Замуж за барристера

— Энтони… — прошептала Ребекка, и Элизабет осознала, кого именно та звала все эти дни.
Грудь заполнило горечью, да такой густой, что у Элизабет сбилось дыхание. Она отступила назад, подальше от света, чтобы никто не мог заметить ее состояния, и, пока Энтони суетился возле неожиданно заговорившей невестки, так и пятилась к выходу, желая лишь поскорее покинуть эту комнату и Кловерхилл и остаться в одиночестве, чтобы разобраться в нахлынувших эмоциях.
Однако уже у самой двери ее остановила просьба Энтони.
— Мисс Уивер, пожалуйста, не уходите, если возможно! Всего несколько минут!
Элизабет кивнула и поспешно покинула спальню, чтобы хотя бы не под его взглядом возвращать хладнокровие. Что на самом деле связывало мистера Рида и вдову его брата? Была ли это какая-то особая склонность или лишь благодарность Ребекки спасителю? Элизабет отчаянно хотела верить в последнее.
 
Год друг без друга — какие влюбленные выдержат такую разлуку, когда ничего не мешает быть вместе? Или они лишь старались соблюсти приличия после смерти Джорджа Рида? Или, как утверждал Эшли, на самом деле были причастны к отравлению и таким образом отводили от себя подозрения?
Нет, от этой мысли становилось так больно, что Элизабет гнала ее, заполняя освободившееся место воспоминаниями о благородстве Энтони и его потребности помогать людям.
Вот только и от этого легче не становилось.
— Мисс Уивер, — юношеский голос прервал ее размышления, и Элизабет встретилась взглядами с озабоченным Джозефом. — Что-то случилось? Ребекке стало хуже?
Элизабет покачала головой.
— Нет, надеюсь, самое плохое уже позади, — постаралась улыбнуться она. — Мисс Флетчер очнулась. Мистер Рид остался с ней, а я решила, что не стоит мешаться им под ногами.
— Уверен, что не Энтони об этом попросил! — тоже расплылся в улыбке Джозеф. Эмили, уверенная, что старшая сестра нынче ни за что не поедет в Кловерхилл и пообещавшая из-за этого составить Черити компанию в поездке в Тонтон, не сумела найти причины увильнуть от похода по магазинам и оставила на сегодня Джозефа скучать в одиночестве. — Он готов душу продать за лишнюю минуту с вами. А то, что ведет себя, как болван, — так вы не обижайтесь. Влюбленные мужчины вместе с сердцем теряют и разум.
Элизабет стало чуть легче дышать. Вряд ли, конечно, можно было полностью доверять наблюдениям семнадцатилетнего мальчишки, однако Элизабет не находила поводов для его лжи, а потому предпочла прислушаться и попытаться извлечь пользу из этой беседы.
— Мистер Нортон, — начала было она, однако Джозеф, скривившись, настойчиво попросил называть его по имени, и Элизабет пришлось с этим согласиться. — Джозеф, — поправилась она, — я, конечно, очень мало знаю мистера Рида, но мне показалось, что к мисс Флетчер он испытывает куда как более нежные чувства, нежели ко мне.
На последней фразе ее голос едва не дрогнул, но все же Элизабет могла гордиться собственной выдержкой. И радоваться, что сумела ее произнести, потому что в ответ Джозеф фыркнул и махнул рукой.
— Бог с вами, мисс Уивер: Энтони видит в Ребекке ребенка и как о ребенке заботится. Он ей на Рождество игрушку подарил, а вы говорите «нежные чувства». Вы когда чуть лучше ее узнаете, поймете, насколько я прав. Бекки действительно вызывает необъяснимое чувство привязанности и желание укрыть ее от всех забот, вот только исключительно братское. Даже мне, пусть я на год младше, она все время кажется младшей сестрой — кроткой, испуганной и несмышленой. Она потому и сломалась в этом браке, что была совершенно не готова к взрослой жизни. Впрочем, быть может, и к лучшему.
— Почему? — удивилась Элизабет, мучительно желая верить его словам. — Мне кажется, ей было очень плохо от невозможности общаться и изливать свои горести.
— Зато она осталась жива, — помрачнел Джозеф. — И есть надежда, что рано или поздно придет в себя. А так стала бы четвертой жертвой господина Рида. Или пятой, учитывая вашего скоропостижно скончавшегося соседа.
Элизабет понадобилась вся ее смекалка, чтобы догадаться, что Джозеф имеет в виду не Энтони, а его брата и отца.
 
— Вы бросаетесь страшными обвинениями, мистер Нортон, — снова в волнении перешла она на официальный тон, однако Джозеф лишь передернул плечами.
— Не более страшными, чем эти собаки из «Таймс», решившие сделать сенсацию, опорочив Энтони, — жестко ответил он. — Я-то как раз видел все материалы дела, более того, сам их собирал, и могу поклясться хоть собственной жизнью, что в моих словах нет и капли лжи. Я не решился рассказывать подробности Эмили, но вы, я думаю, способны принять их и сделать верные выводы. Не знаю, что за кровь текла в жилах Джорджа Рида, но после его смерти мир явно стал лучше.
Элизабет машинально кивнула, не в силах сразу осознать весь масштаб трагедии семьи Ридов. Каким же чудовищем на самом деле был старший сын владельца Кловерхилла, за которого когда-то поднялся весь Кроукомб! И как только юному Энтони удалось избежать страшной участи отца и несчастных невесток, безвинно погибших от рук безжалостного убийцы? Какое-то смутное воспоминание шевельнулось в душе Элизабет, но следом ее охватило таким ужасом, что Элизабет замотала головой, пытаясь освободиться от него. Наверное, она поступала глупо: надо было просто однажды пропустить это воспоминание через себя, чтобы раз и навсегда избавиться от него, но оно не желало так просто сдаваться, и Элизабет оставалось лишь подчиниться реальности.
— Спасибо, что доверяете мне, Джозеф, — овладев таки собой, проговорила Элизабет. — Обещаю, что никогда не воспользуюсь этими сведениями во вред вам или мистеру Риду.
— Главное — поверьте им, — хмыкнул Джозеф. — Тогда многие вещи станут понятны и не будут больше вызывать вашей неприязни.
Элизабет пообещала воспользоваться его советом и следом услышала на лестнице шаги. Обернулась к торопливо спускавшемуся Энтони. Он словно боялся, что она вопреки обещанию уйдет, не позволив ему попрощаться: во всяком случае, на его лице читалась озабоченность вперемешку с удовлетворением.
Однако начал он совсем с других слов.
— Вы бледны, мисс Уивер! Надеюсь, это не следствие переутомления у постели мисс Флетчер? Или, — тут он глянул на Джозефа и словно бы все понял, — мой несносный помощник по своей вздорной привычке рассказывал вам всякие ужасы?
— Ничего, кроме правды! — буркнул оскорбленный Джозеф. — Нет бы поблагодарить за заботу о твоей чересчур благородной натуре; а ты только и горазд выговаривать мне да осаживать. И все из самых лучших побуждений. Поверьте, мисс Уивер, даже если однажды вам покажется, что вы наверняка знаете о каком-то проступке Энтони, не спешите обвинять его в этом, потому что через некоторое время вам вне всякого сомнения придется раскаиваться и просить прощения.
— Джозеф! Придержи язык, если не хочешь вернуться к отцу раньше срока! — возмутился мистер Рид, и Элизабет с удовольствием заметила, как покраснели его скулы. И почувствовала непреодолимое желание внести в его смущение свою лепту.