Темный Лекарь 13 (СИ)
— Нейтральные⁈ — голос Гюнтера поднялся на октаву, а его рыжие волосы буквально встали дыбом. — Ты называешь нейтральными отношения, когда твои люди нападают на мой отряд⁈
— А, ты об этом, — кивнул я, делая глоток уже остывшего кофе. — Но позволь уточнить — это твои люди начали необоснованно задерживать мой транспорт. Мои сотрудники просто выполняли законные распоряжения местной администрации. Кроме того, во время всего… инцидента, никто из них не поднял оружие.
Гюнтер дёрнулся в кресле и сжал кулаки так, что костяшки побелели:
— Не прикидывайся дураком! Ты прекрасно знаешь, что Турм находится под нашим влиянием! Ты вообще не имеешь права так нагло хозяйничать в чужом городе!
— Хозяйничать? — я притворно удивился. — Мы всего лишь помогали местным властям с проблемой преступности. Разве это не похвально? И надо сказать, весьма успешно помогли.
— Макс! — в изображении было видно, как Гюнтер стукнул кулаком по подлокотнику кресла. — Я не собираюсь играть в эти твои словесные игры! Немедленно верни моих големов! Сейчас же!
Я рассмеялся, не сдержавшись:
— Верни? А что именно я должен вернуть? Насколько мне известно, я ничего у тебя не брал. Твоя техника пострадала в результате естественного природного явления.
— Естественного⁈ — взорвался Гюнтер, и его лицо стало почти свекольным. — Провалы, которые образуются точно под нашими машинами⁈
— Карстовые воронки — вещь непредсказуемая, — философски заметил я, наблюдая, как мимо окна прошла парочка туристов с фотоаппаратом. — Геология — наука капризная. Хотя, если тебе так хочется, можешь сам порыться под землёй. Глядишь, что-нибудь и отыщешь.
— Оставь эти рассказы для какого-нибудь простофили вроде Ракши. До сих пор не могу поверить, что он принял за чистую монету, что ты никак непричастен к убийствам в Синде.
Разумеется, он не верил ни одному моему слову, но я этого и не ждал. Главное, что ему было совершенно нечего предъявить мне по факту. Его люди живы и здоровы, а потеря големов… ну, как говорится, всякое бывает.
— А с каких пор Штайгеры лезут в дела Канваров? — сменив тон на более жёсткий спросил я, — Может тогда снова соберём совет? Пусть все послушают твою очередную истерику и увидят, что ты обвиняешь меня в своих ошибках, да ещё и оскорбляешь других Великих Князей.
Повисла напряжённая пауза. Я почти физически видел, как Гюнтер силится взять себя в руки. Его желто-карие глаза сверкали, а челюсть крепко сжалась.
— Ты играешь с огнём, Максимилиан, — наконец произнёс он ледяным тоном, и в эту секунду он действительно выглядел на все свои годы. — Это уже второй раз, когда ты переходишь мне дорогу. В первый раз я списал всё на недоразумение. Но сейчас…
— Сейчас что? — поинтересовался я, подзывая официантку жестом для заказа ещё одного кофе.
— Сейчас я начинаю думать, что ты делаешь это намеренно. Что ты сознательно подрываешь позиции моего клана. Только не забывай, что я не Катарина и даже не Арман. Я не позволю тебе так просто меня раздавить.
Официантка оказалась понятливой и ей хватило пары знаков, чтобы правильно принять заказ, даже не пришлось отключать сферу. Когда она отошла, ответил:
— Знаешь, Гюнтер, мне кажется, ты слишком много на себя берёшь. Мир не вращается вокруг клана Штайгер. Иногда другие люди просто занимаются своими делами, не думая о том, как это отразится на твоих интересах.
— Мои интересы? — голос Гюнтера стал откровенно угрожающим, а в его взгляде появился тот хищный блеск, который делал его похожим на злобного гнома из детских сказок. — Ты считаешь, что можешь безнаказанно топтать мои интересы?
— Я считаю, что занимаюсь развитием своего клана, — спокойно ответил я. — И если при этом наши пути пересекаются, то это просто совпадение. Хотя, конечно, весьма досадное для тебя.
— Совпадение! — фыркнул Гюнтер, и я увидел, как он презрительно скривился. — Да ты просто…
— Что? — перебил я. — Что именно я такого делаю? Веду торговлю? Строю дороги? Борюсь с преступностью? Извини, но ни один из этих пунктов не является нарушением каких-либо соглашений между нашими кланами.
