Ледяная сталь. Любовь во время зимы

Взлетели блеклые артефакты-осветители.
— Доброй ночи, предательница короны, — капюшон упал, открывая мне лицо отца, что в полумраке выглядело испещренной глубокими морщинам восковой маской.
— Чей бы дракон рычал, — огрызнулась и еще раз дернула цепи.
— Начала учить поговорки Континента? Небось и чемодан уже собрала, — хмыкнул Оден, открывая свое лицо.
— Тебя спросить забыла, — попыталась сдуть прядь с лица.
— Хватит, — прервал едва начавшуюся перепалку лорд Фрейн. — Готовимся к обряду очищения памяти. Расставь это по углам, — он сунул в руки военачальника гремящую артефактами сумку. — Я пока сниму магическую защиту камеры.
Магическая защита? Значит, я в самой глубине подземелий. Эти камеры не использовались уже сотню лет, раньше в них держали самых опасных преступников, а члены рода Фрейн были при них надзирателями. Дед Вегарда Араксского снял с нас это бремя, даже не знаю к добру это или нет.
Оден справился быстро. Расставил все по местам и вернулся ко мне, скалясь, как голодный тигр. Он окинул меня ледяным хищным взглядом и, пользуясь моей беспомощность, подцепил пальцами подбородок.
— Даже жаль, что завтра тебе отрубят голову и наш брак не состоится. Сильная, красивая, строптивая... — последние слова он прохрипел мне в губы, накрывая их своими.
Тошнота. Это все, что я почувствовала и попыталась укусить обидчика. Это оказалось не так просто, но я справилась, вцепившись в его губу изо всех сил. Оден отпрянул и, дико улыбаясь, стер с нее кровь.
— Это было бы интересно. Я вернусь на рассвете, и мы немного поиграем. Твоя невинность богам ни к чему, а мне пригодится.
— Пошел ты, — рыкнула сквозь зубы.
— Непременно пойду, но сначала посмотрю на ритуал. Не хочу, чтобы твой отец все испортил. Я уже нашел тебе замену, будет неловко отказывать девушке.
Я зло билась в цепях, мечтая лишь о том, чтобы вырваться и разбить эту самодовольную рожу.
— Что-то хочешь сказать? — усмехнулся Оден.
Глянула на входящего в камеру отца. Отлично. Магия больше не заблокирована, тогда..
— Да, хочу. Эйнор...
Не знаю, что имел в виду Декс, говоря мне это слово. Но раз сказал, что найдет благодаря ему, значит найдет. Только бы он успел. Только бы его не схватили.
— Что за чушь? Зачем тебе руна справедливости...
Руна? Понятия не имею, о чем речь.
Лорд Фрейн не успел договорить. Грохот. Дубовая дверь камеры разлетелась в щепки. Ударной волной снесло отца, он рухнул на пол и накрыл голову руками. Оден успел увернуться и прижаться к стене.
— Темница. Твой сын. Лорд Фрейн. Ритуал изменения памяти. Все, как я и говорил, Вегард, — стоящий в дверях Декстер усмехнулся и переступил порог камеры.
Следом за ним вошли гвардейцы и правитель. Вегард, кажется, занимал все пространство небольшой мрачной камеры. В ней вдруг стало тесно и как-то душно. Мужчина обвел помещение взглядом и задержался на Одене, на секунду мне показалось, что в светлых глазах мелькнула острая как мороз боль. Но правитель тут же взял себя в руки, лишь губы сжал чуть плотнее.
— Что? — прошипел отец, поднимаясь. — Что происходит? Нас подставили!
— Вы сами себя подставили, Фрейн, когда ввязались в заговор под началом моего сына, — холодно оборвал Вегард Араксский. — Магические наручи и в соседнюю камеру! Фрейны служили моему роду верой и правдой много веков. Мне больно видеть вас среди предателей.
Тут же внесли кандалы, которыми сковывали Декстера, и надели на отца. Несмотря на подвешенное состояние, мне стало легче дышать. Неужели закончилось? Заговор раскрыт, отец и Оден под стражей. Наверное, сейчас поймают и остальных заговорщиков.
Вегард раздавал еще какие-то указания, я почти не слушала, следя взглядом за подпирающим стену Декстером. Он стоял, будто выточенная из старинного камня статуя, и не двигался. На глазах нет ни очков, ни повязки, но они почему-то закрыты, как у очень уставшего человека. Понятно, что ему веки не мешают видеть, но все равно выглядит странно.
Не сразу сообразила, что меня почему-то не спешат освобождать. Ах да, предательство рода. Моя судьба не изменится. Спасибо, папочка. Звякнула цепями, напоминая о себе.
Всех арестованных увели, в камере осталась лишь пара стражников, правитель и Видящий. Ну и я, висящая на цепях.
— Удивительно, впервые за сотню лет мы наполним эти подземелья узниками. Не то достижение, которое я хотел иметь в своем списке, но ничего не поделать.
Вегард собрался выйти, но его остановила короткая фраза:
— Ты обещал.
Не сразу сообразила, что Видящий только что обратился на «ты» к правителю. Фамильярно и коротко.
— Священный долг выплачен, — кивнул тот. — Что-то еще? — чуть выгнул бровь.
— Отдай мне её, — кивнул на меня Декстер.
— Суд. Есть протокол, который я не могу нарушить. Алисия Фрейн предстанет перед судом, как и положено. Она ранила правителя, она принадлежит к роду предателей.
— Она спасла тебе жизнь, — хлестнул короткой фразой Видящий.
— Я учту это при вынесении приговора...
Правитель Объединенных островов развернулся и вышел, тактично прикрыв за собой дверь. Двое стражников замерли у стены, ожидая, пока уйдет Шайн Блинд, но он не спешил.
— Ненавижу императоров, — огрызнулся мужчина себе под нос. К счастью, верные воины его не услышали, зато получили приказ. — Выйдите, я останусь здесь.
Двое переглянулись, но приказ выполнили. Хлопнула дверь, щелкнул замок, как сигнал к действию. Декс сорвался с места и подбежал ко мне. Легкое прикосновение к запястьям, и я больше не скована. Ноги затекли и не держат. Я мешком падаю вниз, но мгновенно оказываюсь в сильных руках. Они сжимают крепко и надежно. Неужели переживал за меня?
— Как кисейная барышня, — выругалась и вцепилась в широкие плечи. Ноги ватные, слабость после заклинания долгого сна упорно не хотела уходить.
— Хоть какое-то разнообразие. У меня в руках девушка, а не парень в юбке, — улыбнулся Видящий и, продолжая придерживать меня за талию, помог встать. — Даже жаль, что мы в тюрьме.
Коснулся щеки кончиком носа, и я вспыхнула. Уверена, сейчас на моем лице, вопреки слабости, нездоровый румянец. Намек оказался прозрачным, а рука на талии слишком горячей.
— Сам хотел разнообразия. Когда еще мы застрянем в древней тюрьме? — чуть отстранилась, пытаясь устоять на ногах и сохранить хладнокровие.
Боги, завтра меня будут судить, о чем я думаю? А о чем думает этот сумасшедший Видящий, делая такие намеки? Мы сходим с ума, совершенно точно. Или он ни на что не намекает, это просто у меня мысль не в ту сторону повернулась?
— У меня в Гнезде тоже есть тюремные камеры, неплохой вариант для первой брачной ночи, — усмехнулся Декс, за что тут же получил ладонями по плечам. — Ты заставила меня понервничать, будущая леди Шайн Блинд.