Сплюшка или Белоснежка для Ганнибала Лектора
— Кто о чём, а бармен о выпивке…
— Профдеформация, что ж ты хотела? — хмыкнув, я сделала ещё один глоток кофе и щёлкнула пальцами. — К тому же, там сцена не очень. Её строили два месяца, и я искренне сомневаюсь, что она выдержит больше пяти человек. Заказчик безбожно экономил на всём, что под руку подворачивалось.
— Нда, тогда нет, нет и ещё раз нет, — постучав кончиком карандаша по губам, Ви оттолкнулась от пола и подкатилась к столу. Положив передо мною листок со списком, и указав на ещё один пункт. — «Лёд». Открылся не так давно, довольно популярен. В соцсетях постоянно натыкаюсь на рекламу очередной тематической вечеринки.
— Ты их прайс видела? — фыркнув, я пролистала браузер на планшете Спасской и повернула его экраном к ней, наяд нужный сайт. Ви, бегло ознакомившись с инфой на странице, удивлённо присвистнула, недоверчиво на меня посмотрев. — А я о чём? К тому же, цены не соответствуют содержанию. Да и руководство… Ходят слухи, что с адекватной оценкой реальности там точно так же, как и с адекватными ценами. Беспросветно и бесперспективно.
— Не наш случай, определённо, — со вздохом, признала Виолетта и, задумчиво почесав бровь, с сожалением протянула. — «Максимус», как я понимаю, отпадает сразу?
— Я не мешаю одну работу с другой, — вздохнув, я скинула очередной звонок от Лектора и постаралась не думать о том, что чувство вины медленно, но верно начинает меня жрать изнутри. Самым натуральным образом.
Врать я не любила. Совершенно. Но и рассказать ему, куда линяю после универа, почему вот уже две недели старательно меняюсь сменами с Аликом и порою бываю недоступна ни для звонков, ни для сообщений, ни… Ни для чего вообще. И если с братьями было в этом плане проще, они, занятые подготовкой к экзаменам и своей внезапно нарисовавшейся личной жизнью, не сильно-то донимали меня вопросами, то вот с Ярмолиным было куда как сложнее. Его-то занять нечем было!
Вопрос, как я всё это успеваю, можно считать риторическим. Потому как ни хрена я толком не успеваю. Приходиться отодвигать что-то на задний план, что-то решать в перерывах и на бегу. И спасало меня, пока что, только то, что жить в вечном движении для меня было не так уж и проблематично. Хотя желание выспаться скоро станет самой настоящей, навязчивой такой идеей…
— Ну… Аргумент, в общем-то, — вздохнув ещё раз, Виолетта крутанулась на кресле вокруг своей оси и констатировала очевидный факт. — Тогда остаётся два варианта. Либо «Мята», либо «Волхв». В остальные даже соваться не стоит, как по мне.
— Плюсы-минусы? — я склонила голову набок, подперев щёку кулаком.
— Хм… И тот и другой мы знаем не понаслышке. Начальство уравновешенное… Или уравнобешенное, как кому больше нравится, — тут мы обе прыснули, припомнив каждая свой, незабываемый опыт работы в этих клубах. — Аппаратура на уровне, сцена неплохая, опять же. Правда, в «Волхве» нет пилона, да и маловат он для нас будет. Зато там шикарный бар, не менее шикарный бармен и очень, я повторюсь, очень шикарный новый владелец…
— Ещё раз скажешь «шикарный» и я решу, что ты к этому незнакомому мне человеку питаешь крайне нежные чувства, — я насмешливо фыркнула, широко улыбаясь.
И чуть не уронила кружку с кофе, когда наша невозмутимая, холодная, вся такая величественная и неприступная Спасская начала неудержимо краснеть, старательно разглядывая собственные ноги. Нервно теребя края рукавов и никак не комментируя моё предположение.
— Ниху… Ничего себе, — медленно протянула, отставив кружку в сторону. От греха подальше, так сказать. И осторожно уточнила. — Как ты… Умудрилась-то?
