Великая волшебница, вернувшаяся триста лет спустя

— На счёт три, — прошептал Рид. — Раз. Два. Три!
Он вбил клинок в глаз почти созревшего грима, и тот заорал. К сожалению, его шея была слишком уплотнена костями, чтобы можно было просто снести голову.
Едва раздался крик, я бросилась на улицу. Оттолкнувшись от стены противоположного дома, зацепилась за край крыши. Быстро взобралась, а Синеглазка, уступивший мне выход, не отставал и практически сразу оказался рядом.
Стрекот и визг понеслись со всех сторон. Огненная стена начала охватывать наш дом и противоположный, из которого, убирая меч в ножны, бежал Рид. Мы с Синеглазкой подали руки и мигом втащили его к себе.
Огненная стена образовала идеальный контур, а затем в ней открылось два прохода. На крыше, выбранной нами за добротность и относительную плотность, мы стали спиной друг к другу и вытащили мечи. Каждый из них проводил ману, что делало их особенно опасными против существ антиманы.
«Должен сказать, я маг», — признался Синеглазка, когда мы начали планировать наши действия.
«Я тоже», — ответила я на это безразлично.
Рид только вздохнул.
Сейчас он снова вздохнул, когда в прорехи между огненными стенами ворвались четвероногие странные фигуры. Они больше напоминали огромных собак, чем людей. Огненные сполохи придавали костяным пластинам оранжевый оттенок.
— Закрывай! — крикнула я, посчитав, что трёх противников мне достаточно.
Огненные щиты сомкнулись, снова образуя непрерывный круг.
В отличие от высококлассных химер, эти модифицированные создания не обладали сплошной бронёй с находящими друг на друга пластинами. И даже прыжки на крышу давались им с некоторым трудом. Сначала ко мне забралась только одна тварь. Вторую, едва она показалась над скатом, сбил огненный шар Рида. В этом раунде он контролировал количество противников.
Я не шевелилась, выискивая взглядом слабые места шагнувшей ко мне твари. Вставая на задние лапы, она распахнула пасть и зарычала. Я удачно находилась выше, шагнула вниз в почти классическом прямом уколе фехтования, свободной рукой блокируя запястье твари. Усиленное магией тело, его отличное природное и обострённое чувство баланса помогли удержать равновесие и избежать удара когтями. Острие меча вошло в нёбо, пробивая мозг.
И в этот момент я предположила, что тварь была молодой и неопытной, ещё не привыкшей к своему уродливому телу. Я отшагнула, возвращаясь в исходную позицию и вытягивая меч.
— На нас бросили мясо! — предположила я, глядя, как опалённая тварь карабкается на крышу.
— Похоже на то! — отозвался Синеглазка.
Я не стала оборачиваться, но мне показалось, что он со своим противником тоже разделался быстро.
Второй грим, наконец, оказался передо мной и наступил на тело павшего собрата. Эта тварь смотрела чуть умнее и пастью не щёлкала, не пыталась встать на задние лапы-ноги. Даже попытка обойти меня по кругу была какая-то волчья.
Третьего показавшегося на крыше грима сшиб огонь Рида. К сожалению, мы не могли пока драться без расходования маны. Грим скакнул вперёд, целясь в мою лодыжку, я отскочила, взмахивая мечом и вкладывая в него ману. Преобразованная специальной структурой, она удлинила клинок, и макушку грима пересекла довольно глубокая рана. Он отступил, скалясь.
— Верх! — рявкнул Рид, который отслеживал и воздушные атаки.
Направление его руки подсказывало, откуда движется угроза. Что удивительно, именно грим среагировал на это и посмотрел вверх. За что и поплатился пробитым глазом. Я же едва успела увернуться от камня и вынуждена была отступить на несколько шагов вниз. Третий грим прыгнул на крышу, я метнулась вперёд и полоснула по его лапам и груди, он с воем повалился мне под ноги, и я вбила меч между пластинами на его горле.
— Верх! — снова крикнул Рид.
