Ох! Тибидох!

А в новогоднюю ночь мой парень вручил мне символ года — маленькую велюровую мышку. Такие игрушки для котов продаются в зоомагазине. И теперь мой кот Лексус гоняет её по квартире — пригодился, короче, подарочек. Хорошо ещё, что Димка не при друзьях меня одарил. Но он сделал намного круче!
Загадали мы желания под бой курантов, выпили шампусик, и Димка с загадочным видом отволок меня в уголок. Вручил мне кошачью игрушку, нежно поцеловал, сказал, что любит и что у него закончились сигареты. Всё именно в такой последовательности и было. Затем он вышел за сигаретами и пропал со всех радаров. Только зажигалка в виде лаптя от него осталась. Теперь среди моих друзей у него погоняло Золушка.
Сейчас смешно, наверное, звучит, а тогда я чуть с ума не сошла от волнения. А когда узнала, что с ним всё в порядке и услышала очередную невероятную историю, то решила, что это всё — с меня хватит. И я была тверда в своём решении, как айсберг. Три дня держала оборону, а четвёртого января Димка явился с красивым букетом жёлтых роз, с тортом и большой мягкой игрушкой — очаровательной крыской.
Взглянув на розы, я подумала, что жёлтый цвет к разлуке, но это были первые цветы за прошедший год. А игрушек он мне вообще никогда не дарил, не считая кошачьей. Короче, я решила, что это прогресс, и мой гордый айсберг поплыл. Потом была ночь, полная страсти. Во всяком случае, я очень достоверно демонстрировала эту самую страсть, и мы сделали ЭТО целых три раза. Впервые за два года Димасик решился на эксперимент, и мы сменили его любимую миссионерскую позу на… на пенсионерскую, даже на мой неискушённый взгляд.
Но не мне, наверное, критиковать своего парня, когда я сама бесчувственная. Мне очень нравятся поцелуи, объятия, а секс… Ну… это как вынужденная необходимость. А за два года моего опыта эта нудная процедура превратилась в повинность. Знаю, что бывают такие женщины и мне не повезло стать одной из этих ледышек.
Я как-то сдуру поделилась своей бедой с Анжелкой, а она возненавидела Димку ещё больше. И сказала, что не бывает холодных женщин, а просто это мужики безрукие и членистовялые недоумки. Возможно, она права, но в ту ночь примирения всё казалось таким милым!.. И Димка снова был нежным и любящим. Оказалось — не к добру.
Утром после ночи любви я получила последнее предупреждение от Мышкина за десятиминутное опоздание. Босс, конечно, сволочь, но он в своём праве, а Димка каков! Только я его простила, а тут — на тебе! — всё те же грабли…
 
    
Глава 5
То, что витая в невесёлых мыслях я пролетела на красный свет, поняла только в центре перекрёстка, когда злые клаксоны взорвали мой мозг. Хорошо, что я не растерялась и не шарахнулась от напирающих со всех сторон свирепых автомобилей.
Что сегодня не мой день я убедилась окончательно, когда покинула перекрёсток, а мой взгляд сфокусировался на полосатой палке в руках довольного гайца.
— Какой премиленький сюрприз! Симпатичный Рыжик на красненькой бибике и прямо на красненький свет. А может, у Вас ещё и документики на этого снеговика найдутся? — глумится молоденький гаишник, пока я затравленно смотрю на него в приоткрытое окошко.
Капот «Ягодки» оттаял и теперь цвет моей машинки — не тайна для окружающих.
— Найдутся, наверное, сейчас поищу, — пробурчала я и полезла в сумочку.
Нельзя, никак нельзя быть хмурой и недовольной. Ещё один штраф за сегодня мой бюджет не выдержит. Хорошо, что у меня только одна-единственная сумочка. На самом деле, в этом ничего хорошего нет, но зато документы всегда на месте — в маленьком кармашке, а не кочуют, как у Анжелки, по десяткам разнокалиберных карманов. Сумочек у моей подруги больше, чем у меня трусиков, и она никогда не знает, где лежат её права.
Вытаскивая из сумки документы, я зацепила рукавом салфетку, из которой мне на колени выпал старушкин гостинчик. Брать этот чумазый предмет руками мне совсем не хочется, поэтому я аккуратно ухватила его через салфетку и снова завернула.
— Вы археолог? — прозвучал насмешливый вопрос.
— П-почему? — не сразу оценила я тонкий юмор блюстителя порядка. Но, проследив за его взглядом, поняла, что именно гостинчик привлёк его внимание.
Тоже мне — юморист с большой дороги.
— Послушайте, я знаю, что грубо нарушила правила, но Вы не должны меня наказывать.
— Вот как? Почему же? — развеселился парень.
Ну, я и поведала ему о злом начальнике, покусившемся на большой кусок моей зарплаты. А ещё рассказала про бабульку, которую переводила через дорогу с риском для жизни. И заодно посоветовала именно в том месте подежурить и проследить за безопасностью пешеходов.
Судя по реакции на лице слушателя, советов он от меня точно не ожидал, но не возмутился — и то хорошо.
— А ещё сегодня сочельник! Вы ведь не станете отнимать у девушки надежду на чудо и отпустите домой с миром? — завершила я своё повествование.
Рассказывать про козла Димку я, конечно, не стала. Это слишком личное и неприличное. В том смысле, что стыдно признавать себя такой наивной дурой.
— Что, вот прямо так и отпустить? Ну-у, хоть бы шерсти клок, — не сдаётся весёлый парнишка, деликатно пропустив слова про паршивую овцу.
Я поглубже вдохнула, чтобы привести очередные веские аргументы, но мой взгляд зацепился за рукав моего полушубка, где мех на манжете уже основательно вытерся и примялся.
— Так вот же — уже выдрали, — и я подсунула под нос обалдевшему гайцу свой плешивый рукав.
А он заржал, как ненормальный, аж слёзы на глазах выступили.
— О-ох, с праздником тебя, Рыжик! — отсмеявшись, произнёс парень и вернул мои документы. — Хотел я тебя, симпапуля, на свидание позвать, но боюсь, что на новую шубу я пока не заработал. Езжай уже и будь повнимательней. А, да — ну, и чуда тебе рождественского!
*****
Вот вроде бы и всё хорошо — отпустили и простили, а неприятный осадок остался. Неправильно меня мужчины воспринимают. Я их умиляю, веселю и вызываю какие угодно эмоции, но не трепет и не желание. А если желание и возникает, то накормить или потрепать по рыжим кудряшкам. Вот что со мной не так?
Я очень симпатичная рыжулька. Волосы крашенные, конечно, но к моим натуральным веснушкам и серо-зелёным глазам рыжий цвет подошёл, как родной.
Димка говорит, что изюминки во мне нет — внешность не породистая. А я и есть дворняжка в этом своём стареньком полушубке из лобков пожилых зайцев. Димке стыдно, наверное, со мной на людях появляться, поэтому он и с катком меня продинамил. Знать бы, чей изюм он объедал этой ночью. Надоело мне такое потребительское отношение. И пусть во мне во мне ни грамма дамы, но…
Сформулировать своё гордое решение я не успела, потому что моя «Ягодка» внезапно перестала слушаться хозяйку. Магнитола квакнула и заткнулась, потом погасли приборы, и едва я успела перестроиться в правый ряд, как моя машинка заглохла. Попытки завести её ни к чему не привели — она даже не трепыхнулась и не пискнула. Я уже говорила, что сегодня не мой день? Накаркала, наверное!