— Как-как… — тихо хохотнув, Виолетта заправила за ухо прядь волосы и кисло поморщилась. — Точно так же, как ты в своего байкера. Только давай… Не будем об этом, а? Мои чувства, как оказалось, исключительно моя проблема. Мягко говоря.
И было что-то такое в её голосе, что я проглотила так и вертевшуюся на языке колкость, благоразумно оставив собственное мнение при себе. Вместо этого, пододвинула к себе несчастный список на огрызке какого-то завалявшегося эскиза и указала пальцем на последний пункт списка:
— Тогда остаётся только «Мята». Зеленцов, конечно, зараза та ещё. Вспыльчивая, вредная и хитровывернутая, но вряд ли откажет. Мозги выполоскать может, это да. Но отказать? Сомневаюсь. К тому же, сцену там недавно реконструировали, два пилона для девчонок гоу-гоу поставили. Ну и… Да хватит ржать, Ви! Да, у них хороший бар. Не самый большой, зато точно не палёный и на любой вкус! Не, ну хватит уже ржать, а?
Последнее я протянула почти что жалобно, про себя радуясь, что с лица подруги исчезло потерянно-страдальческое выражение. Видеть её уязвимой и растерянной было выше моих сил.
— Значит, «Мята»… — постучав ногтями по подлокотнику, Ви кивнула собственным мыслям. И вытащила телефон. — Тогда звоним. Как говорится, не отходя от кассы…
Ободряюще улыбнувшись ей, я залпом допила кофе. Старательно игнорируя собственный сотовый, нагло и вызывающе вибрировавший на краю стола. Это был третий вызов от Лёши и пятое сообщение от него же. И интересовало моего любимого, но слишком уж настойчивого мужчину всё. Причём вообще всё.
Тихо хмыкнула, невольно улыбаясь. Утром было сонное молчание, кофе на двоих и завтрак, наполненный шумными криками и спорами мелких. Поздним вечером горячий, чуть пряный чай, книги или кино (зависит от настроения) и наглая оккупация моих колен. И моё мнение интересовало блондина в самую последнюю очередь. А вот днём…
Днём этому троллю всея универа требовалось, чтобы кто-то его отвлекал. Рассказывал обо всём и сразу. Пока не отпустит, и желание убить кого-то не трансформируется во что-нибудь не менее интересное. И так уж вышло, что роль громоотвода и успокоительного в одном флаконе выпала именно мне. Как единственному человеку, кто может не опасаться за свою жизнь и психологическое здоровье при общении с Лектором.
Одна беда. В последнее время, «громоотводу» было откровенно некогда. И что-то мне подсказывало, что добром такое пренебрежение к добровольно взятым обязательствам не закончится, определённо.
Щелчок пальцев перед моим носом вывел меня из состояния перманентной задумчивости. Потерев переносицу, я вопросительно уставилась на довольно улыбающуюся Виолетту:
— Ну?
— Баранки гну, блин, — насмешливо откликнулась заметно повеселевшая Спасская и хлопнула в ладоши. — Зеленцов в деле. Правда, содрал двадцатку авансом и ещё десятку, если наше дело не выгорит.
— А если выгорит?
— Ему приток посетителей и выручка, нам реклама и пилотный прогон, — привычно засунув руки в карманы брюк, Ви сощурилась, явно витая где-то в своих мечтах и планах, грозивших переплюнуть даже планы Наполеона. — Заказчика удовлетворим и наконец-то проверим, насколько сработались за это время. Выступление завтра вечером, в «Мяте» как раз свободное окно. Ну так что? Ты с нами? Или того… Струсила, м?
Вопрос был провокационным. Как собственно и заявление, что это самое, чёрт бы его побрал, внезапное выступление состоится так скоро. Вот только чего-чего, а страха перед ним у меня не было. Азарт, мандраж, волнение и нетерпение — да, присутствовали в полном составе и заставляли ёрзать от нетерпения и предвкушения, сидя на табуретке.