Смерть и любовь в академии темных сердец

– Беги туда, – прошептал он одними губами, но Билар лишь сильнее сдвинула брови. – Туда, – повторил он, но чародейка лишь покачала головой.
Заскрипела входная дверь, Мадригаль привел Сарта. Тартис выругался.
– В окно, Би! – приказал громко и поднялся на ноги.
Темное сердце отреагировала мгновенно. Подскочила со стула и в три прыжка оказалась в нужном месте. Тартис подхватил стул и поспешил за ней. Все, что видел дальше, походило на игру воображения, одиночные плохо связанные картинки во вспышках света.
Он разбил окно стулом и тут же кинул его в магов. Ненадолго отвлек от заклинаний. Билар успела нырнуть в окно. А потом Тартис услышал посланное ей вслед заклинание и попытался выставить щит. Никогда не умел толком делать это, но надеялся на амулет хранителей. Судя по накатившей боли, принял удар на себя и совершенно точно не устоял. Уже в очередной раз погружаясь в магическую тьму, успел подумать, что ощущает где-то рядом большой сгусток силы: похоже, хранители пришли на подмогу.
 
Глава шестнадцатая
Лара не сразу сообразила, что происходит и куда ее затолкал Тартис. Мысли кружились в голове ленивым хороводом и отвечали болью на любую попытку сосредоточиться. Глаза слезились от неприятного света магических фонарей, а нос снова раздражал запах серы. Лара только удивлялась – уж к вони давно должна была принюхаться.
Оглянулась посмотреть, не идет ли любовник следом, но натолкнулась на непроницаемую тьму. Там уже захлопнули ведущую в зал дверь, отрезали все пути назад. Лара с надеждой посмотрела вперед. В конце концов, если бы Тартис хотел ее убить, он не стал бы снимать с нее браслеты! А так она что-нибудь придумает. Вдалеке брезжил кроваво-красный свет, и темное сердце неспешно пошла к нему. Для начала следовало выбраться на воздух, а потом уже пытаться привести мысли в порядок.
В черепе стоял гул, и каждый шаг давался с трудом. Магическое поле так и норовило выйти из-под контроля. Лара старалась глубже дышать, морщилась от не желающего исчезать запаха серы и едва слышно ругалась на хранителей и браслеты. Если бы не они, сейчас наверняка не было бы никаких колебаний.
Великий Нориаль, как бы отлично жилось без договора! Люди и маги и без него нашли бы общий язык без труда. Придумали бы разумные ограничения, чтобы не смущать не-магов волшебной силой, научились бы контролировать непостоянное поле темных сердец. Закрепили бы договоренности на бумаге. Обозвала себя идиоткой и тряхнула головой, отгоняя глупое желание: мечтать о новом договоре, отрицая старый, – все равно, что рабу хотеть не на свободу, а к другому хозяину. Вздохнула и зашагала энергичнее. Не мешало бы разобраться, куда она идет. Надоела духота! Сейчас бы на воздух, к небу.
Отчего-то вспомнился Панту в один из тех волшебных вечеров, когда они еще не знали о его созвучной и проводили время, мечтая и строя планы. Они в обнимку сидели на крыше между двух застывших в воинственных позах грифонов и думали о будущем:
– Днем я буду рисовать парадные портреты толстосумов, – шептал Панту на ухо, захватывая в плен ладоней ее руку, – а вечерами позировать мне будешь ты, моя огненная королева.
– Посмотрим, – вздыхала Лара и терлась затылком о его грудь. Панту только сжимал крепче.
Дул прохладный ветерок, накрапывал дождик, а она смотрела в хмурое небо и таяла от счастья. Было уютно и тепло в объятиях ее мечтательного мага. Казалось тогда, ничего не сможет помешать им быть вместе, они преодолеют любые испытания. Жаль, что только казалось.
