Колонисты 3

Под самым забором, пытаясь зарыться в землю, лежал Кузьма, периодически отправляя в противника пули.
Строгов уселся за небольшой коммуникационной будкой, однако даже высунуться не мог — ее поливали огнем без всяких пауз. Пули и иглы цокотали о стену постройки, будто капли дождя.
— «Слепа»! — Строгов активировал очередное устройство и бросил его через себя, в сторону противника.
Я отвернулся и зажмурился, Кузьма просто бухнулся лбом в землю.
Яркая вспышка и новый крик Строгова:
— Пошли! Пошли! Пошли!
Мы вскочили и ринулись через сквер к спасительному сарайчику.
Уж не знаю как, но Толяныч, то ли превозмогая боль, то ли вообще забыв о ранении, без посторонней помощи запрыгнул на крышу. Я полез следом.
Уже оказавшись на ней, я вскинул оружие и попытался выцелить противника.
Снизу длинными очередями садил Кузьма.
Толяныч успел перелезть стену и с матами приземлился уже с той стороны. Тут же на крыше появился Строгов, как я и принявшийся обстреливать противника.
Противник же, то ли еще не оклемался после нашей «слепы», то ли потеряв нас из виду, лишь огрызался короткими очередями, однако не прицельно, стреляя даже не в нашу сторону.
— Давай сюда! — Крикнул Строгов Кийко.
Тот поднял носилки и вместе с начавшим ему помогать Кузьмой подал «пассажира» Строгову. Тот втащил носилки и тут же занял оборонительную позицию, держа оружие наготове.
Кузьма оказался на крыше и легко перескочил стену. Следом за ним последовал и Кийко.
Строгов аккуратно спустил им носилки и спрыгнул вниз сам.
Я же в этот раз шел последним. Лишь убедившись, что остался один, я бросился к стене, перевалился через нее.
В последний момент прямо над моей головой просвистели пули.
Поздно, ребятки, поздно. Раньше надо было…
Я не совсем удачно приземлился, пребольно ударившись коленом. Но это все фигня, это мелочи, не сломал и не подвернул ногу — уже отлично, ведь высота-то тут приличная…
Строгов метнул гранату через стену, стараясь попасть прямо на крышу сарая.
Кузьма сделал то же самое. Расчет был простой — завалить хрупкое строение, не позволить противникам подняться на стену тем же путем, что и мы. Как-то не хочется получить пулю в спину, практически оказавшись на свободе…
Мы бросились бежать. Если я все правильно помнил — нужно преодолеть метров сто-двести, а затем начинается небольшая роща. В ней уже будет относительно безопасно. Однако расслабляться нельзя — проскакиваем рощу, переходим реку и уходим в Заповедник. Ну а от него уже сдернем в «Туманку»…
Нам ведь в ту сторону? На самый север Туманного леса, искать спасбот аудитора.
Мы бежали, забыв об усталости. Мои легкие обжигал холодный воздух, дышать было тяжело, ботинки будто бы были сделаны из свинца — так трудно было шевелить ногами. Да еще и груз в виде Толяныча, который уже серьезно сбавил темп и хромал все сильнее. Однако я продолжал бежать, прекрасно понимая, чем все может закончиться, если я решу остановиться, или позволю это сделать Толянычу..
Нужно уйти как можно дальше от города — дойти до рощи. Там уже можно не бояться вражеских снайперов, там можно перевести дух…
— Здесь Факт! — заговорила гарнитура голосом Литвина. — Наблюдаю дюжину противников. Идут за вами.
— Прижми их! — прохрипел я.
— Принял.
Тут же раздался выстрел, за ним еще один, и еще. Правда, это были не обычные винтовочные выстрелы, а нечто такое…словно бы пневматика работает. Ну да, у Литвина ведь «Айдар» — гаусс-винтовка. А затем застрочил автомат — Мундалабай стоял на одном колене и поливал противника очередями.
Вопреки ожиданиям, первыми до рощи и до Литвина с Мундалабаем добрались мы с Толянычем. Я прямо-таки перевалился через ствол поваленного дерева, с наслаждением растянулся на земле и попытался утихомирить дыхание, унять боль в легких.
Толяныч упал рядом со мной и дышал он, как бешеная собака, разве что язык наружу не выкатил.
С громким хэканьем через дерево перескочили Кийко и Кузьма, тянувшие носилки с Айденом. Почувствовав, что оказались в безопасности, он тут же бросили свою ношу. Кийко опустился на колени, закрыл глаза. Кузьма стоял на четвереньках и отчаянно кашлял.
Внезапно возникший перед нами Строгов заорал почище сирены:
— Хер ли разлеглись?! Подъем! Вперед, козлины! Вперед!
Он схватил Кийко за ремень винтовки, поставил его на ноги, меня столь же радикальным способом (только за воротник), заставил сесть.
— Вперед! — вновь проорал он.
Я подхватил Толяныча, помогая ему подняться. К Кийко на помощь вновь подскочил Кузьма — все таки вдвоем носилки тащить было гораздо легче. А главное — делали они это намного быстрее, чем Кийко один.
— Арррх… — стоявший на одном колене Мундалабай вдруг упал на спину и захрипел. На груди, на поверхности теплой куртки выступило ярко-алое пятно.
Литвин схватил его за руку и поволок за собой.
— Твою мать! Брось его! Он покойник! Брось! — проорал Строгов.
— Иди в жопу! — крикнул в ответ Литвин, не отпуская руку Мундалабая, продолжая тащить его за собой.
— Твою мать! — Строгов подскочил к Литвину, схватил Мундалабая за вторую руку. — Вперед!
Мы из последних сил сделали новый рывок.
 
    
Глава 9 Вечерние посиделки
Я скукожился в спальном мешке, стараясь хоть немного отогреться, закрыл глаза и попытался заснуть. Не вышло. Сон не шел, как бы мне того ни хотелось. Вот ведь, черт! Специально же попросился в вечернюю смену, чтобы спокойно подрыхнуть до утра. И такой облом!
Я открыл глаза и несколько секунд рассматривал языки пламени в костре. Бояться преследования не стоило — мы ушли достаточно далеко. Если говорить точно, то забрались аж в Тьму — лес, находящийся севернее Заповедника.
И забрались мы сюда вовсе не потому, что нам так хотелось. Дела у нас были не ахти.
Во-первых, при побеге из Речного мы потеряли Шендра. Во-вторых, Мундалабай, получивший пулю, был совсем плох. И в-третьих, у нас был «пассажир» — Айден, которого мы везли на гравицикле. Я уже молчу про Толяныча с его раненой ногой. Как бы он ни старался, а поддерживать наш темп не мог. А на гравицикле места для него уже не было.
Мы перешли реку вброд (благо, Строгов знал, где он, лезть в студеную воду желания не было никакого), прошли Заповедник. Однако разведка в лице Литвина и Кийко принесла плохие новости — на дороге нас уже караулили. Причем не обычные гарнизонные, а церберы Виллиса.
Мне наконец объяснили, кто это такие и чем опасны. В свою команду Виллис набирал исключительно бывших военных. Причем не считающихся таковыми, а именно ветеранов. При этом уж не знаю, специально или нет, но его отряд состоял исключительно из редких отморозков, попадать к которым было чревато неприятностями. И что самое мерзкое — то ли Виллис понял, что Айден у нас, то ли изначально имел приказ охотиться за нами, как бы то ни было, отделаться от него не получалось. В прямом столкновении шансов у нас не было. Ни по качеству снаряжения, ни по количеству бойцов, ни по опыту.