Официантка принесла новую чашку кофе, и я благодарно кивнул ей. Аромат поднимающегося пара показался особенно приятным на фоне этого напряжённого разговора.
— Статистика — вещь упрямая, Макс, — произнёс Гюнтер после долгой паузы.
Он он откинулся в кресле, пытаясь изобразить расслабленность. Но напряжение в его плечах выдавало истинное состояние. Он продолжил:
— И сейчас она на моей стороне. Ты можешь строить из себя невинную овечку сколько угодно, но я вижу закономерность.
— И какую же? — уточнил я, делая первый глоток свежего эспрессо.
— Закономерность потерь. Мой клан уже дважды понёс ущерб из-за твоих действий. И я не собираюсь ждать третьего раза.
В его голосе появились металлические нотки, которые не предвещали ничего хорошего. Я знал Гюнтера достаточно хорошо, чтобы понимать — он не блефует.
— Это звучит как угроза, — заметил я.
— Это предупреждение, — холодно ответил он. — В следующий раз последствия будут гораздо серьёзнее.
— Для кого? — поинтересовался я. — Потому что, насколько я помню, сегодня пострадали именно твои люди.
— Не переоценивай сегодняшний успех, — прорычал Гюнтер. — У меня есть ресурсы и возможности, о которых ты даже не подозреваешь.
— О как, — усмехнулся я. — Так чего же ты тянешь? Мы что на детском утреннике? Если тебе есть, что мне предъявить, то может сразу и войну объявишь? У тебя есть прекрасный повод. Решим всё раз и навсегда.
На секунду он опешил, хотя сам всё это время меня открыто провоцировал.
Однако, я не собирался доставлять ему удовольствия первым объявлять войну. В этом случае, нет никаких сомнений, что и Десмонд, и Канвар вступятся за Гюнтера.
А вот если он нападёт сам из-за какой-то глупой стычки в городе, который даже напрямую ему не принадлежит, то Штайгеры поставят себя в крайне невыгодное положение.
Конечно, я не питал иллюзий относительно реального отношения ко мне других Великих Князей. Все держат хорошую мину при плохой игре. Делают вид, что между нами нет явных конфликтов, но сами мечтают, чтобы я исчез. Только желательно как-нибудь так, чтобы им самим не пришлось пачкать руки.
Они не спешат объединяться и объявлять мне настоящую войну, потому что попросту не готовы к потерям. Не готовы выступить в первых рядах, жертвуя ресурсами и ослабляя себя перед остальными Великими Князьями.
А ещё я не исключал, что оставшиеся в живых мнят себя самыми умными и возможно вообще ждут чего-то ещё. Ну, например, что рано или поздно меня прикончит сама Тень. Ну или хотя бы мутировавшая Регина.
Впрочем, если вдруг Гюнтер действительно сожмёт яйца в кулак и объявит мне сейчас войну, я совсем не возражал.
В этот раз она будет не на моей территории, а против его големов можно придумать ещё целую массу трюков.
Конечно, глупо недооценивать Штайгеров, но я уже не тот ослабевший маг, которым ещё недавно проснулся в склепе. Теперь мне есть чем ответить.
В то время как Гюнтеру придётся отвечать ещё и перед остальными князьями за необдуманные действия.
Наверняка он сейчас думал о том же самом, а потом пауза затянулась.
Я же, ожидая его ответа, продолжал наслаждаться кофе с самым невозмутимым видом.
Наконец, он заговорил:
— Ты же не думаешь, что тебе вечно будет везти, Рихтер? Войной или нет, а я верну тебе должок. Вот увидишь.
Он отключился, а я, уже не сдерживая себя, расхохотался в полный голос. Вот вроде мужику уже больше тысячи лет, а он до сих пор как ребёнок старается, чтобы последнее слово осталось за ним. Даже если его угрозы, пока не подкреплённые ничем, выглядят нелепо и жалко.
* * *— Пусть заходят. Хуже уже не будет, — мрачно ответил Дитрих своей секретарше на вопрос можно ли пустить к нему новых посетителей.
Миллер сидел за своим столом, уставившись на дверь кабинета с выражением человека, ожидающего приговора. После вчерашних событий он был готов к чему угодно, от вторжения орды зомби до визита самого дьявола.