Лара смахнула слезу и ускорила шаг. Поздно страдать, Панту уже не вернешь. Ничего уже не будет: ни радостей, ни любви, ни картин по вечерам. Только случайные попутчики и корыстные хитрецы. Птичий клин, летящий в никуда. Отмахнулась от мыслей о нежности Тартиса: захочешь повышения – станешь вытворять и не такое, и почти перешла на бег. Сила утекала из тела с бешеной скоростью, и разумом понемногу овладевал шершавый страх. В голове засела мысль, что каждый шаг может стать последним.
Никогда с самого первого вздоха силы в крови Лара не чувствовала себя такой уязвимой, как сейчас. Магия напоминала спятившую птичку. Еле чирикала и в панике дергала лапками. Нет, она не засыпала мертвым сном, как тогда, когда на руке щелкал адастровый браслет, скорее металась, пытаясь сохранить поток, но лишь мучилась и расходовала больше. Лара казалась себе попавшим в ловушку хищником, отчего-то виделось, что там, впереди, ждет тупик, из которого не выбраться.
Красный свет слепил, и сердце стучало все громче, окончательно заглушая биение магии в крови. Чародейка в очередной раз засомневалась в любовнике. Похоже, дознаватель заманил ее в мерзкую ловушку. Какая же она все-таки дура! Взрослая женщина, а туда же! Растеклась сиропом как девочка, будто ничего лучше этого созвучия не знала. Что ж, теперь понаблюдает, как доверие и безмятежность выходят боком.
По спине потекла противная капля пота, а магия окончательно спряталась на задворках сознания. Стук сердца стал пугающе невыносим. Захотелось кричать и звать на помощь хоть кого-нибудь. Лара в очередной раз прокляла свою доверчивость, корыстного любовника, хранителей, договор и почившего жениха. Неудачно шагнула, подвернула ногу и провалилась куда-то вперед. Рукой толкнула стену, та поддалась, и чародейка практически выпрыгнула на… крышу академии. Здесь дул прохладный ветер, грифоны внимательно и строго оглядывали окрестности, а над головой висело бездонное ночное небо, украшенное мириадами привычных звезд.
Лара улыбнулась. Похоже, Тартис все-таки помог ей выбраться, а не отправил насмерть. Хоть какая-то польза от этой связи! Устроилась на ближайшем подходящем для сидения месте, башенке вентиляционной шахты, и уставилась в небо. Темное, теплое, бесконечное. Вдохнула полной грудью. Как же сладко было ощущать себя свободной! Без браслетов, веревок, с магией и в относительной безопасности. Подумает, как быть дальше, чуть позже, а сейчас самое время насладиться покоем.
Из эйфории вырвал хруст камня за спиной. Видимо, кто-то пришел составить компанию. Лара сосредоточилась, пытаясь успокоить еще нестабильный поток магической энергии, и оглянулась в поисках визитера.
– Это я, Зилант, – поспешили заверить откуда-то со стороны выхода на лестницу, – помни, я женат на твоей подруге и она отомстит, если со мной что-то случится.
Лара усмехнулась. Шутка удалась, но смеяться просто не было сил. Зажгла магический фонарь. Несильный, чтобы его не заметили снизу. Всмотрелась в окружающий сумрак и впрямь разглядела высокую фигуру супруга Меры. Чародея хотелось обнять, его появление казалось добрым знаком. А потом разум привычно кольнуло сомнением.
– Почему ты один? – поинтересовалась Лара, поднимаясь на ноги. – Что-то случилось?
Сердце снова взяло разбег, окончательно прогоняя недавнюю безмятежность.
– С Мерой все в порядке, – заверил Зилант. Он успел приблизиться, и сейчас Лара смогла разглядеть его улыбку и спокойное выражение лица. – Мы подъезжали к академии, и ей стало плохо, говорит, уловила сильное магическое воздействие. Мера, похоже, в положении, – он улыбнулся шире и стал походить на объевшегося сметаной кота, – и из-за этого сильнее проявляется созвучие. Мы испугались, что ты опять влипла в историю. Оставил ее у ворот сада, применил заклинание поиска и пошел сюда. Мера сказала, без тебя не возвращаться.