Ты — моя нежность (СИ)

Стоило хоть на миг представить, через что пришлось пройти Насте, как чувство вины настойчиво начинало меня преследовать. Но это уже другая тема, которая не давала мне долгое время покоя и въелась в мозг настолько, что я стал одержим идеей сделать всё возможное, чтобы впредь Настя и моя дочь больше никогда не подвергались подобным испытаниям.
Браво, Платонов!
Эксперты с одобрением бы похлопали меня по плечу и сказали, что способность переживать свою вину – это знак психологического здоровья. Значит, не всё потеряно, раз болезненно отношусь к этой ситуации. Моим действиям можно было бы дать другое определение, более конкретное. Нецензурное.
Лёгкое цветастое платье, в распущенных волосах ободок. Образ простой, но очень женственный и домашний. Возможно, даже немного старомодный, чем-то напоминающий домохозяек из американских фильмов шестидесятых. Настя смущённо улыбнулась, увидев меня на пороге своей квартиры, а когда протянул букет белых роз, на её высоких скулах появился лёгкий румянец.
– Это мне?
Давно я не наблюдал таких ярких женских эмоций. Она с благодарностью приняла цветы и, прикрыв глаза, уткнулась в них носом, сделала глубокий вдох. Округлые оголённые плечи приподнялись и опустились, отчего длинная прядь волос сместилась в ложбинку упругой груди.
Фак!
– Спасибо. Они прекрасны. – В её глазах удивление. Искреннее, не наигранное.
Я вовремя поднял взгляд от соблазнительных форм и сдержанно кивнул. Как бы не пялиться ниже её подбородка во время ужина, ведь за столом кроме нас ещё будут присутствовать мой тесть и Алиса. Кстати, вот и моя дочь.
Из глубины квартиры раздался топот ножек. И как только представил, как я буду его слышать каждый раз после рабочего дня, абсолютное умиротворение сразу заполнило пустоту внутри меня. Кажется, только сейчас я начал понимать, как сильно мне повезло.
– Дядя Вла-ад!
Моя дочка чуть ли не сбила меня с ног. Вовремя раскрыл объятья, когда понял, с каким намерением она понеслась в мою сторону. И запрыгнула на меня, воскликнув:
– Ты пришё-о-ол!
– Алиса! – ошарашено сказала Настя.
«Не сейчас», – твёрдо посмотрел на неё.
Не порть самый потрясающий момент в моей жизни. Это реально самое лучшее, что со мной произошло за всё моё грёбанное существование.
Неужели я настолько хороший человек, что судьба бумерангом отблагодарила меня таким бесценным подарком?
И так страшно вдруг стало: а что, если это сон и неправда, или, что ещё хуже, в один день по какой-то причине я всего этого лишусь?
Мля, меня реально накрыло страхом. И в голове полная ахинея вдруг началась, а интуиция сиреной завыла точно так же, как во Владике, оповещая о приближении урагана, когда я каникулы у деда проводил. Тогда внутренности скрутило от жуткого страха так, что я минуту не мог дышать. Вот и сейчас я чувствовал всё то же самое, только в несколько раз сильнее.
Я смотрел на Настю во все глаза, пока держал Алису на руках, и не мог представить, через что прошёл её отец, когда тот узнал, что какой-то козёл сделал ей ребёнка и исчез из её жизни, оставив один на один со всеми проблемами и невзгодами.
Сука! Я бы нашёл его и урыл своими собственными руками.
– Может, ты всё-таки зайдёшь? – Настя выглядела немного встревоженной. Наверное, на моём лице отражались эмоций.
Впервые за долгое время потерял контроль, и, сдаётся мне, когда речь будет идти о моей семье, я вряд ли буду себя в чём-то сдерживать. И неважно какие эмоции. Буду рыдать от счастья, был бы только повод, или порву любого, кто посмеет каким-то образом навредить ей.
Осторожно опустил Алису на пол и попросил шофёра занести пакеты.
– Дядя Влад! А что это? – Она с любопытством смотрела на кучу разноцветных коробок и пакетов в углу коридора.
Так. Нужно собраться, получать кайф от встречи.
Повернул голову чуть в сторону.
И своей будущей жены.
Только Настя вместо восторга испытывала явную растерянность, бережно прижимая к груди цветы.
