Обречённые на падение

Не могу поверить! Символы, призрак, голоса… и ещё этот обряд. И всё это моя Одри!
Проще всего было бы отстраниться от человека, связавшегося с потусторонней силой, но ведь она моя лучшая подруга. Мы дружим с ней с самого детства и всегда помогали друг другу, даже если наши точки зрения не совпадали.
Но это совсем, совсем другое!
Внутренний голос убеждает меня отступиться от такой дружбы, чтобы тьма не затянула и меня. Мне приходилось видеть людей, отрёкшихся от Бога и обратившихся к тёмной магии, и ничем хорошим это для них не заканчивалось.
Но это же Одри!
Разум вопрошает к верности и ответственности. Я не могу её просто взять и оставить, когда ей пришлось столкнуться со злом. Может, поэтому я и должна быть рядом? Может, мне предначертано спасти её душу?
Себя спаси хотя бы… как будто это так просто.
Я не слышу мимо проезжающие машины, не слышу прохожих и городской шум. Мои мысли полностью заняты Одри и тем, во что, по моему мнению, она ввязалась. Я чувствую себя словно на берегу моря, где смотрю на утопающую подругу. И я отчаянно хочу ей помочь, но только плавать не умею и если отправлюсь за ней, то с вероятностью 99,9% мы утонем обе.
Не хочу тонуть. И смотреть, как она тонет, не могу.
Едва не рычу от злости, ощущая себя бессильной. Будто у меня забирают что-то очень ценное, очень важное, а я ничего не могу с этим поделать. Да что там, от меня будто бы отрывают какую-то часть. Ощущение потери напоминает мне про неприятный сон с котёнком.
Ко всему этому так и не решилась спросить у Джейн про файл с информацией обо мне. По словам Стивена, они не знают зачем он был нужен Вивьен, но, может, у её дочери есть на этот счёт своё мнение? Только вот лишний раз напоминать ей о Стивене не хочу, Джейн итак на взводе. Но как ещё рассказать откуда я знаю про файл?
Вхожу в дом и сразу обращаю внимание на обувь: уже все здесь.
– Я ушёл! – кричит брат, направляясь ко мне.
– Куда это ты собрался?
– На работу, – произносит он, обуваясь. – Надо провести ревизию и лучше я это сделаю в ночь, чтобы завтра не закрывать магазин.
– Что? А как ты будешь работать, не спавши?
– Завтра не моя смена, глупышка, – хихикает он, закрывая за собой дверь.
Я пару секунд соображаю, а потом снова возвращаюсь мыслями к подруге. Ох, сегодня ночью мне будет о чём подумать.
 
24. ОНА
– Джейн, младшая Деламар, ходила сегодня к шерифу, – произношу я, как только Уэст входит в кабинет.
Курю в открытое окно. На улице уже достаточно темно, чтобы не быть замеченной. Да и дождик опять накрапывает, создавая естественную завесу для любопытных глаз.
– Ты слишком зациклена на них, – вздыхает Эндрю.
Он подходит ко мне, забирает сигарету и выкидывает её под дождь. Недовольно поджимает губы, хмурится, не сводя с меня глаз.
– Опять? Видимо, сильно они тебя нервируют, раз вернулась к этой отраве.
Не отвечаю. Не вижу смысла говорить очевидные вещи, тем более что мы это уже обсуждали.
– Магия чувствуется сильнее. Жаль, что нельзя определить чёткое местоположение.
– Ты видишь угрозу в любой мимо пролетающей мухе, – усмехается он.
И я избавлюсь от неё до того, как она вырастет до слона.
 
25. ДЖЕЙН
Карен быстро покинула нас, узнав о существовании сверхъестественного в лице призраков. Я же осталась помогать: мы съездили в библиотеку, ещё раз поискали символы в интернете, проверили, нет ли похожих букв в алфавитах разных языков и попробовали оттереть маркер с использованием бытовой химии, но все попытки оказались тщетны. Теперь я официально готова заключить, что сделала всё, что в моих силах.
– Можешь переночевать у меня, – любезно предлагает Одри, но от жалости меня снова мутит.
Она выходит на крыльцо проводить меня. На улице уже темнеет, включается уличное освещение.
– Спасибо, но я сегодня ещё не планирую спать, – кривлюсь. – Слишком зудит открытая рана.
– Снова отправишься в клуб?
Киваю. Сведённые брови выдают её недовольство, но Одри даже не пробует меня переубедить.
– Эта кошка что, теперь преследует тебя? – Одри смотрит на Кики, которая перебегает дорогу в нашу сторону.
Я усмехаюсь. Единственное создание из дома напротив, которое я рада видеть. Присаживаюсь на корточки и глажу пушистого питомца, отчего она мурчит как трактор и начинает активнее тереться о мою руку.
– Можно оставлю у тебя ключи от дома? Не хочу потерять.
– Эм… да, конечно. Но ты же помнишь, что завтра понедельник?
– Ага.
Она правда думала, что это меня остановит?
Одри неуверенно косится в сторону машины.
– Знаешь, я поеду с тобой.
– Что? – усмешка вырывается сама собой. – Зачем?
Тони прошлой ночью составил мне хорошую компанию: он ни о чём не расспрашивал, оплатил выпивку и не стал навязываться, когда я собралась уезжать. Идеальный собутыльник. С Одри, скорее всего, так не будет.
– Я не уверена, что там безопасно.
Хорошо, что я не рассказала как именно мы познакомились с ним. Если она даже из-за вылазки в клуб переживает…
– Но я там уже была.
– Раз на раз не приходится, – щурится подруга. – Всё-таки я составлю тебе компанию. Или ты против?
Открываю рот, но лишь безмолвно шевелю губами.
– Вот и славно, – заключает она. – А маме я скажу, что ночую у тебя.
Пусть развеется, раз хочет.
– Одну минуту!
Через открытую дверь наблюдаю, как Одри накидывает куртку и обувается, затем что-то пишет и оставляет записку на тумбе в прихожей. Шатенка прихорашивается у зеркала, а я тяжело вздыхаю: меньше всего я надеюсь на то, что на нас кто-нибудь обратит внимание.
– Едем? – произносит она, выскочив на улицу.
Уже садясь за руль, понимаю, что не уточнила на чьей машине поедем.
А есть ли она у неё? Ни разу не видела.
Автомобиль заводится с полоборота и бодро гудит. Двигаюсь в сторону клуба.
– А ты часто ходишь по таким местам?
– Неужели я выгляжу так, будто часто? – перевожу я в шутку.
– Ну, ты такая… открытая… раскрепощённая… в смысле, тебе всегда есть что сказать, ты не стесняешься и…
– Говори уже как есть – наглая.
Наш смех заполняет машину. Негромко включаю радио, чтобы стало ещё веселее.