Победителей не судят

Саня, наблюдавший за тренировками, давно заметил приближавшихся всадников и не обратил на них особого внимания. После прибытия царской армии в окрестностях лагеря отряда стали довольно часто появляться группы всадников. Поэтому сейчас Громов не сильно заинтересовался пришельцами. Однако все быстро изменилось, когда выехавший вперед всадник уверенно приблизился к Сане и Деметрию, в которых он безошибочно распознал командиров. Молодой, богато одетый человек, представившись как Аристолох, заявил, что в приближавшейся группе всадников находится сам царевич Селевк. Визит члена царской семьи застал Громова врасплох.
– Может быть, стоит построить бойцов? – спросил Деметрий, стоявший рядом.
– Я думаю, что не стоит этого делать! Царевич не любит церемоний. Сейчас он просто едет поохотиться на диких коз, а, увидев ваших воинов, решил взглянуть на них поближе, – вежливо возразил Аристолох.
Вблизи Селевк оказался крепким загорелым черноволосым юношей в пурпурной одежде, уверенно державшимся в седле. На вид ему было лет пятнадцать или шестнадцать. Открытое, красивое лицо и пытливый взгляд карих глаз производили благоприятное впечатление на окружающих. Сане царевич понравился. С окружающими он разговаривал как с равными, а в его манере держаться и вести разговор Громов не заметил заносчивости или снобизма.
После взаимного приветствия царевич, с любопытством смотревший на арбалетчиков, захотел рассмотреть поближе это диковинное для него оружие. Саня подозвал одного из стрелков и, взяв у него арбалет, протянул его спрыгнувшему с коня Селевку. Царевич заинтересованно вертел в руках новое для него оружие. В ходе осмотра Саня давал краткие пояснения. Затем Селевк захотел пострелять из этого необычного оружия, и Сане пришлось обучать его стрельбе из арбалета. К счастью, царевич был хорошим учеником и быстро научился обращаться с новым оружием. Сначала стрелял один Селевк, но, глядя на него, захотела пострелять и вся свита царевича. Пришлось обучать и их премудростям стрельбы из арбалета. Царевич был в полном восторге от нового оружия, и Саня подарил ему один из арбалетов. Селевк не остался в долгу и в ответ подарил Громову великолепный кинжал из хорсана [45]. Потом царевич пригласил Саню с его офицерами посетить его резиденцию, которая находилась в одном из шатров в лагере расположившейся возле города царской армии.
– Там спросишь любого, и тебе укажут мой шатер! Я буду ждать тебя завтра после полудня, – сказал царевич, запрыгивая в седло своего коня.
Потом Селевк со своими людьми поскакал прочь.
– Думаю, что сегодня он точно испытает наш арбалет на несчастных диких козах во время охоты, – произнес Деметрий, смотревший на отъезжавшего царевича.
– Да. Очень любознательный мальчик! Этот далеко пойдет. Может, даже царем станет. Правитель из него неплохой получится. Думающий… – задумчиво пробормотал Саня, провожая глазами скачущих во весь опор всадников.
– Да нет! Ему трона не видать. У него есть еще четверо старших братьев. Вот из них кто-то наверняка станет правителем, – возразил Деметрий.
– Поживем – увидим! – ответил Громов и, повернувшись, посмотрел на арбалетчиков, тренирующихся на стрельбище.
* * *
На следующий день, взяв с собой Деметрия, Лиска и Никомеда, Саня решил нанести визит вежливости царевичу Селевку. Лагерь царской армии располагался возле северной городской стены Эфеса. Конечно, царский отряд и царские телохранители – соматофилаки – вместе с царем и его свитой расположились в крепости, а вот остальные воины царской армии проживали за городом в палаточном лагере. Эфес при своих довольно приличных размерах просто не смог бы вместить такую прорву войск.
