Хранительница небес

Галатея все еще выглядит немного рассеянной, но быстро берет себя в руки и элегантно, с кошачьей грацией, облокачивается на спинку дивана.
– Как оказалось, мой Томмазо намного богаче, чем я думала в Риме. Когда мы сюда только переехали, я чувствовала себя беднее церковной мыши, но меня это совсем не волновало.
Заметив мое ошарашенное выражение лица, она тихо посмеивается.
– Можешь себе представить, что я раз за разом продолжала отклонять его предложение из страха потерять свою комфортную жизнь в Риме на существование в роли жены ремесленника? Когда я увидела этот дом, мне больше всего хотелось поколотить его за такую скрытность!
– Томмазо не придает большого значения материальным вещам, – замечает Анджело, когда они с Лео направляются к двум креслам рядом с диваном.
– Кроме того, он мог сомневаться, выбираешь ли ты его или его состояние, – добавляю я, и мое отзывчивое сердце дрожит от радости. Это было довольно умно с позиции Томмазо: скрыть, что на самом деле у него денег куры не клюют. Лео со своего кресла склоняется ближе ко мне.
– А ты бы вышла за меня, не зная, что у меня есть замок?
Я закатываю глаза.
– Знаю я этот замок. Его лучшие дни уже позади.
При упоминании о замке Галатея удивленно хлопает глазами.
– У вас есть замок, ваше преосвященство?
Лео только отмахивается.
– Я давно снял кардинальскую шляпу. Но да, строго говоря, я действительно хозяин замка, даже если моя дорогая Розали насмехается над нашей семейной резиденцией… которую, заметьте, она никогда не видела.
Я показываю Лео язык, и Галатея хватает меня за руку.
– Так вы до сих пор не женаты, я правильно понимаю? Я бы поостереглась быть такой непокорной, дорогая. Иначе не успеешь опомниться, как останешься одна.
Лео одобрительно хлопает в ладоши.
– Мудрая женщина!
Серьезно?!
– О, я до сих пор помню, как ты сама бегала от свадьбы как черт от ладана, – подняв брови, я скептически заглядываю Галатее в глаза.
– Это все глупости! Я была молода, и да, боялась отказаться от своей с таким трудом завоеванной свободы, но вовремя спохватилась, какое счастье я рискую упустить. Я обрела здесь то, чего больше всего боялась, и это сделало меня самой счастливой женщиной. Возможно, именно к этому я стремилась всю свою жизнь, а теперь наконец-то смогла принять это в себе.
Она сидит тут, рядом со мной, такая сияющая и довольная, и я верю каждому ее слову. Я знаю не так много подробностей о прошлом Галатеи, но их хватает сполна, чтобы мне было приятно видеть ее сегодня такой счастливой.
– А у тебя есть дети?
Галатея расцветает еще сильнее, если это вообще возможно.
– Два мальчика и девочка. – И она понижает голос, чтобы могла услышать только я: – После того что я сделала в Риме… Я была так напугана и обеспокоена, что больше никогда не смогу иметь детей, но Паоло родился уже через год или два после нашей свадьбы. Сегодня они с отцом и старшей няней уехали в поездку на материк, на Терраферму. Как было бы здорово, если бы ты могла с ними познакомиться!
– Уверена, для этого еще обязательно будет возможность, – с улыбкой соглашаюсь я.
Наш визит пролетает незаметно. Галатея восторженно рассказывает о своей жизни в Венеции, шумных праздниках, шествиях и карнавалах. Когда мы прощаемся ближе к вечеру, я чувствую себя гораздо лучше, чем когда мы только пришли. Видеть своими глазами, как счастлива моя подруга благодаря своему непростому решению, снимает камень с моей души. Но, перед тем как уйти, Анджело задерживает нас.
– Мне нужно встретиться с вами в ближайшие дни. Я пришлю вам весточку, хорошо?
Мы с Лео киваем, и, прежде чем я успеваю что-то понять, Анджело уже захлопывает за нами дверь. Покачав головой, я поворачиваюсь к Лео.
– Некоторые вещи никогда не меняются… Анджело как был, так и остается чересчур загадочным человеком.
– Да, но нет ничего плохого в том, что некоторые вещи остаются неизменными. По-моему, в этом есть что-то утешительное.
Выражение его лица становится задумчивым.
– Да, – соглашаюсь я. – Например, наша квартира в Мюнхене… Мы с Паулем унаследовали ее от бабули и до сих пор ничего не поменяли. Это заставляет меня чувствовать, будто она до сих пор с нами.
– Я примерно так же отношусь к Кастельфальфи. Большая часть убранства там осталась еще от первобытных кланов, и у меня этому есть только одно оправдание: оно всегда было, есть и будет оставаться таковым. – Он откашливается, бросая на меня взгляд. – Расскажи мне немного о своем детстве! Каково было расти с бабушкой после смерти родителей?
Его просьба меня удивляет. До сих пор мы никогда не говорили о чем-то конкретном из своего прошлого. Возможно, мы всегда были слишком заняты спорами, миссиями по спасению мира, и только сейчас я вдруг понимаю, что действительно хочу поговорить об этом. Хочу больше узнать о Лео и рассказать ему о себе. Поэтому по дороге домой я рассказываю ему о своей бабушке и о ее цветочном киоске на Виктуалиенмаркте в Мюнхене. О тех чудесных днях, что проводила с ней, подслушивая разговоры с продавцами и покупателями, абсолютно безучастная к паршивой погоде за окном. О знакомом аромате свежесрезанной зелени и сотен цветов, который я все еще ощущаю иногда в нашей квартире и о котором продолжаю вспоминать, покупая свежие цветы каждую неделю.
Лео интересуется и про Пауля, про то, как прошли мои школьные годы, о друзьях, о Лоре, и в какой-то момент аккуратно касается темы предыдущих отношений. Этот вопрос немного ставит меня в тупик, заставляя выдерживать паузу дольше обычного. Лео взволнованно поглядывает на меня.
– Извини, пожалуйста, это не мое дело. Дурацкий вопрос, забудь!
Я пожимаю плечами.
– Я никогда не была… смелой с парнями. Когда я увидела тебя, меня потрясло то, насколько ты привлекательный. Ну, это, правда, продлилось ровно до тех пор, пока ты не открыл свой рот. Но сначала я очень смутилась, потому что ты мне понравился… Глупо, не правда ли?
Лео все также идет рядом со мной, и мне начинает казаться, что после моих слов его шаги становятся энергичнее.
– Ну, в любом случае не глупее меня, – говорит наконец он. – Меня мутило от страха, потому что, как ты уже знаешь, ты тоже мне понравилась. И… Ты не можешь сказать парню, что его вид лишил тебя дара речи и всерьез ожидать, что он назовет это глупостями.
– Неужели ты не слышал, что я сказала после этого?
– Я помню, что у тебя заплетался язык и что ты нашла меня крайне привлекательным. Это все, что меня интересует.
Я со смехом тыкаю его в бок.
– До тебя у меня был парень, Иоанн. Мы ходили в одну школу, и как-то так вышло, что стали парой. Мы провстречались всего год. Он был на год старше меня, и, когда окончил среднюю школу, мы расстались.