На этот раз летело дерево, и мы расступились на противоположные. Оно врезалось в скат крыши и, не удержавшись, заскользило вниз, ломая глиняную обмазку. Синеглазка, спихивая с крыши труп грима, смотрел на меня, и уголок его губы подрагивал в какой-то безумной полуулыбке.
Я невольно молилась богам, чтобы руководитель этих тварей подольше не понимал наш трюк с выманиванием его подопечных.
— Да что б их! — Рид провёл пальцами по волосам, а мы с Синеглазкой проследили за его взглядом.
Сквозь огненную преграду, скрипя брёвнами, протискивался дом с выбитым фасадом. Он создавал что-то вроде тоннеля сквозь огненную стену. Она резко сдвинулась дальше, пытаясь охватить его, но к этому дому был приставлен ещё один дом. И ещё, и ещё — огненной преграды хватило на четыре соединённых дома и часть пятого. Конечно, можно было придвинуть огненную стену к нам, но домов тут много, они добавят ещё один, а сокращение площади защищённой территории сделает нас уязвимыми для камней и деревьев.
Во внутренностях ближайшего к нам дома без фасада сверкнули глаза. Пять гримов выбрались из этого своеобразного тоннеля. За ними полез грим настолько большой, что ему приходилось проползать на брюхе. Он скалился и смотрел на нас с аппетитом.
Мелкие гримы расступились, не смея претендовать на добычу гиганта.
— Замкните их в огненный контур! — попросила я. — Лучше запереть их, чем отгораживать нас.
Через крышу, на которой мы стояли, пролегла огненная черта, и из неё выросла огненная стена между мной и Ридом, заодно отгородив и Синеглазку, и всю эту компанию набитых в дома гримов.
— Что за?.. — начала я, как вдруг в горле пересохло.
И не от жара этого огня.
Странный гул наполнил воздух. Точнее, не странный, а знакомый до мурашек, очень родной. Гул превратился в яростный рокот.
Я сунула меч в ножны, спрыгнула на землю и накрыла голову руками, а себя, плюнув на разряды тока в филей и расходы маны, накрыла защитными чарами.
Бабах! Пламя взрыва тряхнуло всё. Оно ревело и рокотало в том месте, где располагался тоннель из домов. Огненный удар четвёртого или пятого ранга. Можно попрощаться с камнями маны Рида и Синеглазки, а ведь я перед вылазкой отдала им часть своих!
Ладно, жизнь дороже.
Подскочив, я прижалась спиной к стене дома и обнажила меч. Огненной преграды по периметру больше не было — так как у кое-кого закончилась мана.
Тихий треск пламени доносился от места, по которому пришёлся мощный удар. Отсветы разгоняли ночной мрак рядом с пожарищем, но чем дальше, тем темнее становилось. И хорошо ещё, что часть домов перетащили, что чуть улучшило обзор.
Так что я прекрасно увидела выходящих из сумрака гримов. Четыре штуки. Звериный язык их тела выдавал страх, но они неумолимо приближались ко мне.
Я огляделась по сторонам: больше никого. Втянула в себя порцию маны, распределяя её по телу. И рванула вперёд. Испуганные магическим ударом и дезориентированные, гримы опомнились, только когда я, перескочив через зарезанного первого, пробивала глазницу второго. Третий стал подниматься на ноги, и я, увернувшись от лап, вспорола его мягкое брюхо, тут же бросаясь на четвёртого. Он прыгнул, целясь в шею, я пригнулась, меч неудачно скользнул по костяным наростам на лапах, но, поддав скорости в разрывающиеся от напряжения мышцы, я успела развернуться и всадить меч под хвост. Тварь взывала, столкнулась с третьим гримом, тащившимся ко мне с комком выпущенных кишок. Я побежала по кругу, они разворачивались следом за мной, и я била их по лапам или клацающим зубам, пытаясь перерезать сухожилия, попасть в шею или глаза. Потерявший кишки первым лишился глаз, позволив мне отступить из зоны его поражения.