Перед глазами Громова и его спутников предстала беспорядочная мешанина из походных шатров и палаток, когда они подъехали к царскому лагерю. Вокруг лагеря не было видно никаких укреплений. Увидев это зрелище, Деметрий помрачнел и, сплюнув, пробормотал что-то о бардаке и отсутствии дисциплины. Саня молча с ним согласился, подумав, что при внезапном нападении врага в этом лагере точно начнется хаос и паника. Найти шатер царевича Селевка оказалось не так уж и просто. Они проплутали среди палаток около десяти минут, спрашивая дорогу у местных Сусаниных. Потом Лиск не выдержал и поймал за шкирку пробегавшего мимо них типа в синем хитоне. Приподняв его над землей и слегка тряхнув для профилактики, галат рычащим басом «попросил» (почти вежливо, парочка ругательств не в счет) проводить их к шатру Селевка. Простимулированный таким образом персонаж в синем хитоне тут же загорелся желанием проводить уважаемых путников к шатру царевича. После чего Лиск почти аккуратно поставил добровольного проводника на землю и вопросительно посмотрел на Саню, наблюдая за его реакцией. Громов одобрительно хмыкнул и приказал провожатому показывать дорогу.
Через три минуты они были на месте. Проводник в синем указал на большой цветастый шатер, заявив, что он принадлежит царевичу Селевку. Затем, с опаской покосившись на Лиска, который, заметив его взгляд, скорчил свирепую рожу, проводник смиренно попросил у Громова разрешения уйти. Саня величаво кивнул, отпуская проводника, и тот быстро удалился, робко оглядываясь на них.
Вход в шатер царевича охранял один из уже знакомых Сане телохранителей. Он доброжелательно кивнул подошедшему Громову и, попросив его подождать, вошел в шатер, докладывая о прибытии гостей. Саня услышал голос царевича, потом телохранитель вынырнул из шатра и пригласил Громова и его спутников следовать внутрь. Когда Саня вошел в шатер, то сразу же увидел царевича Селевка, который играл в шахматы со своим другом Аристолохом. Царевич, увидев Громова, радушно улыбнулся и, поспешно вскочив, смахнул рукой шахматные фигуры с игровой доски.
– Ах, мой господин! Но я же почти поставил вам мат! – воскликнул Аристолох, досадливо усмехнувшись.
– Ну, теперь-то мы никогда не узнаем, кто победил в этой партии! – ответил Селевк, звонко рассмеявшись.
– Спасибо, что своим появлением спас меня от разгрома в этот раз, – весело прошептал царевич, подходя к Сане и здороваясь с ним и его спутниками.
– Ну, в этом нет моей заслуги. Если бы не находчивость моего офицера (кивок в сторону Лиска), то мы бы блуждали в поисках вашего шатра еще очень долго, – отшутился Громов.
Царевич потребовал подробностей и, внимательно выслушав рассказ о поисках его шатра, звонко рассмеялся. Ему понравилась находчивость Лиска, а вот обстановка, царившая в лагере, тоже была царевичу не по душе.
– Советники вроде Антипатра и Эвдема внушили царю, что здесь нам не грозит нападение врагов и поэтому не надо укреплять лагерь. А ведь это расхолаживает солдат и снижает дисциплину в армии! – возмущался Селевк, размахивая руками.
– Ничего, мой господин! Скоро ты будешь править в Лизимахии, и армия у тебя будет. Там тебе никто указывать не будет, что делать, – начал успокаивать разбушевавшегося царевича Аристолох.
– Да! Отец обещал мне отдать этот город в управление. Это ведь единственный город в Европе на границе с Македонией, который принадлежит нам. Правда, римляне предъявили на него свои права, но отец их послов отправил домой ни с чем. Он мне пообещал армию в восемь тысяч воинов, чтобы я смог защищать город хоть от римлян, хоть от фракийцев. Ведь именно фракийские варвары разрушили Лизимахию пять лет назад, а мой отец отстроил город заново и выкупил ее жителей из рабства. Так что теперь это часть нашего царства, а римляне требуют, чтобы мы ушли из Лизимахии. Вот же свиньи италийские! – произнес Селевк, немного успокаиваясь.