходит-то?! — я задушенным шёпотом поинтересовалась, всё ещё пытаясь осмыслить открывшееся моему взору зрелище.
Нет, впечатлить меня, после работы в самых разных клубах и барах нашего города, проблематично. Я, в своё время, Бэтмену виски подливала, а Джокеру смешивала «Кровавую Мэри», пока он плакался в жилетку Соколиному Глазу по поводу неверности женщин вообще и одной конкретно в частности. Да что там! В «Мяте» что не вечер — то шоу для психологов и психиатров. И это ещё в спокойный день!
Вот только весь опыт в данную минуту пасовал со страшной силой. Потому что вид аккуратно ползущей вдоль стены, с балкона на балкон мелкой девчонки не только впечатлял даже меня… Но и безмерно удивлял, порождая столько интересных вопросов!
Правда, большая их часть грозила остаться исключительно риторическими. Я даже глаза потёрла, в тайне надеясь, что мне это только кажется. Что я просто устала, а гадкое подсознание мстит мне за все те эмоциональные горки, на которых я живу последние недели две. Вот и видится, то чего быть не должно!
Ну не может же, в самом деле, подросток лезть по тоненькому, хлипкому карнизу с балкона на балкон, так ведь? На пятом-то этаже?!
Ради интереса ущипнула себя за руку и тут же зашипела от боли, потирая пострадавшее место. Под давлением обстоятельств, признав, что нет, мне это не кажется. Не чудится, не глючится, не снится и…
Та-а-ак. А куда это она лезет, собственно?!
— О, как, — медленно проговорила, сощурившись и, наконец-то, отлипнув от несчастного опелька. Чтобы тут же снова чуть не поскользнуться, нелепо взмахнув руками. Хорошо ещё Ярмолин успел обогнуть машину и поймал меня до того, как я ласточкой улетела вперёд.
Девчонка, кстати, за это время успела добраться до моего (вечно открытого, между прочим!) балкона. И при помощи нескольких рук забралась внутрь.
Часть вопросов, после этого, отпала сразу. Ввиду своей нежизнеспособности. Хотя бы потому, что пока ещё зрение меня ни разу не подводило. И разглядеть две вихрастые макушки младших близнецов особого труда не составило. Даже стоя глубоко внизу.
Нет, Юрка с Сашкой, конечно, тот ещё дуэт куплетистов, несущих в массу вред и причиняющий добро всем, кто не успел слинять. Но посторонних в святая святых — квартиру, не пускали. Вывод? А вывод простой, в общем-то. Мелкие эту пигалицу знают. А если знают мелкие — знают старшие. А если знают старшие…
То огребут они, в оптом и розницу!
— Кажется, меня ждёт приглашение на кофе, — задумчивый голос над ухом отвлёк меня от размышлений над предстоящими разборками, без суда, следствия и свидетелей.
Вздрогнув, я тряхнула головой и удивлённо покосилась на байкера, осторожно поинтересовавшись:
— Я стесняюсь спросить… Это откуда такие внезапные предположения, Алексей Валерьев… Ай! Да блин!
— Склероз? — любезно уточнил этот гад, уже привычно отобрав мой рюкзак и щёлкнув брелоком сигнализации машины.
— Привычка и вредность, — гордо вздёрнув подбородок, я поспешила за Алексеем Ва…
В смысле, за Алексеем. За тем самым обаятельным, привлекательным, саркастично назойливым и совершенно невыносимым мужчиной, который успел не только добраться до подъезда, но и вытащить ключи из честно стыренной у меня сумки. Пришлось поторопиться и едва ли не прокатиться следом за ним по свежей дорожке льда. Едва не сбив соседского кота и лишь по странному стечению обстоятельств не врезавшись лбом в эту самую железную дверь.
Чтобы тут же перехватить ключи и подозрительно сощуриться, ткнув насмешливо улыбающегося Ярмолина пальцем в грудь:
— Ты что-то знаешь.
— Скажем так, — Алексей снова вытянул у меня из пальцев связку и открыл домофон, подталкивая меня в спину. — О том, что происходит — я не в курсе. Зато личность верхолаза-любителя мне очень даже знакома. Ну, по крайне мере, я надеюсь, что зрение не стало меня подводить на старости лет… Совушка, ты идёшь или тебя понести?
— Надорвёшься, — неуверенно брякнула и тут же поспешила рвануть вверх по лестнице. Уж больно хитрым и многозначительным стало выражение лица у блондина. И это провокационное «Проверим?»…
Ну, оно, как бы, намекало, что с этим человеком при выборе слов стоит быть очень осторожным. Только кто бы мне об это чуть раньше сказал! Сколько проблем удалось бы мне избежать, интересно? И удалось бы?
Родная лестничная клетка встретила непривычной тишиной и пустотой. Только откуда-то тянуло чем-то горелым, да приглушённо надрывалась группа ГильZа с песней «Социум». И либо Танька забыла про очередной свой кулинарный подвиг, увлёкшись поиском глубокого философского смысла в очередном шедевре самиздата интернетовского, либо в нашем доме поселилась меланхолия. Эта противная дама нападает на старших близнецов и те запираются в комнате, слушая рок и не реагируя на внешние раздражители в моём скромно лице. Оставляя на откуп младшему поколению всю остальную квартиру, включая балкон и кухню.
Последняя страдает чаще и больше. Растущие организмы двух малолетних шкодников требуют постоянной дозы пропитания. И не то, чтобы я была против таких приступов самостоятельности или вечеров в стиле «Наши соседи слушают музыку, без вариантов», нет. Просто такое настроение у Кира и Даньки в принципе не случается, без причины так точно. А значит, пока я была в универе, что-то случилось.
И об этом «что-то» меня в известность ставить не стали. Я, кажется, даже догадываюсь, почему…
Ключ привычно чуть застрял в замке. Навалившись на дверь, я упёрлась в неё спиной и с размаху пнула пяткой. Охнув и полетев вперёд носом, когда с той стороны её кто-то толкнул со всей дури. Прямо в раскрытые объятия Лектора, успевшего меня поймать за талию и прижать к своему боку, откуда мне всё равно открывался прекрасный вид на открывшийся вход в квартиру. И, вежливо так, протянул:
— Ну, здравствуйте, мальчики…
— Здра-а-асьте, дяденька, — нестройный дуэт голосов выражал одновременно недоумение, удивление, озадаченность и настороженность. Звонкий тявк щенка дополнил картину, сыграв аккомпанементов с мини-взрывом, раздавшимся из недр квартиры.
Горелым потянуло куда интенсивнее.
— Натах, а ты чё, хахаля поменяла? — подозрительным тоном осведомился Юрка. Обменялся взглядами с братом, смерив ехидно выгнувшего бровь Ярмолина пристальным взглядом. И вынес общий вердикт. — А ничё такой… Может хоть он протянет дольше двух недель в твоём прекрасном обществе!
— Кхм… — тихо кашлянул байкер, явно пытаясь не заржать. И от их спича (про который я скромно так промолчу), и от их вида, способного довести наших «любимых» соседей до нервного тика и очередного вызова органов опеки. — А…
— А если ты это прокомментируешь, то я тебя убью, — тихо буркнула, ласково одёрнув Ярмолину воротник рубашки.
— Но…
— Нет, статья меня не пугает. То, что это я сделала ещё доказать надо будет!