Я - маг огня!

Значит, ясно, почему Дэн не вышел сразу следом за нами — собирал предметы моего невольного стриптиза по залу. Не знаю отчего, но захотелось улыбнуться.
— Спасибо, — поблагодарила я и тут же надела обувь — тол-то был каменный и холодный.
— Вообще-то, это не танец, а песня. — саркастично поправила Дара и язвительно добавила: — Ты разве не заметил?
— Нет, — мрачно отозвался Дэн и, обращаясь исключительно ко мне, спросил: — О чем это она?
Пришлось пояснить, что изначально я вообще-то должна была выступать со своим вокалом, который поразил бы всех. А самых слабонервных — еще и контузил. Но я вчера вечером перепутала листочки и… кто-то этим воспользовался.
Тут, словно в подтверждение моих слов из незапертой двери зала раздался… вой. Даже я инстинктивно поморщилась. Какая-то девица, сменившая на сцене Дрона, терзала наши уши, магофон, горланя от души. И было в этом пении что-то такое знакомое… гундосое. Вот!
— Милый мой, боль моя, — неслось из двери. — Я горю. Я вся твоя. Эта любовь нас связала. Твоих лишь взглядов для меня мало…
Под эти душераздирающие звуки из зала, как пробка из бутылки, вылетел Дрон. У приятеля был такой вид, словно он что-то украл и его при грабеже заметили и пустились в погоню.
Дрон лихорадоно огляделся, увидел нашу компанию, захлопнул дверь в зал, отчего душераздирающие вопли стали на порядок тише, и двинулся к колонне.
— Что это? — решила спросить я, впрочем, догадываясь, каким будет ответ.
— Признание в любви. Тебе — и приятель он посмотрел на Дэна. А следом за Дроном — и мы все.
Стражу пришлось оправдываться:
— Я тут ни при чем! И почему это именно мне? — перешел Дэн в наступление.
— Ну эта девица так и заявила, что посвящается Даниэлю Стиллу.
— Она же не первокурсница, — удивилась я и заинтересованные взгляды всей нашей компании скрестились уже на мне.
— А ты откуда знаешь? — вкрадчиво уточнила пострадавшая сторона, в смысле Дэн.
— Мы с ней встретились и… в общем, гундос… в смысле эта адептка решила, что у нас с тобой что-то есть. Ну я и заверила ее, что ничегошеньки нет. И вообще, тебе понравилась моя подруга Силь — певица из элитного ночного клуба. Особенно тебя впечатлил ее голос… — честно, как на духу, выложила я Дэну, глядя, как при моих словах лицо мага становится мрачно-штормовым. Но я мужественно, превозмогая страх закончила. — Вот я и посоветовала ей поразить тебя вокалом…
— Она и поразила, — хмуро заверил Дэн. — В самые барабанные перепонки.
Дара на это хмыкнула и перевела разговор в иное русло (за что ей моя отдельная благодарность — больше я не буду ей пакостить по мелочам. Неделю — так точно. Только Лори). Некромантка пояснила, что принять участие в смотре талантов могут и другие курсы, было бы желание. Последнего, понятное дело, у адептов особо не наблюдалось: позориться еще раз, вспоминая первый курс, — то еще удовольствие. А настоящие таланты и так всей академии известны, и без просмотров.
— Я не могу больше это слушать, — пожаловался Дрон, морщась от вокала гундосенькой.
Мы были с приятелем солидарны и поспешили убраться от актового зала подальше. Например, в парк рядом с главным корпусом академии. Пока шли, Дрон неуловимым образом просочился меж мной и Дэном и оказался рядом с Лори. А спустя совсем немного времени меж алхимиком и моим приятелем завязалась оживленная беседа. На этот раз они вдохновенно говорили об одной из войн древности (я знала о ней только то, что такая была, на уроках мы ее вовсе не проходили), обсуждая глупость и гений полководцев, что вели решающее сражение. Я мельком глянула на эту парочки и поняла: Дрон был бы готов говорить с Лори о чем угодно, лишь бы говорить. Но что меня удивило, так это то, что парень легко поддерживал беседу с Лори на любую тему. А это могло значить лишь одно: кучеряшка ему однозначно понравилась.
Заметила это и Дара. Хитро подмигнув мне, некромантка вдруг «вспомнила», что у нее умертвия в лаборатории недоупокоены, кости скелетам не пересчитаны и вообще столько дел, столько дел… Смылась, одним словом. Мы с Дэном тоже поотстали от оживленно беседовавшей парочки. Лори впервые на моей памяти раскраснелась, доказывая кому-то, что тот не прав. Что-то подсказывало: аргументы у кудрявой скоро закончатся и она применит главное из доказательств — как следует треснет оппонента. А Дрон, кажется, был бы не против такого исхода.
Я оказалась права: спустя какое-то время алхимик попыталась огреть приятеля своей сумкой, он уклонился и сцапал девушку. Та заливисто засмеялась и…
— Кажется, мы тут лишние, — тихо прошептал мне на ухо Дэн. И от его дыхания я почувствовала, как по шее пробежали мурашки, а сердце — пропустило удар.
— Кажется, ты прав, — сглотнув оттого, что в горле неожиданно стало сухо, произнесла я.
Стоило только это сказать — и меня буквально утянули в кусты. Вот вроде только что я стояла на дорожке — и уже нет. Вокруг только ветви листья, и… Дэн, прижавший меня к себе.
 
 
Глава 19
— Так значит, ты считаешь, что между нами ничего нет? — вкрадчиво поинтересовался страж, припомнив мне мои же слова, когда я рассказывала о встрече с гундосенькой.
— Ну, кроме магии, тайны, кучи проблем, дуэли… — перечислила я и твердо произнесла: — Нет.
— Ты кое про что забыла, — произнес Дэн, чуть наклонив голову, так, что мне пришлось запрокинуть свою, чтобы видеть взгляд мага.
— Что? — не поняла я.
— Вот это…
Радужка глаз стража стала почти черной. В этой мгле плясал яростный, неутолимый огонь, в котором я начла тонуть. Он манил меня, затягивал, ласкал языками пламени. Или это губы Дэна ласкали мои?
— Ники, — мои имя, которое маг простонал. В этих звуках спелись и отчаяние, и мольба, и страсть. Показалось, что земля качнулась подо мной. Или это просто ноги престали меня держать и я потеряла равновесие. Чтобы не упасть, схватилась за единственную опору, которая была сейчас для меня во всем мира — плечи Дэна. Страж еще сильнее склонился. Его рука коснулась моих волос, собрав их у основания затылка и чуть потянув, отчего я еще сильнее откинула голову, еще теснее прижалась к сильному мужскому телу, еще крепче вцепилась в сильные плечи и еще глубже погрузилась в сумасшествие нашего поцелуя.
Мимо нас, скрытых ветвями куста, по дорожке прошла, громко что-то обсуждая, группа адептов. Их голоса донеслись на краю моего сознания. Но этого хватило, чтобы сквозь хмель поцелуя я услышала голос разума. А он вопил, что то, что происходит между мной и Дэном сейчас, — неправильно и повлечет за собой последствия. Кучу неприятных последствий…
Я уперла руки в мужскую грудь и собрав всю твердость и решимость, которые у меня остались, произнесла:
— Ты… Я… Это все одна большая ошибка.
Услышав свой собственный голос, резюмировала: можно было бы и потверже.