Попаданка в драконий архив

Кое-как вписав очередное вымышленное имя, я улыбнулась гвардейцу, сняла с промелькнувшего мимо подноса стакан воды и неспешно стала осматриваться.
Беда подстерегла, откуда не ждали. Я не могла называться летописцем, раз была женщиной. Мне следовало представиться как летописица. Но я не могла выговорить это слово! Лето... пиииисиицааа. Каждый раз меня накрывал истерический смех. Картины, которые рисовались в моей голове, были ну очень далеко от летописей и письма вообще.
Не иначе, нервное.
Если в Аттамии раньше не было шуток о глупых блондинках в розовом, теперь они точно появились. Я ходила по залу, полному расфуфыренных магов, и то и дело раскланивалась:
— Ирилия, летописица Коальского королевства!
При этом на моём лице играла такая широкая и дурацкая улыбка, что маги охотно отвечали на приветствие, но подозрительно быстро растворялись в толпе. Ну и ладно.
Я медленно продвигалась в толпе гостей к главному возвышению, где стояли руководители. Их полагалось приветствовать первыми, и выстроилась целая очередь желающих. На мгновение увидела там Джеймса. Этот напыщенный дракон был особенно хорош в парадном белом мундире. Я отвела глаза. Не дождётся, что я буду по нему грустить или хотя бы позволю себя узнать.
Когда до возвышения осталось два человека, ко мне подошёл мужчина в сером камзоле.
— Ирилия? Летописица Коальского королевства?
— Ага, — ответила я, широко улыбаясь. Не могу, ну что за дурацкое слово!
Именно в этот момент толпа окончательно расступилась, и я оказалась лицом к лицу с Джеймсом.
И ректором Академии.
Мало того, что я не успела убрать с лица идиотскую улыбку. Я ещё и застыла с этой улыбкой на месте, уставившись ректору в лицо.
Нет-нет-нет. Этого не может быть. Это уже перебор. Наверное, это всё-таки сон.
Ректор Академии был высоким — на голову выше меня. Широкоплечий, с идеальной аристократической осанкой, он был красив особой, изнеженной и холёной красотой. Идеально выбритые щёки и красивые руки сразу приковали мой взгляд. Превосходную накачанную фигуру облекал тёмно-синий костюм, похожий одновременно на доспех и скафандр.
И всё бы хорошо. Только он был как две капли воды похож на моего шефа. Вадима Ивановича Иртеньева.
— Ирилия, летописица Коальского королевства! — торжественно возвестил гвардеец в мундире.
— Ва... — только и выговорила я. — Ва-ва-ва...
— Вальден Ирвинг, — холодно закончил ректор за меня. — Очень приятно.
Немыслимо. У него и голос был прежний! И слова приветствия он произнёс так, что ежу было ясно — если кто-то и рад новому знакомству, то точно не он. Мой ВадимИваныч во всей красе.
— Следующий! — возвестил гвардеец.
Меня под руку свели с помоста. Новый гость подошёл приветствовать руководство. А я остановилась, растерянно глядя в никуда.
Магическую Академию возглавлял мой прежний шеф. Дракон. Последний из истинных. Или притворявшийся таковым — если верить Джеймсу. Потомок Основательницы, чьей могиле я только что поклонилась.
Вадим Иванович Иртеньев и Вальден Ирвинг. Да что ж такое!
Голова кругом идёт!
    
Глава 4. Бег по граблям
Дальше я должна была делать вид, что наслаждаюсь праздником, на самом деле присматриваясь к ректору. Я собиралась вызвать его на интервью. Расспросить его по-деловому об успехах Академии, жизни в Аттамии, о планах — словом, обычный журналистский трёп. И сделать так, чтобы наше знакомство ни в коем случае не закончилось.
Я планировала действовать по ситуации. Попроситься наблюдать за его работой, чтобы написать хороший отчёт. Шепнуть, что только что приехала, но уже слышала в кулуарах странные разговоры. А может, тупо соблазнить. Или и то, и другое, и третье сразу.
Но вместо этого я хлопнула три бокала какого-то розового вина без закуски. Закуской мне была новость, что загадочный ректор — это мой ВадимИваныч. Это определённо стоило переварить. Я просто не могла вести с ним деловые разговоры, да ещё о магии и драконах!
А вторая новость была, когда объявили победившую на отборе. Не меня.
Кассиопею.
Нет, я конечно догадывалась, что Джеймс придумал всю эту ерунду с моей победой, чтобы усыпить мою бдительность. Знала, что даже если бы он не лнал, кого-то по-любому должны объявить. Но не Кассиопею же!
Было больно. И обидно. А ещё я видела, как смотрел на неё Джеймс. Снисходительно, цинично, как будто она тоже стала игрушкой в его руках. И мной понемногу завладевал гнев.
Я подумала и хлопнула ещё бокал. Потом закусила конфетой, в которой тоже оказался ликёр. От крепкого алкоголя захотелось пить. Но воды я не нашла, и чёрт меня дёрнул заполировать ликёр пятым бокалом вина. И понижение градуса организм мне не простил.
Я стояла у стеночки, бессмысленно смотрела вокруг и лыбилась. Потрясающе. Сначала меня здесь запомнили как дурочку-блондинку, а теперь ещё и как пьяную дурочку-блондинку. Это определённо была победа, которую я заслужила.
Вся моя уверенность и спокойствие, почерпнутые у могилы Основательницы, растаяли при одном взгляде на Вальдена-Вадима. Я то и дело поглядывала на него, надеясь, что мне всё-таки померещилось. Но лишь сильнее убеждалась в своей правоте. Наклон головы, привычка поднимать одну бровь, читая документы, даже едва заметная седая прядь на виске — всё совпадало. Властные, уверенные жесты, скупая мимика, складки в углах рта... Квест «найти пять отличий» провалился. Я нашла лишь одно — костюм.
Чтобы успокоиться, я вышла на балкон. Там по углам уже целовались особо нетерпеливые парочки. Меня тоже кто-то попытался увлечь в тень, но я выдернула руку. Опёрлась на перила, глотая солёный воздух.
Точно так же пахло на балконе Вадима Иваныча. Значит, у него там был портал в этот мир
— куда я случайно и угодила. И, очевидно, был ещё один дома. Поэтому он спешил домой ровно в шесть — чтобы отработать «вторую смену» ректором Магической академии. И никто ни о чём не догадался. Ещё бы! Можно предположить о своём начальнике что угодно, кроме этого!
Интересно, когда он спал? Или драконам не надо спать?
— Ветер с моря. — услышала я знакомый скрипучий голос. Кассиопея! — Франне застудится, если будет стоять на ветру.
— Я не замёрзла, — буркнула я.
— И всё же возьмите, — на плечи мне лёг тонкий, но тёплый плащ.
На глаза чуть слёзы не навернулись от такой заботы. Всё-таки неплохая тётка эта Касси. Выпивка развязала мне язык. Я поблагодарила смотрительницу и завела разговор.
Вскоре мы стояли друг напротив друга как старые приятельницы. Я втолковывала Кассиопее:
— А ваш ректор красивее заместителя. Слышала, в городе все сходят с ума по Джеймсу. А по-моему он типичный дон-жуан. В смысле, бессердечная скотина, и только использует влюблённых женщин!