Кстати о них. Ничего не знал о Настиных предпочтениях, поэтому ограничился банальным букетом. Но это дело времени. Скоро мы начнём лучше узнавать друг друга, вкусы, пристрастия, я научу открыто говорить о своих пожеланиях. Сделаю всё возможное, чтобы она чувствовала себя комфортно со мной и не стеснялась говорить обо всём, что её тревожит или радует. Но для этого надо, чтобы она мне полностью доверяла. А доверие – это такая штука, которую ещё нужно заслужить. И я пока не уверен, что справлялся с этой задачей.
 
– Дядя Влад! – Алиса потянула меня за штанину, снова без труда завладев моим вниманием. На детском личике отражалось так много неприкрытого любопытства, хоть ложкой черпай. – Там подарки, да?
– Угадала, красавица.
В предвкушении голубые глазки засияли ещё сильнее. А глазки-то мои. Если присмотреться, то на радужной оболочке можно увидеть небольшой участок серого окраса. Гетерохромия. Точь-в-точь как у меня.
– И все эти подарки, – моя дочь зачаровано глядела на пакеты, а затем приложила к груди ладошки, указывая на себя, – мне?
– Алиса, – Настя строго вмешалась в наш диалог.
Ну что за женщина такая. Делает замечания даже по самому незначительному поводу. А сейчас что её не устраивает? Что Алиса забыла о скромности? Так ребёнок же, какая скромность в её-то годы, когда у неё глаза диким восторгом горят при виде разноцветных коробок. Я всё понимал, и, предположим, замечания сами по себе необходимы, как часть воспитательного процесса, когда есть повод. Возможно, он и сейчас был, но не при нынешних же обстоятельствах.
Настя, похоже, сама поняла, что перегнула палку и, извинившись, направилась на кухню.
– Пойду цветы в воду поставлю, – на ходу сказала, оставив нас с дочкой наедине.
Осознала наконец, что нашла неподходящее время для своих нравоучений.
– Так на чём мы остановились?
– На том, что ты хочешь подарить мне подарки? – Дочка моя захлопала в ладошки и припрыгнула несколько раз на месте от нетерпения.
– Это всё твоё, Алиса. Кроме той чёрной коробки.
– А что там?
– Презент твоему дедушке.
Добротный коньяк двадцатилетней выдержки. Надеюсь, мой будущий тесть заценит и даже выпьет со мной по рюмочке. На самом деле, на это я и рассчитывал, задобрить его хотел, чтоб вдруг не вздумал мораль мне читать. И так ясно дело, что четыре года назад поступил несправедливо по отношению к Насте, и если он всё-таки начнёт нравоучениями в меня кидать, то, боюсь, чувство вины перед ней и Алисой ещё сильнее меня поглотит, а мне бы хотелось этот вечер провести в лёгкой обстановке, а не ковыряться в собственном дерьме.
– Может, пройдём в зал? – В коридоре снова появилась Настя.
Она держала в руках глубокую тарелку, от которой шли аппетитные запахи, заставляющие рефлекторно проглотить вязкую слюну. Я был голодный как волк, с утра не ел, и мысль, что сейчас сяду за стол, полный домашней еды, приводил меня в дичайший восторг.
– Мама, а можно я подарки открою?
– После ужина. Дядя Влад непременно тебе поможет.
Простота, чистота и уют, царившие в квартире, ассоциировались с моим далёким детством, когда я чувствовал себя беззаботно счастливым. Такие же чувства испытал, стоило лишь войти в дом, где выросла Настя. Недаром говорят, что не место красит человека, а человек место. Неважно, что тебя окружает, а важно кто. Если ощущения, которые я сейчас испытывал, станут для меня нормой, когда Настя и Алиса ко мне переедут, то, пожалуй, я стану самым счастливым человеком.
Последние пару лет остро ощущал потребность в семье и неоднократно задумывался об этом, наверное, поэтому знакомство с Петрой заставило меня сделать ей предложение. Тогда казалось, что я поступаю правильно, а сейчас ясно понимал, что ошибался, потому что с ней не было бы так тепло, уютно, радостно.
– Папа скоро должен вернуться, он ушёл в магазин за хлебом. Я в последний момент вспомнила, что у нас нет свежего. Ты, наверное, голодный, да? – Настя суетилась над накрытым столом, зачем-то переставляла местами блюда, закусив верхнюю губу. Нервничала. – Но, если хочешь, мы можем сейчас приступить к ужину…