Пепел и пыль

Я сидел в коридоре и думал. Откидные сиденья явно проектировал садист. Не хватало двух сантиметров ширины, чтобы человек мог сесть и подпереть копчик, к тому же смотреть было некуда, кроме как на стену купе напротив. Зато времени на размышления в избытке.
Все это напоминало маджонг. Старую китайскую игру вроде домино, в которой используются десятки прямоугольных камней с разнообразными значками, уложенных слоями. Значки повторяются парами, и нужно снимать их по два. Задача игрока состоит в том, чтобы очистить стол, но камни можно снять, лишь когда они оба дают осмысленный расклад, а не разложены случайным образом.
Михал, тернии, спинофратеры, монастырь в Могильно, Феофан, монастырь в Брушнице, книга, Патриция, телефон, Терновый крест, псалмы, иностранцы, мое тело, Междумирье, старый мертвый монах, висящий монах. Столько камней, столько значков. И полностью хаотичный расклад.
Я представил себе костяные плитки, уложенные рядами одна на другой, и символы, означающие каждый элемент. Камни парили в пространстве, скрывая ключ. Некую систему. Вот только я ее не видел.
Для начала я снял два камня: Михал и старый монах. Михал – церковный полицейский и таинственные похороны, устроенные иностранцами. Спинофратерами, которые на самом деле существовали. Почему они устроили похороны старому монаху в Польше? Монаху, который много путешествовал, ездил с миссиями?
Возможно, потому, что он был одним из них.
Со стола исчез очередной камень, открывая следующие. Почему погиб Михал? Потому что слишком много узнал? Что? Что старый священник принадлежал к странному сообществу? Книга. Манускрипт Феофана «О тернистом пути», найденный в Сирии Ги де Кем-то-там. Де Монтезуром. Священная книга ордена. Братства Терний. Братства, которое нашло путь в Междумирье? Спинофратеры по ту сторону. Таинственные иностранцы по эту. Два камня.
Я был не один. Междумирье мне не принадлежало. В нем бродили терновые братья. Почему я их там не встречал? Наверняка потому, что Междумирье было столь же велико, как и реальный мир. Расстояния те же. Обо мне не знали, пока… Пока не умер старый монах. Умер и оказался в Междумирье. С каждым может такое случиться. Впрочем, может, он сам этого хотел и к тому стремился. Там он узнал обо мне. Это он на меня охотился. Он позвонил призрачным убэшникам. Всё как в маджонге: когда один камень подходит к другому, можно снять его с доски, а под ним видны следующие. «Где книга?» Эти камни определенно подходили друг к другу. Иного варианта просто не было. Михал забрал книгу.
Брат Ян ее спрятал. Спрятал величайшую реликвию – путеводитель по Междумирью, разговорник и билеты. Спрятал так, чтобы никто после его смерти ее не забрал и чтобы она вернулась в орден. Но его парни ее не нашли. Сплоховали. Не поняли указаний хозяина. А Михал понял. Прочитал некие зашифрованные следы, может выбитые на стенах или записанные симпатическими чернилами. Какую-то чертову абракадабру, достойную тамплиеров, хоть и скрытую среди латинских сентенций. И он их опередил. Забрал книгу. А потом сам погиб. Не заставили ли его рассказать что-то обо мне? А может, выяснили иначе?
Очередные камни. А под ними следующие. Где книга? «Если докопаешься – копай глубже…»
– Прошу прощения, – сказала какая-то девушка, отодвигая дверь купе. Я тупо уставился на нее. Стол с разложенной партией в маджонг исчез, камни улетели в космос, во все стороны, будто осколки звезды. Девушка, которую я никогда раньше не видел, протягивала мне мобильный телефон.
– Это вас.
– Простите?
– Вас к телефону.
Я взял аппарат из ее руки, ошеломленно глядя на девушку. Ее глаза были полностью пусты и лишены выражения, будто стеклянные шарики. Казалось, она все время шевелит губами, беззвучно повторяя: «Вас… к те… ле… фону…»
– Слушаю?
– Беги с этого поезда! – раздался в трубке женский голос.
– Кто говорит?
– Беги, ну же! БЕГИ!
Отдав телефон, я вскочил с сиденья, прежде чем до меня дошло, что я делаю, и начал протискиваться по коридору в сторону, обратную направлению движения. И что дальше? Прыгать? Куда, зачем? Бомба?
Проталкиваясь между людьми, я заметил в толпе нечеловеческие лица, будто маски из розовой резины, с черной дырой на месте рта и двумя такими же на месте глаз.
Кто-то мне что-то говорил, я видел, как его лицо размывается, словно нерезкая фотография, губы растягиваются в беззвучном крике и так и остаются, распахнутые словно пещера.
Я остановился между вагонами, тяжело дыша. Сцепка плясала под моими ногами, где-то внизу глухо гремели металлические детали. Я пытался собраться с мыслями, передохнуть, но воздух стал пустым, будто вдруг закончился кислород. Прыгать на ходу? В чистом поле? Дернуть стоп-кран?
Кто-то отодвинул дверь, и появился кондуктор – в синем костюме и форменной фуражке, с сумкой и ручной кассой на поясе.
– Добрый день, прошу покинуть поезд, – официальным тоном объявил он, после чего повернулся и ушел.
Я прошел в следующий вагон, когда мир внезапно закружился в моей голове. Я услышал нечто похожее на крик сокола, а потом начал куда-то проваливаться. Меня окружили густеющий мрак и духота. Последним усилием воли, будто неуклюже управляя марионеткой, я раздвинул двери между вагонами и сделал два неуверенных шага, чтобы не упасть на сцепке. Хотел вытянуть руку и за что-нибудь ухватиться, но не успел. Последней моей мыслью было сесть на пол, чтобы не валиться во весь рост, но было уже поздно.
* * *
Мое лицо уткнулось в грязь, во рту чувствовался вкус крови, пепла и пыли. Вокруг висел бурый непроницаемый туман. Добро пожаловать в Междумирье.
Я с трудом встал на колени. Ничего подобного со мной еще не бывало. Случалось пару раз лишиться чувств, но я не оказывался автоматически в Краю Полусна, ударившись обо что-то головой. Это явно что-то другое. Я умер? Так внезапно? Всё, конец?
Встав, я огляделся вокруг. Голая, окутанная туманом земля, следы пепла и пыли на черных форменных штанах охранника. В полумраке маячили искривленные Ка деревьев, словно бонсай из ада.
Я решил попытаться вернуться. По крайней мере, я знал, где мое тело – в поезде до Среды Великопольской. Где-то тут должно быть Ка железнодорожных путей, но моя оболочка лежала на полу вагона второго класса, удаляясь от меня с каждой секундой.
Я вспомнил сокола. Именно благодаря ему я сумел вернуться в прошлый раз, хотя призрачный городок находился не в Познани.
Я двинулся вперед, в туманный холодный полумрак. Куда-нибудь.
И тут меня залил яркий свет. Раздался треск – и я оказался в лучах двух одинаковых прожекторов. Автомобиль?
– Стой! – прогремело в тумане.
Я метнулся в сторону, будто заяц, и помчался что было сил, чувствуя, как ветви больно хлещут по лицу. Позади, среди белой дымки, маячили нечеткие черные силуэты. Они приближались наперерез. Свернув, я перепрыгнул канаву, споткнулся о корень, вскочил и снова побежал. Меня окружали.