У каждого свои недостатки
Я встала и сделала несколько шагов. Кровь смешивалась с водой из разбрызгивателя и стекала на пол из рассеченной мраморными осколками руки, в воздухе порхали хлопья пепла. Я зацепилась каблуком за какую-то грязную тряпку, край которой торчал из-под куска унитаза. Мое платье! Золушка превратилась в замарашку, не успев даже войти во вкус праздника. Пол, развороченный и в осколках сантехники, не давал добраться до двери – на мне были легкие босоножки. Смолкла сигнализация, зато сирены звучали все ближе. Вот и они стихли. Сквозь шум воды из оросителей я услышала стоны, крики и деловитые голоса. Двое пожарных, постарше и помоложе, вошли в туалет и заметили меня:
– Мэм, вы целы? Вы ранены? – участливо спросил один.
– Нет, царапина, – мой голос все еще был хриплым.
– Повезло вам, мэм, – сказал второй, помоложе, оглядываясь через плечо, вид у него был неважный, зеленоватый.
– Что это было?
– Теракт, мэм.
– Как? Что взорвалось?
– Киборг проник в помещения «Полюса» через соседний клуб, – затараторил молоденький спасатель. – Он был нафарширован взрывчаткой, словно индейка.
Первый толкнул второго локтем в бок, тот замолчал.
– Вы были одна или со спутниками?
– Одна.
– Наверное, родились в рубашке.
– Наверное, – протянула я, вдруг осознав себя полуголой, грязной и мокрой. – А этот соседний клуб, «Скорпион»… там никто не пострадал?
– Кажется, нет, мэм. Основной удар пришелся на тутошний танцпол. Вам очень крупно повезло. Не смотрите по сторонам, когда будем выходить. Давайте на выход, мэм, – озабоченно произнес старший. – В зале уже работают службы скорой помощи, сейчас найдем кого-нибудь, кто вас перевяжет. Шагните ко мне, я помогу перебраться.
– Я помогу мисс, – молодой пожарный протопал по осколкам подошвами грубых сапог и собирался поднять меня на руки.
– Мой кибер, – взмолилась я. – Пожалуйста, заберите его. Он абсолютно разряжен.
– Не беда, мэм, сейчас подкормим малыша, – паренек вынул из кармана на поясе уни-батарейку высокой мощности и, покопавшись в боковом роме Микки, подключил робота к источнику энергии. Кибер ожил, но глаза его светились оранжевым.
– На то, чтобы дойти до выхода, хватит, – объяснил спасатель. – Позовите его, мэм. И вот, возьмите мой жилет, там сыро и холодно.
Микки двинулся за нами, иногда переходя в режим антиграва и поднимаясь над кучами мусора и… телами. В зале суетились спасатели. После завалов я слезла с рук любезного пожарного и пошла сама. И все-таки оглянулась. Лучше бы я этого не делала. Митю и Тараса впечатало в стену у туалета. Они были безнадежно мертвы. Их лица были целы, а вот ниже… Меня вывернуло у покореженного, залитого пеной танцпола.
– Ничего, ничего, – приговаривал молодой пожарный, косясь назад и судорожно сглатывая.
Сколько ни пыталась я пробиться в «Скорпион», меня возвращали к турболету скорой. Мой комфон остался у Кира. Микки был недостаточно заряжен, чтобы связаться с Демидовым. Работник спасательной службы дал мне синюю хламиду на завязках, обработал рану и перебинтовал руку.
– Успокоительное, противовоспалительное… – устало перечислял он, ставя инъекции.
В турболете у кабины пилота работал небольшой экранник. Я прислушалась
– … Радикальная экологическая группировка «Чистый Кластер» уже взяла на себя ответственность за взрыв. Выяснилось, что кибер модели дэ-четырнадцать был начинен новым видом взрывчатого вещества. Слово эксперту.
– Это особая взрывчатка, – заговорил эксперт, – она не распознается большинством сканеров и активируется определенными частотами музыки, именно теми, которые используются некоторыми недобросовестными клубами для создания эффекта трансэкстаза. Устройство сработало, когда в «Полюсе» зазвучал известный трек с альбома одной из расплодившихся сейчас, так называемых хайэ-ризм-групп…
– Число жертв выросло до тридцати, – продолжил диктор. – Большинство погибших – посетители купола, на момент взрыва находившиеся в середине зала. Идет опознание тел условно-живых и живых посетителей по индивидуальным номерам чипов. Пострадавшим оказывается медицинская помощь. Несколько имен жертв остаются неизвестными из-за отсутствия у них учетного чипа или штрих-кода работника.
– Мэм, вам есть, куда пойти?
– Да, – машинально ответила я врачу.
Диктор начала перечислять имена погибших. Я вслушивалась, кусая губы, и выдохнула, когда список закончился. Имен Пайка и Демидова в нем не было.
– Скажите, – в очередной раз спросила я, – когда можно будет зайти в «Скорпион»?
Врач пожал плечами, пощелкал в своем комфоне:
– Туда никого не пускают. Да там и нет никого, все посетители эвакуированы. Их допрашивают в полиции, поскольку кибер-бомба пришел из соседнего клуба.
– А раненые?
– К нам не поступало пострадавших из «Скорпиона». Вызвать вам такси? Купол организовал бесплатную развозку.
– Да, – выдохнула я.
Нужно вернуться в отель и войти в Сеть. Это единственное, что я могу сейчас сделать.
В отеле, отправив Микки в номер (глаза его уже горели красным, указывая на очень низкую степень заряда), я метнулась к стойке администратора.
– С возвращением, сэр, – любезно проговорила девушка за стойкой, узнав меня. – Мэм, – поправилась она – медицинская хламида просвечивала насквозь.
– Мои спутники! – взволнованно заговорила я. – Молодой человек и джентльмен в возрасте. Они вернулись?
– Нет, мэм. Еще нет.
– Мой доступ в номер еще активирован?
– Конечно, мэм.
Пайка и Кира мог забрать Еременко, похитить их ради своих непонятных целей. В номере я судорожно принялась рыться в Сети. Новая информация поступала каждую минуту. Я заплакала от облегчения, когда в новостном ролике, среди допрашиваемых полицией свидетелей, мелькнули лица Кира и Пайка. Пайк во всю изображал нормального условно-живого, Кир выглядел очень подавленным. Меня неумолимо потянуло в сон, видимо, подействовало успокоительное. Смыв с себя сажу и подключив кибера к зарядному устройству, я переоделась в одежду «Сэмуэля», легла в кровать и заснула, едва голова моя коснулась подушки. Кажется, мне пора завязывать с этой работой, учитывая условия труда и издержки.
Я проснулась от того, что из гостиной номера в мою комнату проникали голоса. Тихонько встав, прикрепив клипсу на ухо и натянув штаны, я подкралась к полуоткрытой двери. Больше всего меня интересовало, вернулись Пайк и Кир одни или с Еременко. Я заглянула в щель, увидела сидящего на диване Кира, живого. Из глаз чуть не брызнули слезы. Что я так расчувствовалась? О себе бы лучше переживала, это у меня просто до сознания еще не дошло, в какой ж… я побывала.
Демидов сидел, закрыв лицо руками, а Пайк… Пайк ему выговаривал, как мальчишке: