Зов чужого прошлого
Она обвела указательным пальчиком его губы.
– Почему ты бросил ожерелье не мне? Или больше понравился танец той оборванки? – незнакомка с презрением выделила последнее слово.
– Да.
– Да? – девушка обиделась и даже отстранилась немного. – Какой-то босоногой сарканки с обрезанными волосами? Вероятно, тогда ты был столь же пьян, как сейчас. Ах, до чего досадно, что напился как раз перед нашей встречей. Никогда не понимала стремления мужчин пьянеть!
– Я не смог отыскать жены. Ты ее не видела?
Незнакомка напряглась и уселась на колени, громко фыркнув.
– Разве ты не за ней прыгнул? По ту сторону кругом были разбойники и хотели всех растерзать. А еще чудовищные мотры! Мы едва отбились! Хоть в этом хищники помогли, утаскивая раненых бандитов! Так что понятия не имею, куда она пропала!
– И ее дух не являлся тебе в кошмарах?
– Что?
На этом вопросе брюнетка вдруг захрипела, отчаянно вцепившись руками в сжавшую ее горло ладонь. Столь стремительно, что незнакомка не успела заметить, маг из положения лежа переместился на корточки и теперь держал ее за шею, не позволяя вырваться.
– Ты вытолкнула ее из защитного круга, – сдавливая пальцы сильнее, так, чтобы красавица могла лишь сипеть, но не позвать на помощь, пояснил он, совершенно растеряв все признаки опьянения.
– Там… мои… люди…
– Которые могли бы услышать крик, но не стоны.
– От-пус-ти.
– Зачем ты ее вытолкнула?
– Там… была… давка. Случайно… столкнулась… с ней.
Эйден сжал пальцы сильнее, а когда раздался отчаянный хрип, снова чуть ослабил хватку.
– Ты… был мне… нужен.
– Зачем?
– Освободиться от… выбора… отца.
– Всего лишь? Я и сейчас готов помочь.
Он сомкнул ладонь, не обращая внимания на сопротивление, а отпустил, лишь когда брюнетка перестала двигаться. Эйден оглядел бесчувственное тело и достал нож Сэйны. Отсчитал кончиком острия ребра и надавил. Оружие прокололо кожу и вошло в плоть, а на светлой ткани проступила кровь. Маг поднялся, отер нож и воспользовался им, чтобы перерезать завязки, соединявшие четыре части шатра. Он выскользнул со стороны, обращенной к стене, и прошел вдоль нее, незаметно смешавшись с гудящей толпой.
Когда продвигался обратно в сторону трактира и огибал группу мужчин, громко возмущавшихся произволом имперцев, Эйден слегка замедлил шаг. Проходя за спиной одного из южан, бросил на ходу: «Вот так запрут ворота и начнут ольхар убивать!»
В поле моего зрения в окне вдруг возник кардинал, которого тащил другой мужчина, перекинув через собственное плечо руку мага. Третий охранник, про которого подумала, будто погиб в стычке возле ущелья! Я его узнала. Он довел Эйдена до шатра мегеры и втолкнул внутрь. На краткий миг застыла, а затем подскочила и принялась натягивать на плечи мешок с вещами. Выбравшись на улицу, привстала на цыпочки у стены, чтобы лучше рассмотреть над головами снующих людей полог шатра. Он был плотно запахнут, охрана стояла чуть поодаль, не у самого входа. Что эта дрянь снова задумала?
Мне вспомнилось, как спутник брюнетистой стервы делал заказ в трактире, а после указывал, куда нужно доставить. Если попробовать добраться до шатра с раздавальщицей? Предложу ей помочь и внутрь вместе зайду. Хотя так себе план, если охрана не даст пройти.
Проходящие лощади скрыли от меня шатер. Низенький человек вел в поводу сразу восьмерых, захватив в каждую ладонь по четверо поводьев. Он прошел по направлению к воротам, вероятно, предполагая спокойно влиться в поток торговцев и платформ с товарами, как обычно покидающих город, а вынужден был затормозить, увидев скопление людей. Каждому из выходящих следовало сперва зайти в каменную башню по правую руку, и там им выдавались пропуска. Я отвела от лошадей взгляд и обнаружила, что разносчица вышла из трактира и уже миновала меня, отправившись к шатру с тремя коробками в руках.
Ушла! С досадой прислонилась к стене, завела руки за спину и задумалась. Если стервь узнала Эйдена, то с какой целью велела к ней привести? У нее теперь богатый поклонник, который бросил весьма увесистое ожерелье. Видимо, с серьезными намерениями, поскольку седовласый спутник не иначе, как отец. Значит, кандидатура кардинала в мужья отпадает, ведь так?
В этот момент разносчица подошла к шатру, а путь ей преградил охранник. Он сам забрал коробки, но входить в шатер не стал. Сперва подошел ближе и, наверное, позвал или крикнул громко. Потом постоял. Затем обернулся к своему напарнику, тот в несколько шагов приблизился и постучал по деревянному шесту у входа. Выждав еще с минуту, откинул полог, впуская того с коробками. За происходившим дальше я наблюдала, раскрыв рот.
Охранник не успел донести еду до места. Он едва занес ногу над порогом, как тут же вылетел пулей, уронив заказ на землю и толкнув по дороге разносчицу. Со всех ног помчался в сторону, куда ушли спутники брюнетки. Остальные двое охранников распахнули полог и вломились в шатер одновременно, а следом заглянула любопытная разносчица. Именно она с криками помчалась прочь, но что голосила, разобрать было сложно. Только эхо донесло: «У…ли». Убили?
Я прилипла спиной к питейной и даже не сразу среагировала, когда за пояс вдруг ухватила чужая рука.
– Уходим! – неизвестно откуда взявшийся Эйден дернул меня от стены и потащил за собой. Возле табуна лошадей мы резко затормозили.
– Садись! – велел маг, подтолкнув к самому невзрачному коню совершенно бурой окраски.
– Э! Куда? – путь преградил низкорослый парень. – Это не твой.
Я напряглась в ожидании скандала, поскольку Эйден ответил:
– А мне он нравится, на гарца похож.
Однако спор с хозяином лошадей внезапно померк на фоне нараставшего кругом волнения. Гул голосов уже отчетливо донес то, о чем кричала рванувшаяся к трактиру разносчица. «Убили, убили», – повторяли кругом. Взгляд метнулся к воротам, где третий охранник что-то отчаянно докладывал спутникам брюнетки. Он и договорить не успел, как они помчались в сторону шатра, а следом двое стражей, оставив свой пост на воротах. Их тут же сменили люди в черной форме, выскочившие из башни.
«Имперцы», – зароптали в толпе. Как оказалось, именно они выдавали пропуска всем выходящим из города.
– Эй! Уйдите с ворот, это не ваш город! – вдруг громко крикнул кто-то.
Прежде спокойно ожидавшие очереди караванщики, торговцы и горожане внезапно заволновались. Тогда на помощь двоим из башни вышло еще пятеро, а один из них приказал, перекрывая шум толпы: «Закрыть ворота!»
За начавшейся следом суматохой и мгновенной сменой событий я едва успевала следить. Еще не осознала как следует тот факт, что люди точно кричали об убийстве брюнетки, а прямо на глазах окончательно отрезали пути выхода. Имперцы принялись закрывать ворота, но толпа вдруг стала напирать. Первым выскочил какой-то мужчина и с криком: «Они нас всех перережут!» – помчался вперед. За ним побежали еще люди. На воротах завязалась потасовка, а кто-то ринулся подпереть створки, не позволяя тем окончательно захлопнуться.